Карен Линч – Рыцарь (страница 58)
– Камень такой маленький, что может быть где угодно. Если кому-то хватит ума спрятать его в железо, его никогда не найдут.
– Датчики – это крайняя мера. Я сосредоточился на тех, у кого была возможность забрать ки-тейн из храма, и слежу за их активностью здесь. Я знаю, что за этим стоит королева Анвин, но ее стражи слишком хорошо заметают следы. Я также знаю, что кто-то в этом мире помогает им, и мой круг подозреваемых сузился до нескольких человек. Дэвиан Вудс – один из них, но он умен и неуловим. – Лукас улыбнулся. – По крайней мере, был таким, пока случайно не пригласил охотника в свой дом.
Я пожала плечами.
– Никто не верит, что я охотник. В кои-то веки это сыграло мне на руку.
– Ты сделала то, чего не могли мы с Агентством. Благодаря тебе я знаю о связи Дэвиана с Тейтом и благой стражей.
Мою грудь затопило тепло.
– Ты признаешь, что я славно поработала?
– Да, – не мешкая, кивнул он. – Но я надеюсь, что ты поймешь – Дэвиан Вудс не из тех, кому стоит переходить дорогу, особенно теперь, когда нам известно, что он сообщник королевы.
– Понимаю, но даже если бы я знала об этом раньше, то все равно бы пошла на вечеринку.
– Из-за родителей.
– Да. – Я подтянула колени к груди и обняла их руками. – В прошлом месяце кто-то проник в больницу. Фэйри пытался добраться до моих родителей, но не смог.
– Знаю. Я чувствую, когда другой фэйри пытается пройти мимо моей защиты.
– А… – Мне стоило догадаться об этом после того, как Конлан наложил чары на квартиру, чтобы те предупреждали о вторжениях.
Лукас встретился со мной взглядом.
– Твои родители в безопасности, Джесси. Они были под моей протекцией с тех пор, как их увезли из дома Хаваса, и я никому не позволю причинить им вред.
Мне удалось лишь кивнуть, поскольку в горле снова возник комок. В эмоциональном плане сегодняшний день выжал из меня все соки, а он еще даже не закончился.
Взгляд Лукаса переместился на фотографии моей семьи на каминной полке.
– Родители знают, через что ты прошла, чтобы вернуть их домой?
– Не обо всем. Я расскажу им, когда они будут готовы. – Я подергала за торчащие нити на пледе. – Можно кое-что спросить?
– Да.
– Если за кражей ки-тейна стоит королева Анвин, зачем ей рисковать уничтожением вашего мира?
Он запустил пальцы в волосы.
– Честно, я не знаю. Последние двадцать лет Анвин настаивала на том, чтобы вернуть всех фэйри домой и запечатать барьер между мирами. Есть небольшая фракция, которая считает людей ниже нас, но Анвин громче всех разглагольствует о поддержании чистоты королевства. Если она чего и хочет, то это сохранить наш образ жизни, а не уничтожить его.
Мои губы презрительно изогнулись от его описания королевы Благого двора.
– Если она так нас не любит, то почему позволила принцу Ризу прийти сюда?
– Потому что единственный, кем она дорожит больше всего на свете, – это ее сын, и она ни в чем ему не отказывает. Проводить какое-то время в вашем мире стало своеобразным обрядом посвящения для фэйри, достигших совершеннолетия. Принц Риз хотел узнать мир людей, а его мать сделает все, чтобы он был счастлив.
– Иными словами, он абсолютно испорчен и привык получать все, что пожелает. – Уголки моих губ приподнялись. – Все фэйские принцы – такие баловни?
Лукас улыбнулся, и у меня в животе запорхали бабочки.
– У моего отца совсем другие представления о том, как следует воспитывать наследника. Когда я был еще мальчиком, он выбрал кузенов, которые станут моей личной стражей, и с того дня мы тренировались вместе. С какими бы трудностями им ни приходилось столкнуться, я справлялся вместе с ними. Когда один из нас совершал какую-то шалость, наказывали всех шестерых.
Я попыталась представить их озорными мальчишками, особенно Фаолина, но не смогла.
– Значит, тебе тоже приходилось бегать по горам?
Он гортанно рассмеялся.
– Мы придумали из этого игру. Кто дольше удержит в себе еду, тот и победит.
– Дай угадаю, Фаолин превосходил всех в этой игре.
– Это да. – Лукас не скрывал улыбки. – Он сказал, что твоя тренировка с лестницей прошла приемлемо.
– Какая высокая похвала. – Я скривилась.
