Карина Демина – Громов: Хозяин теней – 5 (страница 7)
– Уф, – Мишка выдохнул с явным облегчением. – Подержи… знаешь, у обезьян они поменьше. И более плоские.
– А ты откуда знаешь?
– Ходил на открытые лекции в Университет. Там иногда проводят, для всех желающих. Тогда выступал профессор Кальен. Он сам француз, но переехал к нам… его теории на родине не приняли. Признали потенциально опасными для веры. А там это серьёзное обвинение.
Он взял череп.
Поднял его.
– Профессор показывал картинки. Плакаты. Слышал про теорию Дарвина?
– Что человек произошёл от обезьяны?
– Почти так, если упрощённо. Святой Престол её не одобряет.
Я думаю.
– Профессор проводил раскопки. В Африке. И обнаружил некоторые весьма любопытные останки, которые подтверждали эту теорию. Они не принадлежали людям, поскольку имели другое строение черепа, но и не были в полной мере обезьянними… – Мишка повернул череп, потом вовсе перевернул.
– Вроде этого?
– Похоже на то… но он говорил, что существа эти жили миллионы лет тому. И что кости, конечно, сохранились, но в очень плохом состоянии… а тут идеально… вот, видишь?
– Дыру?
Это не совсем дыра, – Мишка перевернул череп. – Это место крепления позвоночника. Тут спинной мозг восходит и соединяется с головным.
Ещё один естествопытатель на мою голову.
– У обезьян это отверстие расположено сзади, там, где затылок. Это потому что они ходят на четырёх ногах и голову держат под наклоном. А вот у человеческого черепа эта дыра расположена…
– Внизу, – встрял Метелька.
– Именно.
– Значит… значит, это человек? Был человек? Древний? – Метелька глядел на череп с восторгом. – Савка, твой отец нашёл где-то древнего человека и…
Он замолчал.
– Договаривай уже, – хмыкнул я. – Замучил его до смерти.
Потому что всё начинало складываться.
– Только где он его здесь нашёл? – произнёс Мишка, возвращая череп в ящик.
Ответ я знал.
– Не здесь, – я оглянулся. – Он нашёл его не здесь.
Глава 4
А что? Всё вставало на свои места. Ну, не совсем всё, но многое прояснилось.
Папенька оборудовал себе лабораторию под домом. Оно-то понятно, надо же человеку где-то работать. Только работа, как подозреваю, была не той, которую людям показать можно с гордостью. Вот лабораторию и сделал тайную, чтоб никто ненароком не сунулся.
И хитро ведь.
Ни тебе подсвечников, которые поворачивать надо. Ни книжного шкафа с книгами, чтоб вытягивать особым порядком, ни камушков для нажатия. Только хардкор – кровь и сила. Но это ладно. Как человек опытный, я к чужой паранойе с уважением отношусь. Но вот дело не только в ней.
Там, дома, папенька эксперименты ведь не на людях проводил.
Эксперименты на людях дед бы точно не одобрил. А он из тех, принципиальных, которых ни обещанием будущих богатств, величия или блага всеобщего, не проймёшь. Чую, первым бы сыночка Синодникам сдал. Ну или, что гораздо вероятней, лично шею свернул бы.
А вот тени – дело другое.
– О чём задумался? – спросил Мишка, который вполне сноровисто выдвигал один ящик стола за другим. Но судя по тому, что задвигал их обратно, ничего интересного не находил.
А жаль.
Инструкция к этой хренотени крепко бы пригодилась. Даже не нам. Передал бы Карпу Евстратовичу, пусть разбираются, как оно работает.
– Да… знаешь, он там, в поместье, ставил опыты на тенях. И такие, что Призрак эхо их через годы почуял.
Я потянулся к Призраку. И тот угукнул.
Тьма… молчала.
Настороженно так. Опасливо.
Да я не он. Я вас не дам ни на какие опыты. И, пожалуй, поспешил я чутка. Нельзя это вот показывать. Никому. Не стоит обманываться тем, что Алексей Михайлович человек благородный. Нет, он благородный. Но государственная целесообразность и не таких пережёвывала. Тем паче там, на верхах, и помимо Слышнева люди имеются. И как знать, не взбредет ли кому гениальная идея использовать установочку уже в государственных интересах.
А что, вместо каторги пойдут люди на пополнение госэнергетического запасу.
От такой мысли прям дурно стало.
Или не от мысли, а от осознания, что в нынешних реалиях эту мысль и не сочтут такой уж уродливой. Так что забыть. И уничтожить. Всё, до чего доберемся, чтоб и следа не осталось.
– А там ставили опыты на людях, – понимающе кивнул Мишка. – Тень… знаешь, беспокоится.
– Имя так и не придумал?
– Да как-то не придумывается, – признался он. – Хотел наречь Демоном, чтоб сильно так. Внушающе. А с другой стороны, ну какой это демон? Так, мелкий бес. Ещё и обижается.
– Чувствуешь?
– Как ни странно, да.
Его тень стала больше за прошедшие месяцы. Плотнее. Но по-прежнему не пыталась обрести форму. И это уже было как-то связано не с питанием, которое благодаря Тьме было регулярным. Нет, дело было именно в их с Мишкой связи.
И в том, что он никак не мог эту связь толком наладить.
– И что сейчас?
– Сейчас… ему тут не нравится. Или ей. Кто оно вообще?
– Вот кто захочешь, тем и будешь. А что не нравится, так понятно. Если тут и вправду эксперименты были… хотя, погоди, можешь света дать?
Мишка подхватил лампу.
В поместье Громовых пол был исчерчен рунами. А здесь он выглядит гладким. Но только выглядит. Стоило присмотреться, и вот они. Не высечены, как дома, а… нарисованы? Я присел на корточки. Руны шли по кругу, в центре которого и располагалась установка. Три кольца, соединённые отдельными цепочками. И это не мел. Я послюнявил палец и потёр, убеждаясь, что стереть эту фигню не выйдет.
Ну или не слюной.
Правильно. Если я что-то понимаю, то процесс нанесения – долгий, да и сама эта схема должна была быть стабильной…
– Влей силы, – Мишка поставил светильник на пол. – Я бы сам, но… у тебя больше.
Это признание далось ему непросто. Но я кивнул. Так и есть. У меня точно больше. Я поставил ладонь на пол, растопырив пальцы, накрывая узел из туго переплетенных рун, больше похожих на змеиный клубок. И силу выпустил. Несколько мгновений она висела этаким маревом, а потом вдруг впиталась. И руны засветились.
– Это… что? Оно работает? – я мысленно проклял себя за косноязычие. – А почему тут так? Чем это намалёвано?
– Специальная краска. Я просто слышал, что артефакторы давно уже не высекают руны на камне там или дереве. Это долго, сложно и далеко не все умеют.
Ну да, они ж из аристократии большею частью, а не потомственные камнерезы.
– Вместо этого придумали разного рода составы на основе энергопоглощающих элементов.