Карен Линч – Ладья (страница 59)

— У вас есть телефон? — поинтересовалась я. — Я свой потеряла, а мне надо позвонить в Агентство и попросить встретить нас там.

— Без проблем. Терминал кишит агентами.

Она вытащила рацию и вопросительно посмотрела на меня.

— Сообщите им, что с вами охотник, который арестовал Тейта Льюиса.

Она передала кому-то сообщение и заодно уведомила о нашем местоположении. Буквально спустя две минуты мы были окружены четырьмя агентами. Трое забрали Тейта и сопроводили его с парома, в то время как четвертый пошел со мной за моей сумкой и переноской к изможденному сотруднику торговой палатки.

Ещё никогда в жизни я не была так счастлива покинуть борт судна. В терминале меня отвели в сторону агенты, которые хотели расспросить меня про шторм и арест Тейта. Стоило мне упомянуть о том, что Тейт собирался встретиться с Сесилом Хантом, который продинамил его, как их глаза вспыхнули интересом. Юрист оказался особо увертливым, раз уж умудрился так долго избегать ареста. У меня было предчувствие, что его удача вот-вот закончится. Тейт Льюис выдаст Агентству всё, что они захотят знать, пойдя на сделку.

И только спустя два часа с тех пор, как я сошла с парома, мне наконец-то позволили покинуть терминал. На улице меня атаковала толпа репортеров, закидывающая вопросами всех, кто покидал здание. Я склонила голову и протиснула сквозь них. Я просто хотела убраться отсюда.

Моё удостоверение Агентства давало мне доступ на охраняемую стоянку в соседнем здании Береговой Охраны. Я устало тащилась мимо полицейских машин, скорых и любопытных зевак. Мои движения были вялыми, когда я забралась в «Джип», а мои руки тряслись так сильно, что я оказалась способна только держаться за руль. Я незряче уставилась в лобовое стекло. В моем сознании замелькали образы. Одно событие проигрывалось снова и снова — спасательные катера вытягивают людей из воды. Как я могла сидеть тут в тепле и безопасности, когда другие, возможно, потеряли жизнь сегодня?

Кто-то постучал в окно, и я подняла взгляд на обеспокоенные глаза полицейского. Я опустила окно, и только из-за холодного ветра, ударившего в лицо, я поняла, что плачу.

— Вы в порядке, мисс? — добродушно спросил пожилой мужчина.

Кивнув, я вытерла слёзы.

— Я просто… мне нужна минутка.

Понимание озарило его глаза.

— Вы были на пароме?

— Да.

Он положил руку на дверь.

— Могу ли я кому-нибудь позвонить и попросить приехать за вами?

Не знаю, почему я первым делом подумала о Лукасе. Я покачала головой и показала ему своё удостоверение.

— У меня переноска, битком набитая трау, которых мне надо отвезти в «Плазу» прежде, чем я отправлюсь домой. Обещаю, со мной всё хорошо, я могу везти машину.

— Хорошо. Езжайте аккуратно. Мы получаем известия об авариях по всему городу. Полагаю, все были очень заняты, глядя на огни в небе, а не туда, куда они ехали.

— Конечно. Спасибо.

Как только он ушёл, я подняла окно. Разговор с ним успокоил мои всклокоченные нервы, и я чувствовала себя лучше, когда завела машину.

Полицейский не шутил насчет пробок. На Манхэттене творился сущий хаос, сделав поездку до Куинса в два раза дольше обычного. В «Плазе» я натолкнулась на Брюса, Трея и нескольких других охотников, которые задали мне массу вопросов, узнав, что я была на пароме. Я ответила на несколько вопросов и убежала. Единственным моим желанием было принять душ, поесть и лечь спать. Всё остальное могло подождать до завтра.

* * *

— Есть тут кто? — выкрикнула я, идя по коридору, тускло освещенному двумя мерцающими канделябрами.

Споткнувшись на неровном полу, я уперлась рукой в холодную каменную стену и почувствовала, как сквозь меня прошел слабый энергетический поток. Что за странное место.

Я вошла в большую круглую комнату, как над стеклянным куполообразным потолком сверкнула молния, осветив небеса. Не успела я хорошенько разглядеть комнату, как она исчезла, и я оказалась на улице. Я стояла на вершине холма, выходящего на океан. Я повернулась на все триста шестьдесят градусов и обнаружила, что была на небольшом каменистом острове с минимум растительности, и никакого материка в поле зрения.

Снова вспыхнула молния и промчалась сквозь небеса. Только вот она не походила на обычную молнию. Вместо разветвления или движения зигзагом, она двигалась прямой линией, подобно ножу, режущему тонкую ткань неба. И она была ярко-зеленой, а не белой.

Я ахнула, когда меня окатил холодный дождь. За считанные секунды волосы прилипли к голове, а пижама промокла насквозь. Из ниоткуда налетел сильный ветер, подхватил меня и понес в сторону океана. Я опустила взгляд на воду, летя над ней, и к своему удивлению обнаружила, что океан был спокойным, несмотря на бушующий над ним шторм.

Я моргнула и, как вдруг, уже не летела. Я стояла у входа в широкую аллею. С трех сторон я была окружена горами и стенами из гладких черных скал. Свет испещрял гору и долину аллеи, говоря мне, что здесь жили люди.

Над головой странная зеленая молния закипела, затеяв над аллеей колыхающуюся игру света различных цветов. Воздух вокруг меня затрещал от статической энергии, поднимая мои волосы во все стороны.

Ужасающий рёв наполнил воздух, от которого я вынуждена была закрыть уши. С нарастающим чувством страха я наблюдала, как в небе над горой стремительно образуется разлом. Я побежала к горе, выкрикивая во все горло предупреждение жителям, но я была слишком далеко.

В мире стало смертельно тихо, словно из него высосало все звуки. А потом взрыв сотряс воздух, и гора начала рушиться. Мой крик был резко прерван. Меня накрыло ударной волной и швырнуло навзничь. Я лежала на земле не в силах двигаться и хватала ртом воздух, а стоящий в ушах звон перекрывал отдаленные крики.

— Джесси, проснись.

Я открыла глаза и несколько раз моргнула, пытаясь сфокусировать зрение. Возвышавшаяся надо мной тень приняла форму человека и, вскрикнув, я скатилась с дивана. Я попыталась встать, но оказалась закрученной в одеяло как буррито. Я бы рухнула на кофейный столик, если бы руки незнакомца не поймали меня.

— Отпусти меня.

Я оттолкнулась от спасителя и, к своему удивлению обнаружила, что меня отпустили. Сердце колотилось в груди. Я упала на диван и уставилась в кипучие голубые глаза.

— Какого хрена, Лукас?

— Почему ты не отвечаешь на мои звонки? — требовательно спросил он.

— Что? — я переспросила, пытаясь успокоить своё колотящееся сердце.

Он нетерпеливо выдохнул.

— Весь вечер, с той минуты как я увидел тебя в новостях, я звонил тебе.

Я потерла глаза, явно сбитая с толку.

— Меня показали по новостям?

— Ты покидала терминал. Репортеры взяли интервью у женщины, которая сообщила, что ты спасла жизнь её сына. И мы получили весть от Агентства, что ты арестовала Тейта Льюиса на пароме, — его голос стал более грубым. — Что, черт возьми, произошло на том пароме, и почему ты в одиночку отправилась за Тейтом?

Я спихнула с себя одеяло и, встав, пнула его пальцем в грудь.

— Не смей со мной так разговаривать. Только родителям позволено в таком тоне со мной общаться, а ты ни один из них.

Его глаза распахнулись от моего всплеска эмоций.

Я продолжила:

— Если спросишь мило, я расскажу тебе почему была там… но только после объяснения как ты попал в мою квартиру.

— Взломал твои замки, — сказал он, словно это было плевое дело.

— А чары?

Тот факт, что в этот раз он прошёл сквозь чары без приглашения, подтверждал подозрения Теннина, что Лукас наложил их. Но я хотела услышать это лично от него.

— Я их наложил.

Меня покинула сдерживаемая ярость.

— Зачем?

Он горестно улыбнулся.

— Я хотел, чтобы ты была в безопасности, и это самое меньшее, что я мог сделать после того, как отнесся к тебе.

— А чары на моих родителей?

— Я посчитал, что они всё ещё могут быть в опасности, и если с ними что-то случится, это сокрушит тебя, — он запустил руку в волосы. — Я понимал, что ты не позволишь мне приблизиться к ним, так что я провел ритуал, когда ты вышла из их палаты.

Я снова рухнула на диван.

— Значит, всё-таки я видела тебя, уходящим из их палаты.

— Да.

— Спасибо, — сказала я, еле ворочая языком.

Если бы он не наложил на них защитные чары, их могли снова схватить в заложники или убить во время несанкционированного проникновения в больнице.