Карин Слотер – Хорошая дочь (страница 99)

— Где была Юдифь, когда началась стрельба?

— В своем классе. Она услышала выстрел. По инструкции она была обязана закрыть дверь на ключ и спрятаться в самом дальнем углу, но она выбежала в коридор, поскольку знала, что вот-вот зазвенит первый звонок, и хотела предупредить детей, чтобы они туда не ходили. То есть сделать это, если сама не нарвется на пулю. По ее словам, она не думала о собственной безопасности. — Он снова взглянул на Чарли. — И она была там не одна такая.

— Содержать катер очень дорого, — сказала Сэм.

— Я же не про яхту говорю.

— Страховка, стоянка, налоги.

Чарли невыносимо было слушать, как ее отдалившаяся сестра обсуждает с ее отдалившимся мужем катера. Она стала просто смотреть на дорогу. Попробовала осознать случившееся. Увольнение Бена — с этим она пока разбираться не готова. Вместо этого она сосредоточилась на его беседе с Сэм. Бен болтал языком, как тюремный стукач. Сэм вела себя более осмотрительно. Беременность Келли. Пропажа пистолета. Чарли была в школе, когда произошла стрельба, она стала — частично — свидетелем разыгравшейся сцены, но знала меньше, чем каждый из них.

Бен наклонился и посмотрел на Сэм.

— Ты должна взять дело Уилсон.

Сэм засмеялась.

— Я не могу позволить себе такое снижение зарплаты.

Он снизил скорость из-за трактора впереди. Фермер занял обе полосы. Комбайн у него был опущен. Бен два раза нажал на гудок, и тракторист сдвинулся к краю, чтобы Бен смог проехать по разделительной полосе.

Бен и Сэм возобновили свою болтовню про катер. Чарли снова задумалась о вопросах, которые задавала Сэм, пытаясь понять, к чему она ведет. Сэм всегда быстрее решала головоломки. Честно говоря, она почти все делала быстрее. В зале суда стало ясно, что Чарли как адвокату есть чему поучиться у Сэм. Чарли вчера была восхищена сестрой, и на самом деле она правильно ее тогда характеризовала. Сэм действительно выглядела как типичный викторианский Дракула: от стильного облачения до чувства собственного достоинства, с которым она приоткрыла челюсть и проглотила Кена Коина, словно жирную крысу.

— Сколько всего пуль было выпущено? — спросила Сэм.

Чарли ждала, пока Бен ответит, но потом поняла, что Сэм обращается к ней.

— Четыре? Пять? Шесть? Не знаю. От меня мало толку как от свидетеля.

— На видео видно пять, — сказал Бен. — Одна в…

— …стену, три в Пинкмана, и одна в Люси. — Сэм отклонилась назад, чтобы посмотреть на Бена. — А около класса миссис Пинкман? У ее двери что-то было?

— Понятия не имею, — признал он. — Делу всего два дня. Экспертиза еще не закончилась. Но есть еще один свидетель. Он сказал, что насчитал шесть выстрелов. Он бывший военный. Ему можно верить.

Мейсон Гекльби.

Чарли опустила глаза и посмотрела на свои руки.

— А что насчет аудио?

— Есть запись звонка, который кто-то дрожащим голосом сделал из приемной, но уже после выстрелов. Аудио, которое вам нужно, записано через рацию на форме копа в коридоре. Оттуда Кен взял эту фразу про «малыша», — объяснил Бен и добавил: — Выстрелов на записи нет. У нас — по крайней мере у меня — нет отчета судмедэкспертизы. Возможно, еще одну пулю найдут в одном из тел.

— Я хотела бы еще раз посмотреть видео, — сказала Сэм.

— У меня его нет. Я довольно откровенно все написал в заявлении об увольнении. Боюсь, мне не дадут доступа.

Чарли захотелось залезть под одеяло в своей кровати и заснуть. У них ипотека. Выплаты за машину. Медстраховки. Автострахование. Налоги на имущество. Все эти счета трехлетней давности.

— Я дам тебе доступ. — Сэм залезла глубоко в свою кожаную сумочку, которая стоила столько, что можно было бы покрыть все их долги. Она вытащила флешку-«Энтерпрайз». — У папы есть компьютер?

— У него есть крутой телевизор, — сказал Бен. Они купили Расти точно такую же модель, как себе. Это было четыре года назад, до Колорадо. До катера.

Бен сбросил скорость. Они подъехали к ШБ, но он не повернул на подъездную дорогу. Кровь окрасила рыжую глину в масляно-черный цвет. Здесь упал отец, когда пошел проверить почтовый ящик.

— Они считают, что на Расти напал дядя девочки, — произнес Бен.

— Фейбер?

— Рик Фейхи. — Чарли запомнила дядю Люси Александер по пресс-конференции. — Почему они думают, что это он?

Бен покачал головой.

— По этому делу я совсем не в курсе. Слышал сплетни в офисе, а еще Кейли жаловалась, что ее вызвали на работу поздно вечером, когда на Расти напали.

— Значит, им нужен был кто-то, чтобы поговорить с потенциальным подозреваемым, — предположила Чарли, сделав вид, что вскользь упомянутое имя женщины, с которой, как она думала, Бен ей изменял, не полоснуло ей ножом по сердцу. — Я думаю, папа видел, кто это сделал.

— Я тоже так думаю, — отозвалась Сэм. — Он мне заливал про то, что в прощении есть смысл.

— А представляете, — сказала Чарли, — если бы папа выжил, ему бы, возможно, предложили быть адвокатом Фейхи.

Никто не засмеялся, потому что все понимали: это действительно было бы возможно.

Бен переключился на первую передачу. Повернул на дорогу к дому и поехал медленно, объезжая ухабы.

Показался фермерский дом, с отслаивающейся краской, гниющей древесиной, покосившимися окнами, но в остальном не изменившийся с того момента, как Кулпепперы постучали в кухонную дверь двадцать восемь лет назад.

Чарли почувствовала, как Сэм заерзала на сиденье. Она собиралась с духом, настраивала себя на решительный лад. Чарли хотелось сказать что-нибудь утешительное, но она ничего не придумала, кроме как взять Сэм за руку.

— Почему здесь нет ни решеток на окнах, ни ворот? — спросила Сэм. — Офис-то у него — настоящая крепость.

— Папа говорил, что молния два раза в одно место не ударяет. — У Чарли снова застрял комок в горле.

Она знала, что все эти избыточные меры безопасности в офисе предпринимались ради нее, а не ради Расти. Те считаные разы, что она приезжала в ШБ за все эти годы, она всегда ждала Расти в машине, сообщая гудком о своем приезде, потому что не хотела заходить. Может, если бы она почаще бывала у него, отец сделал бы что-то для обеспечения безопасности своего дома.

— Поверить не могу, что я был здесь в прошлые выходные, разговаривал с ним на крыльце, — сказал Бен.

Чарли захотелось прижаться к нему, положить голову ему на плечо.

— Держитесь, — предупредил он.

Колеса съехали в яму, потом ударились о кочку и наконец выровнялись. Они подъезжали к парковочной площадке у амбара.

— Давай к главному входу, — попросила Чарли.

Ей не хотелось входить через кухню.

— «Хуй соси», — Сэм прочитала надпись. — Похоже, подозреваемый к нему подкатывал.

Чарли засмеялась.

А Сэм нет.

— Не думала, что когда-нибудь сюда вернусь.

— Тебе необязательно входить. Я могу сама поискать фотографию, — предложила Чарли.

То, как Сэм сжала челюсти, означало, что она настроена решительно.

— Я хочу, чтобы мы нашли ее вместе.

Бен объехал дом и остановился у переднего крыльца. Газон состоял в основном из сорняков. Его должен был косить соседский парнишка, но, выйдя из пикапа, Чарли оказалась по колено в одуванчиках.

Сэм снова сжала ее руку. Они так много друг друга не касались даже в детстве.

Кроме того дня.

— Я помню, что грустила из-за дома из красного кирпича, но это был хороший день. — Сэм повернулась к Чарли. — Ты помнишь?

Чарли кивнула. Гамма то раздражалась, то успокаивалась, но в целом казалось, что все налаживается.

— Это мог бы быть наш дом.

— Главное, что нужно детям, да? Безопасное место для жизни. — Бен понял, что сказал что-то не то. — То есть безопасное до того, как…

— Все нормально, — отозвалась Чарли.

Бен снял пиджак и засунул его обратно в пикап. Вытащил из-за сиденья ноутбук.