Карин Слотер – Осколки прошлого (страница 62)

31 июля 1986 года

12

Крик Александры Мэйплкрофт был как сирена, становящаяся все громче и громче. Сирена полицейской машины. Или машины ФБР. Или фургона, в котором перевозят заключенных.

Джейн понимала, что ей нужно как-то прекратить этот вопль, но могла только стоять и слушать отчаянные мольбы о помощи.

— Джейн! — позвал ее снизу Эндрю.

Голос брата вывел ее из транса. Она попыталась запихнуть кляп обратно. Мэйплкрофт начала биться в кровати, натягивая веревки на щиколотках и запястьях. Она билась головой о подушку, и повязка постепенно сползла с ее глаз. Она отчаянно вращала одним глазом, пока не увидела Джейн. Внезапно женщине удалось освободить руку, а потом и ногу. Джейн накинулась на нее, чтобы удержать, но не успела.

Мэйплкрофт так сильно ударила Джейн по лицу, что та рухнула на пол и у нее перед глазами заплясали звездочки.

— Джейн! — снова закричал Эндрю. Она услышала его шаги на лестнице.

Мэйплкрофт тоже их услышала. Она так яростно пыталась освободиться от веревок, что остов железной кровати прогнулся до пола. Она изо всех сил старалась освободить вторую руку, дергала ногой, чтобы ослабить узлы.

Джейн попыталась встать. Ее колени дрожали. Ноги не слушались. По лицу струилась кровь, затекая прямо в горло. Как-то она нашла в себе силы подняться. Единственное, что она сейчас могла сделать — это навалиться на Мэйплкрофт всем телом и молиться, что ей удастся продержаться так, пока не подоспеет помощь.

Через пару секунд помощь все-таки подоспела.

— Джейн! — Дверь распахнулась. Первым подбежал Эндрю. Он удержал Джейн на ногах и крепко ее обнял.

Мэйплкрофт уже была на ногах. Она стояла посреди комнаты, сжав кулаки, как боксер. Одна ее щиколотка все еще была привязана к кровати. Вся одежда разорвана, глаза светятся безумием, грязные жирные волосы облепили голову. Она что-то нечленораздельно кричала и раскачивалась на одной ноге.

Паула издала короткий смешок. Она стояла в дверях, закрывая собой выход.

— Сдавайся, сука.

— Отпустите меня! — закричала Мэйплкрофт. — Я никому не скажу! Я не…

— Пусть она прекратит, — сказал Ник.

Джейн не поняла, что он имел в виду, пока не увидела нож в руке у Четвертака.

— Нет! — закричала она, но все случилось слишком быстро.

Четвертак резко опустил нож. Лезвие блеснуло на солнце.

Джейн беспомощно стояла на месте, наблюдая, как нож обрушивается на жертву.

Но потом он остановился.

Мэйплкрофт рукой поймала нож.

Лезвие насквозь пронзило ее ладонь прямо по центру.

Это произвело эффект разорвавшейся светошумовой гранаты. Никто не мог выговорить ни слова. Все были слишком потрясены.

Все, кроме Мэйплкрофт.

Она точно знала, что надо делать. Пока все стояли как завороженные, она завела руку за спину, чтобы со всей силы замахнуться ножом на Джейн.

Но тут из ниоткуда вылетел кулак Ника и ударил Мэйплкрофт прямо в лицо.

Из ее носа хлынула кровь. Она описала полукруг, слепо разрезая воздух торчащим из ладони ножом.

Ник ударил снова.

Джейн услышала, как с резким хрустом ломается нос Мэйплкрофт.

Она пошатнулась. Железная кровать двинулась от толчка ее ноги.

— Ник! — закричала Джейн.

Он ударил третий раз.

Мэйплкрофт уронила голову на грудь. Женщина начала падать, но ее нога все еще была привязана, и ее повело в сторону. Виском она ударилась о железный край кровати, раздался тошнотворный глухой стук, и она упала на пол. Под ней начала расти лужа крови, которая покрыла дерево и затекала в отверстия между досками.

Глаза Мэйплкрофт широко раскрылись. Губы разомкнулись. Она лежала совершенно неподвижно.

Все смотрели на нее. Никто не мог ничего сказать, пока…

— Господи, — прошептал Эндрю.

— Она мертва? — спросила Паула.

Четвертак наклонился, чтобы проверить, но тут же отскочил, как только увидел, что Александра Мэйплкрофт моргнула.

Джейн громко крикнула, но тут же закрыла рот обеими руками.

— Боже, — прошептала Паула.

Между ее ног растеклась моча. Они почти что слышали, как душа покидает тело.

— Ник, — выдохнула Джейн. — Что ты наделал? Что ты наделал?

— Она… — Ник выглядел испуганным. Он никогда не выглядел испуганным. Он посмотрел на Джейн: — Я не хотел…

— Ты убил ее! — закричала Джейн. — Ты толкнул ее, и она упала, и потом…

— Это был я, — сказал Четвертак. — Это я ударил ее ножом.

— Потому что так тебе сказал Ник!

— Я не… — начал оправдываться Ник. — Я сказал заставить ее прекратить, а не…

— Что ты наделал? — Джейн бешено замотала головой. — Что мы наделали? Что мы наделали? — Она не могла остановиться. Это уже чистое безумие, граница давно пройдена. Они все психопаты. Каждый из них. — Как ты мог? — накинулась она на Ника. — Как ты мог?

— Он защищал тебя, дура ты конченая, — сказала Паула, которая не могла или не хотела скрывать презрение в голосе. — Это твоя вина.

— Пенни, — произнес Эндрю.

— Горе, ты должна поверить… — заговорил Ник.

— Ты толкнул — ты убил… — У Джейн сжалось горло. Все видели, что случилось. Она не обязана была отвечать им. Мэйплкрофт ослабла уже после первого удара. Он мог бы схватить ее за руку, но ударил еще два раза, и теперь ее кровь растекалась по деревянному полу.

Паула не унималась:

— Это из-за тебя она смогла высвободиться. Это, конечно, отлично сочетается с нашими требованиями о выкупе. Наш рычаг давления теперь лежит в луже собственной мочи.

Джейн подошла к открытому окну. Она пыталась вдохнуть хоть немного воздуха. Она не могла на все это смотреть, не могла здесь находиться. Ник переступил черту. Паула искала для него оправдания. Эндрю молчал. Четвертак был готов убить ради него. Они все будто потеряли связь с реальностью.

— Дорогая… — заговорил Ник.

Она положила руки на подоконник. Посмотрела на заднюю часть дома через дорогу, потому что не могла видеть Ника. Свежий утренний бриз размеренно покачивал шторы из розового тюля. Она хотела вернуться домой, в свою постель. Хотела вернуть назад Осло и последние два года своей жизни, оставить Ника до того, как он бросит их всех в эту темную бездну.

— Джейн, — произнес Эндрю со своей самой кроткой интонацией.

Она обернулась, но на брата так и не посмотрела. Ее глаза быстро нашли женщину, лежащую на полу.

— Не надо, — попросила она Эндрю. — Пожалуйста, не проси меня успокоиться.

Мэйплкрофт снова моргнула.

Джейн не закричала, как в первый раз: чем дольше все это тянулось, тем нормальнее казалось. Ник их к этому готовил. Бесконечные тренировки, повторения и постоянная паранойя ввели их в такое состояние, когда каждое действие кажется не просто разумным, но необходимым.

На этот раз тишину нарушила Паула: