Карина Демина – Дикий, дикий запад (СИ) (страница 75)

Говорил он неспешно и с той легкостью, будто находились они не в безумном поезде, что летел через черные пески, но в салоне той самой миссис Энгмор.

– В большинстве своем люди чувствуют нашу силу. Она пугает их. Заставляет держаться в стороне. Вызывает подспудное отвращение. И справиться с ним получается далеко не у всех. Отчасти поэтому мы предпочитаем вести несколько уединенный образ жизни.

Чарльз прислушался к себе.

Нет, пожалуй, не испытывал он ни отвращения, ни страха, да и вовсе Орвуд казался обычным человеком.

– Вы просто изменились.

Обычным, но чересчур уж проницательным человеком.

– Я не знаю, каков был ваш путь, но чувствую в вас знакомое эхо. Вы не стали некромантом, но, пожалуй, подошли к самому краю. Возможно, поэтому моя сила вами и не ощущается, как нечто неприятное. То же касается вас, леди. Но речь не о том…

Он был бледным.

А ведь про Орвудов, что испокон веков служат короне, всякое говорили. Правда, большею частью шепотом и с большой осторожностью.

– Речь обо мне. Ввиду упомянутых мною особенностей… Орвудам крайне сложно подыскать подходящую партию.

– Не всякая женщина способна стать женой сильного шамана, – мудро заметил орк.

– Именно. Матушка моя происходит из древнего рода, но несколько, как бы выразиться, поиздержавшегося, что в свое время и подтолкнуло её ответить согласием на предложение отца. Она говорит, что это была самая удачная сделка в ее жизни, – губы Орвуда дрогнули.

А ведь леди Орвуд, в отличие от прочего семейства, частый гость в свете. Чарльз даже помнил её. Красивую. Яркую. Жизнерадостную.

За её спиной тоже шептались, но вновь же осторожненько.

И нисколько-то Бертрам на матушку не похож.

– Мой отец всегда относился к супруге с немалым уважением, а после и любовью. И она ответила тем же. Не сразу, вероятно, но глядя на них, я надеялся, что и моя жизнь сложится столь же счастливо. Потому, когда матушка изъявило желание подыскать мне невесту, я не стал противиться. Одиночество тоже утомляет.

Милисента задумчиво уставилась на коробку и икнула.

Кажется, в нее больше не лезло, но и оставить шоколад вот так, просто лежащим, она не могла.

– Чаем запей, – посоветовал Чарльз.

А орк проворчал:

– Слабая женщина, ест мало, – потом перевел взгляд на Чарльза. – Плохо следишь. Женщине надо кушать. Тогда женщина будет толстой и доброй.

В этом что-то было.

И Орвуд наполнил чашку чаем, а Милисента не стала отказываться, только на спинку откинулась и ноги вытянула.

– Хорошо… – пробормотала она.

– Мне безумно нравится местная привычка радоваться вещам малым, простым, – поделился Орвуд, глядя на Милисенту едва ли не с умилением. – Этому, пожалуй, стоило бы научиться.

– Научишься, – пообещал Дик, засовывая в пасть бутерброд с ветчиной.

– Возможно. Ладно… матушка отыскала девушку, как ей казалось, во всем подходящую. Та приходилась матушке какой-то весьма дальней родственницей. Обладала даром, однако в силу некоторых особенностей происхождения и отсутствия приданого не могла рассчитывать на хорошую партию.

– Чего? – орк явно не понял.

– В свое время мать моей невесты пошла наперекор родительской воле и вышла замуж за школьного учителя, после чего была вычеркнута из списка наследников, да и из родовых книг. Многие придают подобному слишком уж большое значение.

Бертрам отставил опустевшую чашку.

– Но для нас происхождение невесты было не так и важно. Куда интереснее то, что девушка оказалась хорошо воспитана, мила и к тому же почти не чувствительна к проявлениям моего дара. Да, изначально она отнеслась ко мне несколько… предвзято. Но постепенно мы привыкли друг к другу.

– А потом она уехала? – предположил Чарльз.

– Именно. Оставила записку, в которой просила прощения за обман. Сказала, что никогда-то не любила меня, но полагала, что для удачного замужества хватит и симпатии, которую ко мне испытывала. Но она ошибалась. Она встретила свою истинную любовь, и поняла, что не готова жертвовать своим будущим.

– Мне жаль, – сказал Чарльз, чувствуя, как на затылке шевелятся волосы.

– Не стоит. Признаюсь, я был огорчен. Я успел привязаться к Мэри. Нам сложно сходиться с людьми, но если уж мы начинаем общаться, то… привязываемся к тем, с кем общаемся.

– И вы хотите вернуть её?

– Не её, – покачал головой Бертрам. – В конце концов, кто я такой, чтобы мешать женщине в её счастье? Как там говорят? Насильно мил не будешь. Но так уж получилось, что незадолго до… всего этого состоялась наша помолвка. И я вручил Мэри кольцо.

– Особое? – догадался Чарльз.

– Именно. Это родовой артефакт. Он призван защитить избранницу в том числе от проявлений тьмы, к которой она становится уязвима после замужества. Особенно, когда носит дитя. Кольцо было создано моим прапрапрадедом, и передавался из поколения в поколение.

– Еще один… – пробормотала Милисента.

– Простите?

– У сиу сперли Сердце Великой матери, без которого у них дети не родятся. У вас…

– Стрелы Первого охотника, – хмыкнул орк.

– Вот… стрелы этого вот Первого охотника. У вас кольцо. У Чарли просто деньги… ну пока просто деньги или может, ты чего не знаешь?

– Может, и не знаю, – согласился Чарльз. – К сожалению, брак моей матушки тоже был не одобрен, а потому… не уверен, что ей досталось что-то из семейных драгоценностей. Как и сестре. Но чисто теоретически вероятность существует.

…а ведь дед тогда, на встрече, спрашивал про Августу. Как-то вскользь, но ведь спрашивал.

Может…

…смешно и предположить, что Августа тайно проникла в дедово поместье. Не тайно её не приглашали, а проникнуть и украсть что-то… нет, смешно предположить.

– То есть, ваша Мэри помолвку расторгла, а кольцо возвращать не стала?

– Именно.

– И вы собираетесь его вернуть?

– Выбор невелик. Матушка расстроилась. Она возлагала на наш брак большие надежды. Отец же не уверен, что сумеет повторить тот артефакт. Описание сохранилась, но уж больно специфический ингредиент использовали.

– Какой? – Милли все-таки вытащила еще одну конфету и уставилась на нее. Вид у девушки был одновременно мрачным и решительным. – Нет, ну интересно же ж!

– Зубы мертвеца, – сказал некромант.

– И что, на востоке мертвецов нет?

– Да хватает, но если верить записям, этот мертвец был не просто так мертвецом. Он происходил из народа кхемет, которых мой предок именовал «богоравными» или «богоподобными». Но более не оставил никаких указаний. Да и в принципе я не нашел больше ни слова об этом народе, даже сомневаюсь, существовал ли такой…

– Еще как, – Милли икнула и прикрыла рот рукой. – И мертвецов у них хватает. Я точно знаю, где один валяется. Но это возвращаться надобно будет…

Чарльз вздохнул.

И прикрыл лицо рукой.

С другой стороны… почему бы и не помочь хорошему человеку? Или не очень хорошему, но все одно полезному? Не обязательно же возвращаться в Мертвый город?

Совершенно не обязательно.

Но что-то подсказывало: придется.

Ну вот не надо на меня смотреть, будто я родину предала.

Подумаешь, мертвец.

Зубы у него точно были, я помню. И даже жаль, что не догадалась прихватить парочку. Хотя откуда мне было знать, что у тамошних мертвецов настолько зубы полезные. Золотишко вот – дело другое, золото оно везде пригодится.