Карен Одден – Вниз по темной реке (страница 67)

— Нет. Пока не писал.

— Мистер Дорстоун, я настоятельно рекомендую вам покинуть Седдон-холл и попытаться что-то изменить в своей жизни. Вас любит юная женщина — разве этого недостаточно?

Он промолчал, продолжая теребить простыни.

В дверь тихо постучали, и из коридора послышался голос:

— Время вышло, сэр.

Как еще убедить несчастного покинуть свое убежище в мягкой кровати?..

Я протянул Сидни руку и медленно заговорил:

— Мистер Дорстоун, ваши слова помогли спасти жизни нескольких невинных женщин. Спасибо, что вы нашли в себе силы и не покривили душой.

Может быть, я слишком густо мазал джем, как говорит ма Дойл, но Сидни обязательно требовалась похвала.

Он лежал с несколько недоуменной улыбкой, а я не убирал открытую ладонь, и, наконец, молодой человек ответил мне рукопожатием, выпростав руку из простыней.

— До свиданья, мистер Корраван, и пусть вам сопутствует удача.

До станции я добрался как раз вовремя, чтобы проводить взглядом уходящий поезд. Стало быть, мое возвращение в Лондон откладывается на три часа. И все же мне не было жаль той лишней минуты, проведенной в палате Сидни.

Я скоротал время в пабе, заказав кусок пирога и почитав газеты. Вспомнив про обещания, данные Винсенту, отправил ему телеграмму с докладом о своих успехах. Написал, что зайду в «Клавеллс» и попытаюсь застать там Сидни Морриса, так что в Ярд сегодня уже не вернусь. Наконец я запрыгнул на подножку поезда, отправляющегося в Лондон, и погрузился в нелегкие раздумья.

В город я прибыл уже в сумерках и сразу направился в «Клавеллс». Сообщил привратнику свое имя, на что мне предложили ожидать в фойе. Там я провел полчаса, едва не заснув от усталости в кресле. Наконец вернулся привратник с известием, что мистера Морриса, как выяснилось, сегодня в клубе нет.

Разумеется, ложь — стоило лишь посмотреть на лицо привратника. Впрочем, сил вступать в споры у меня не было. Часы пробили десять. Я вышел в боковую дверь и очутился в переулке, ведущем к хорошо освещенной Пэлл-Мэлл.

Ладно. Сейчас — домой, а Сидни Морриса разыщу завтра.

Миновав мусорный бак, я услышал приглушенный звук взводимого курка и замер на месте, краем глаза заметив подходящую сзади троицу.

— Что вам нужно от Сидни Морриса? — заплетающимся языком произнес один.

— Просто хотел задать ему вопрос, — ответил я и медленно развернулся, выставив перед собой руки.

К сожалению, троица стояла не меньше чем в десяти футах, а мой револьвер остался дома. Дубинка в подобной ситуации бесполезна. Наступила короткая пауза, и я, пригнувшись, инстинктивно метнулся вправо. Как раз в этот миг и хлопнул выстрел. Пуля оцарапала мне плечо, и я вскрикнул от острой боли. Тем не менее, мне удалось обернуться лицом к нападавшим, и вооруженный мужчина оказался прямо передо мной. Я хватил его в челюсть, не дав ему выстрелить еще раз. Голова стрелка запрокинулась, и он рухнул наземь, а ко мне бросился один из его спутников и, обхватив меня вокруг туловища, крепко приложил спиной о землю. Я пнул его в живот, и мужчина отлетел назад. Ко мне прыгнул третий. Откатившись в сторону, я встал на четвереньки и получил тяжелый удар в голову.

Вдали раздался резкий свисток — на помощь шла полиция.

Шаги…

Крики…

Кто-то произнес:

— Боже, это Микки Корраван. Все в порядке.

Микки? Так ко мне обращались еще в Ламбете или в речной полиции.

Кто же это?

Я попытался открыть глаза и присесть. Приложив руку к виску, нащупал что-то липкое.

А потом наступила кромешная тьма.

ГЛАВА 45

Я очнулся в мягкой постели, унюхав аромат кофе.

Уж не приснилась ли мне схватка в переулке? Я пошевелился, и левое плечо ответило пульсирующей болью. Заныла голова, и я издал тихий стон.

— Привет…

Гарри?

В глазах плыл туман, и я не сразу сообразил, что нахожусь в собственной спальне, а Гарри стоит подле кровати, держа в руках белую чашку. Ее контуры странно колебались.

— Это… мне?

Язык еле шевелился, но парнишка меня понял.

— Конечно.

Он склонился над кроватью, помог мне сесть и протянул кофе. Отступил, убедившись, что чашку я держу крепко.

— Осторожно, горячая.

— Понял, доктор.

Он ухмыльнулся, и я сделал глоток.

— Фу, отрава! С сахаром?

— Простите, совсем забыл, — виновато пробормотал мальчик. — Сейчас сварю ещё.

— Не надо, оставь. — Я снова отхлебнул кофе и спросил:

— Как я попал домой?

— Вы ничего не помните? — поднял брови Гарри.

— Ничего…

Мальчик придвинул к кровати стул и уселся верхом, положив руки на спинку.

— Вас привезли в кэбе двое полисменов из Ламбета. Сказали, что наблюдали за вами у «Клавеллс», а потом услышали выстрел. Я послал за доктором Эвереттом, однако его не оказалось дома, так что я сам сделал все, что мог. Надеюсь, что доктор появится, как только получит записку.

Наблюдали за мной у «Клавеллс»? С чего бы это? Ах да, я ведь отправил Винсенту телеграмму, вот он и прислал подмогу. По счастью, полисмены меня знали. Я испытал чувство благодарности к шефу и, конечно, к Гарри.

— Наверное, нелегко тебе со мной пришлось? — покосился я на парнишку.

— Да нет, у вас ничего серьезного, кроме раны в плече, — пожал плечами он.

Ко мне потихоньку начала возвращаться память. Шаги, голоса, темный переулок…

— Кто на вас напал?

— Есть у меня некоторые подозрения, правда, в лицо я никого не видел. У этих джентльменов наверняка найдется пяток свидетелей, которые подтвердят, что те не выходили из клуба.

— Сегодня нужно сменить повязку, — кивнул Гарри на мое плечо,

Я откинул простыню и осторожно приподнял руку, проверяя, насколько смогу ею двигать. Левый рукав рубашки был оторван, вместо него — толстый слой окрасившихся розовым бинтов.

— Давайте от нее избавимся?

— От чего избавимся? От руки?

Гарри вылупился на меня, потом усмехнулся, поняв, что я шучу.

— От рубашки, конечно.

— Вряд ли я теперь смогу ее носить, — проворчал я.

— Да, боюсь, рубашку уже не починишь.

Мальчик вышел из комнаты и вернулся с ножницами.