Карен Линч – Пешка (страница 51)

По мне пробежала дрожь, но вовсе не от холода, и я ускорила шаг. Обычно кладбище меня не пугало, но сегодня оно навевало слишком много мыслей о смерти.

Я не хотела приходить. Но каждый год в день рождения Калеба мама приносила цветы к его надгробию, и я не могла позволить себе пропустить это событие. Когда она вернется домой, я смогу с чистой совестью сказать, что вопреки всему мой брат не был забыт.

Мой взгляд привлек ангел на белом мраморном надгробии, и я поспешила к нему. Затем присела у крошечной могилы и поставила цветы в небольшую вазу.

– С днем рождения, Калеб.

Навещая его, я никогда не знала, что чувствовать. Как оплакивать человека, которого никогда не знала? Глядя на его надгробие, я грустила по жизни, которая могла бы быть. Это эгоистично? У меня счастливая жизнь, но я часто гадала, какой бы она была, если бы мой брат не умер. Каким бы он вырос? Были бы мы близки? Пошел бы он в колледж или по стопам родителей? У меня было столько вопросов, но ответы на них никогда не узнать.

– Жаль, что тебя нет рядом. Мне бы сейчас не помешала поддержка старшего брата. – Слова на надгробии начали размываться. – Что, если я не найду их, Калеб? Я так боюсь потерять семью.

Мой голос надломился. Я впервые произнесла эти слова вслух, и внутри меня грозила прорваться дамба эмоций. Часть меня хотела свернуться калачиком на земле и плакать до тех пор, пока слез не останется. Но я не могла. Это ослабило бы меня, а я должна была быть сильной ради своих родных.

Я прочистила горло и сморгнула влагу с глаз.

– Где бы ни были мама с папой, я знаю, что они сожалеют, что не смогли приехать к тебе сегодня.

Встав, я положила руку на надгробие.

– Прощай, Калеб.

Я натянула шерстяную шапку на уши и направилась к джипу. Тут было еще несколько людей, но в остальном это место казалось пустынным.

У высокого дерева стояла эльфийка, мерзнувшая в длинном пальто, и держала за руку дочку. Они выглядели здесь не к месту. Может, ждали кого-то? Фейри не хоронили своих близких – по крайней мере не в нашем мире.

Я встретилась с ней взглядом, и на секунду показалось, что она хотела что-то сказать. Но затем резко развернулась и ушла, потянув девочку за собой.

– Мисс Джеймс, – окликнул меня мужской голос, когда я подошла к джипу.

Я оглянулась и увидела мужчину в длинном темном пальто, шагающего в мою сторону. Узнав в нем агента Карри, стиснула зубы. Его напарника нигде не было.

– Вы следите за мной? – требовательно спросила я.

Он остановился в паре шагов от меня, источая гнев.

– Может, благодаря своим связям вам удалось отделаться от Агентства, но от меня вы так легко не избавитесь.

– О чем вы? Нет у меня подобных связей.

Стоило произнести эти слова, как я подумала о маме Вайолет. Миссис Ли была высокопоставленным адвокатом, но у нее не было подобного влияния на Агентство. Верно?

Агент Карри скрестил руки.

– Этим утром у вашего адвоката состоялась встреча с главой моего отдела, и так уж совпало, что спустя час мне приказали сосредоточить свои усилия на чем-нибудь другом.

Ого. Миссис Ли обещала позвонить насчет меня главе нью-йоркского отдела. Я не ожидала, что она приедет в само Агентство. Разумеется, говорить Карри об этом не было смысла. Никакие мои слова или поступки не изменят его мнение обо мне.

– У нас в морге лежат двое мертвых мужчин и эльф, и похоже, это тот самый торговец гореном, на которого, как вы утверждали, охотились ваши родители. Что вам известно об этом?

Я уперла руки в бока.

– Мои родители действительно охотились на торговца гореном. И откуда мне знать о каких-то телах в вашем морге?

– Какое совпадение, что тот самый торговец, на которого они якобы охотились, был убит, – многозначительно произнес он.

– Агент Карри, если бы вы искали моих родителей с тем же рвением, с каким пытаетесь свалить на них всю вину, возможно, вы бы даже добились результатов в своем расследовании.

Мое сердце бешено колотилось, внутри пылала ярость. На данном этапе я уже начала сомневаться: то ли у него была какая-то личная неприязнь к моим родителям, то ли он действительно верил в то, что говорил. Как бы там ни было, он преследовал меня и тратил попусту драгоценное время, которое должен был посвятить поискам моих родителей.

Если бы взглядом можно было убивать, я бы уже была трупом.

– Будете рассказывать, как мне выполнять свою работу?

Я открыла дверь джипа.

– Нет. Пожалуйста, найдите моих родителей. А затем допрашивайте их сколько угодно.

– Для человека, которого так заботят поиски родителей, вы слишком торопитесь уйти.