– От него – да. Радуйся, что тут нет гор.
– Думаю, я могу смело заявить, что и близко не подойду с ним к горе. – Я подобрала под себя ноги и поняла, что впервые с того ужасного дня в подвале Роджина чувствовала себя расслабленно в компании Лукаса. То, что мы сидели с ним подобным образом после всего произошедшего, казалось нереальным.
Что-то загрохотало в ванной, и фэйри вскочил на ноги.
– Это Гас, – объяснила я, пока он не кинулся выяснять, в чем дело.
– Гас? – Лукас нахмурился.
– Драккан. Он прилетает и улетает через окно в ванной.
– У тебя есть драккан? – Он посмотрел на меня со смесью веселья и изумления.
– Скорее, я есть у него. – Я вздохнула. – Он влетел в мой джип, и я забрала его домой, чтобы вправить крыло. А теперь он отказывается уходить.
Словно услышав меня, Гас приковылял в гостиную, зыркнул на Лукаса и недовольно зарычал. Затем, сунув голову под журнальный столик, достал купленный мною резиновый мячик и ушел в коридор.
– Кажется, ты ему не нравишься, но не принимай это близко к сердцу. – Я ухмыльнулась. – По-моему, ему даже я не нравлюсь.
– Странно, что он возвращается. – Лукас посмотрел вслед Гасу. – Дракканы не домашние питомцы. В нашем мире они свирепые существа, которые защищают границы Неблагого двора.
Из меня вырвался смешок при мысли о Гасе, охраняющем что-либо, кроме своей еды. Я видела диких кошек, которые были пострашнее его.
– Приятно снова слышать твой смех, – сказал Лукас с улыбкой, садясь на диван.
Наши взгляды встретились, и мое сердце пропустило удар, когда я осознала, как близко мы сидим друг к другу. Я потерла губы, и на секунду его взор опустился к ним. Мне показалось или его глаза потемнели?
Лукас подался вперед и задел ладонью мое ухо, отчего у меня перехватило дыхание. Затем намотал прядь моих волос на палец и игриво дернул за нее, чем вызвал пожар в каждом нервном окончании моего тела.
– Лукас, – прошептала я. Мне хотелось спросить, что он делает, но тут он отпустил волосы и прижал ладонь к моей щеке, и в голове произошло короткое замыкание.
Он пылко посмотрел мне в глаза и наклонился, пока между нами не осталось всего несколько сантиметров. Меня охватило чувство дежавю. Я положила руку на его грудь, словно там ей и место. Лукас ответил тем, что поднял ее к своей шее. Мои пальцы коснулись мягких волос на затылке, и по фэйри прошла легкая дрожь.
А затем его ладонь скользнула мне за шею. В животе все перевернулось, когда он прильнул ко мне и произнес мое имя у самых губ. Я приоткрыла их, а в большем он и не нуждался. Лукас скользнул языком внутрь и с неистовой нежностью завладел моим ртом. Когда он отстранился, у меня кружилась голова, воздух выходил рывками.
Я что-то пробормотала в знак протеста, но он и не планировал останавливаться. Его голова вновь опустилась, и он припал к моим губам в еще одном страстном поцелуе, который стер все сознательные мысли. Я тонула в его прикосновениях, в наплыве чувств и знала лишь то, что хочу большего.
Я даже не осознавала, что меня подняли, пока внезапно не оседлала его колени. Приподнявшись, взяла его лицо в ладони и крепко прильнула к губам. Лукас передал мне власть над поцелуем, предпочтя вместо этого скользнуть теплыми ладонями вниз, чтобы схватить меня сзади и прижать к себе. Затем оборвал поцелуй и принялся ласкать мою шею.
–
В ванной хлопнуло окно, и чары разрушились. Лукас замер, с минуту единственным звуком в комнате было наше прерывистое дыхание. А затем он откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза, словно не мог смотреть на меня.
Во мне запылал жар иного рода, и я слезла с его колен, пытаясь сохранить остатки достоинства. Тот факт, что Лукас меня не остановил, сказал все за него. Желая увеличить расстояние между нами, я пересела на кресло. Обернувшись, обнаружила, что он смотрит на меня с грустью, от которой заныло в груди.
– Джесси…
– Думаю, тебе лучше уйти, – перебила я, гордясь тем, как твердо прозвучал мой голос, несмотря на бурю эмоций внутри.
Лукас подвинулся к краю дивана, но не встал.
– Уйду, если ты этого хочешь, но не вот так.
Я сложила руки на коленях.
– Это был просто поцелуй. Такое случается, ты не должен ничего объяснять.