– Вы не единственный, кого ждет работа. – Я села в машину, но дверь не закрыла. – Можете поехать следом, но уверена, у вас есть дела поважнее, чем наблюдать, как я решаю проблему с троллем.

Он ничего не ответил, и я воспользовалась этой паузой, чтобы уехать.

– Хорошего вам дня, – пожелала я, захлопнула дверь и покинула кладбище.

– Ай! – я скривилась, нанося обеззараживающую мазь на неглубокий порез на бедре. Хорошо, что тролли плохо умели драться.

Сегодня я ловила фейри, который угрожал жителям дома престарелых и требовал от них деньги. Мне удалось надеть на него наручники, но он не сдался без боя.

Нужно было сразу проверить, есть ли у него оружие, но больше эта ошибка не повторится. Он достал нож и успел порезать мне ногу, прежде чем я скрутила его. Это была всего лишь царапина, но, черт возьми, как же пекло!

Финч свистнул с другой стороны двери в ванную.

– Все нормально! Я выйду через пару минут.

Я залепила порез пластырями и надела легинсы. А к тому времени, как вышла из ванной, рана уже не болела.

– Все хорошо, – я улыбнулась Финчу, который обеспокоенно наблюдал за мной. – Это просто царапина.

Казалось, его мои слова не убедили, поэтому я немного попрыгала на месте, чтобы доказать, что цела.

– Видишь? Сам знаешь, какому-то троллю меня не одолеть.

Это вызвало у него улыбку, и он побежал в гостиную. Я еще не ужинала, но из-за усталости даже не могла думать о еде. Что мне было нужно, так это крепкий сон, но сперва я хотела провести немного времени с Финчем, он и так просидел в одиночестве весь день. Мы устроились на диване, укрылись мягким пледом и смотрели телевизор, пока у меня не закрылись глаза.

Следующим утром я проснулась усталой и разбитой, с ужасной головной болью, которая никак не проходила, даже после двух чашек кофе. Оставалось молиться, что я снова не простудилась. У меня не было времени болеть. Радовало хотя бы то, что порез быстро заживал, и, нанося мазь, я уже не чувствовала жжения.

Весь день я дремала на диване. Аппетита не было – ну и славно, у меня все равно не хватало сил на готовку. К счастью, Финч сам себя покормил фруктами из миски на столе.

К вечеру меня уже бросало то в жар, то в холод. Я пыталась согреться под одеялом и проклинала судьбу, что подкинула мне сюрприз в виде гриппа. Вайолет прислала сообщение, спрашивая, не нужна ли мне компания, но я запретила ей приходить. Через три дня она уезжала в Китай с родителями, и последнее, что ей было нужно, это заразиться от меня.

Ближе к ужину я заставила себя оторвать зад от дивана, но не смогла съесть больше половины бутерброда. Следующие десять минут я просидела у унитаза и преисполнялась жалостью к себе.

Встав, ощутила прилив головокружения и схватилась за край туалетного столика, чтобы не упасть. Лицо, смотревшее на меня в зеркале, было пепельного оттенка, с фиолетовыми тенями под усталыми глазами и поджатыми губами. Даже мои волосы выглядели тускло и безжизненно. Я не помнила, чтобы мне хоть раз было так плохо от гриппа.

Продолжая держаться за столик, я почистила зубы свободной рукой. Одежда липла к телу от пота, но у меня не было сил, чтобы принять душ. Это подождет до завтра.

Всю дорогу до спальни коридор кренился перед глазами, как в комнате кривых зеркал. Остаток энергии я потратила на то, чтобы переодеться в пижаму, после чего плюхнулась в кровать и едва успела натянуть одеяло, прежде чем отключиться.

Меня разбудил громкий свист Финча. Я перекатилась на край кровати и опустила взгляд. Финч стоял на полу рядом с мобильным, который, должно быть, притащил из гостиной.

– Спасибо, приятель, – пробормотала я, наклонившись за телефоном. Внезапно передо мной возникли два Финча и два телефона, и только после нескольких попыток мне удалось сомкнуть пальцы на мобильном.

На экране горел пропущенный вызов от Вайолет и одно сообщение, в котором она интересовалась, в порядке ли я. Я попыталась напечатать ответ, но не попадала пальцами по клавишам, и в итоге вышла какая-то бессмыслица.

Я решила набрать ее, но дважды уронила мобильный, из-за чего пришлось искать его среди складок одеяла. Казалось, будто я двигалась в замедленной съемке, перед глазами плавали темные пятна. Да что ж это за болезнь такая?

Я открыла список последних звонков и нажала кнопку вызова. Голос Вайолет раздавался откуда-то издалека и звучал странно из-за звона в ушах.

– Ви, кажется, я умира-а-аю, – промямлила я в неудачной попытке пошутить.

Она что-то ответила, но звон в ушах стал таким громким, что я ничего не разобрала. Телефон выскользнул из пальцев, пятна в глазах превратились в темноту, и я погрузилась в забвение.

16

К лицу прикоснулись холодные руки.

– Джесси, ты меня слышишь?