Карен Берг – Никто не ожидал, что мы изменим мир (страница 3)

Работа Рава сегодня продолжает жить в его книгах и духовных уроках, открывая нам скрытые измерения и их бесконечные благословения. Мы склонны полагать, что корни всех наших проблем и удач лежат здесь же, в физической реальности, но наш мир – лишь «игровое поле Сата́на», как любил говорить Рав, когда хотел охарактеризовать враждебные силы оппонента, которые испытывают нас на прочность. Каббалисты видят тьму как отсутствие Света. Это отрицательная энергия, которая активно стремится нести разрушение, сеять раздор и отвлекать нас от истины. Имя этой силы – Сата́н. Его также называют оппонентом или противником.

От наших глаз скрыто больше, чем мы когда-либо сможем увидеть. Мудрость каббалы помогает нам пробудить сознание для того, чтобы исследовать тайные духовные измерения. Каббала основывается на том, что в мире превалируют три изначальные силы, названные Колонны энергии. Справа – позитивная сила дарования, а слева – негативная энергия получения. Между ними находится Центральная колонна энергии. Как нить накаливания в лампочке, она служит для сопротивления и баланса, гармонизирует позитивный и негативный заряды и проявляет Свет Творца. Мы сами создаем Центральную колонну, реализуя свою свободную волю.

Я верю, что суть жизненной истории Рава заключена в этой главе, посвященной ви́дению. Он начал с традиционного религиозного сообщества, в котором родился, со всеми его правилами и толкованиями, и выбрал путь бесконечных поисков понимания за пределами традиции. Рээ была главой Рава, поскольку смысл его жизни заключался в том, чтобы пролить свет на скрытое, помочь нам всем увидеть красоту и дотянуться до мудрости духовной системы, стоящей за пределами нашего ограниченного физического мира. Так человечество сможет исполнить свою миссию и стать, как говорил Рав, «детерминатором». В нашей власти стать причиной изменений, построить вокруг реальность, в которой «возлюби ближнего своего» станет жизненной нормой, а хаос, разрушение и смерть исчезнут с лица земли. Как и учитель Рава, я верю, что его судьбой было посвятить всех людей, а не только немногочисленных избранных, в учение каббалы.

Мой муж обладал неистощимой жаждой познания духовного измерения и его влияния. Чем больше он изучал, тем понятнее все становилось, а вместе с пониманием приходила уверенность в мудрости каббалы и Свете Творца. Он обрел как интуитивное, так и интеллектуальное понимание этих аспектов духа. Он не следовал правилам слепо, но осознанно работал над тем, чтобы сделать тайное явным. Он задался целью помогать человечеству использовать духовные инструменты каббалы, чтобы подняться над ограниченной реальностью и обнаружить беспредельный источник Света. Смысл его жизни заключался в пробуждении осознанности и – ни много ни мало – в стремлении к достижению физического бессмертия.

Однако ничто не предвещало такого будущего в ранние годы жизни моего мужа. Мудрость каббалы войдет в нее лишь через много лет. Шрага Файвел Грубергер получил традиционное религиозное образование, сослужившее ему прекрасную службу уже годы спустя. Мой муж проходил обстоятельную серьезную подготовку в нескольких учебных заведениях. С младших по старшие классы он посещал бруклинскую школу Тора Водаас, которую называли «матерью американских ешив». В этом уважаемом заведении, основанном в 1917 году, он получил ортодоксальное образование. Религиозные предметы преподавались там на иврите и арамейском, а также на идише.

В 1946 году Рав учился в Бейт Мидраш Говоха в Лейквуде, Нью-Джерси. Эта ешива, незадолго до того основанная выдающимся Рабби Аароном Котлером, посылала запросы в другие школы нью-йоркской агломерации, с тем чтобы они присылали в нее своих лучших учеников. По окончании учебного года Шрага вернулся в ешиву Тора Водаас, чтобы окончить школу. Завершил свое формальное религиозное образование он в Бейт Мидраш Эльон в районе Монси, в пригороде Нью-Йорка, высшем учебном заведении под эгидой ешивы Тора Водаас, в 1950–1960-е годы считавшемся элитным образовательным учреждением. Там он получил диплом и звание раввина в конце 1951 года.

За долгие годы глубокого изучения мой муж изучал Тору (Пятикнижие Моисея и Устную Тору) и Талмуд. Талмуд (что переводится с иврита как «учение») состоит из 63 книг или трактатов и насчитывает в целом более 6000 страниц. Это внушительное собрание учений тысяч раввинов создавалось со времен до нашей эры по V век нашей эры. Помимо прочих тем, он охватывает иудейскую этику, философию, традиции, историю и фольклор и служит основой всего иудейского закона. Эти 63 книги делятся на две части: Мишну, письменный пересказ Устной Торы – все законы, нормы и толкования, не входящие в изначальное Пятикнижие Моисея, и Гмару, написанную около V века н. э., которая объясняет и дополняет Мишну. Мой муж также изучал Мидраш – антологию тысяч трактовок отрывков Торы, раввинских проповедей, наставлений, толкований и комментариев.

Учась в старшей школе, Рав, чтобы помочь семье, нередко брал лошадь с фургоном и ехал к бухте Джамейка. В те времена эта местность представляла собой огромное болото. Он рубил тростник, растущий в трясине, грузил его в фургон и привозил домой, чтобы продать соседям для строительства сукки (специальным образом построенный шалаш) к празднику Суккот. Старый друг мужа рассказал мне, что в 1947 году отец Рава привозил из швейной мастерской свитера и Рав продавал их своим одноклассникам по 2 доллара за штуку.

После получения звания раввина в 1951 году Рав начал преподавать основы Торы в младших классах близлежащей ешивы в Монси, что было распространенной практикой для молодых раввинов. Примерно в то же время он женился на Ривке Брандвайн. Как было принято в их кругу, ее родители выплатили молодой паре 10 000 долларов в качестве небольшого приданого на семейные расходы и выкуп первенца.

Ривку описывали как скромную девушку, вышедшую из преуспевающей семьи израильских поселенцев. Ее предки начиная с XVI века жили в Цфате, считавшемся одним из четырех священных иудейских городов и центром изучения каббалы. Насколько нам известно, линия Ривки восходит напрямую к царю Давиду, а значит, ее семья состоит в родстве с каждым выдающимся раввином в истории, включая легендарного Бааль Шем Това. Отец Ривки – израильтянин в четвертом или пятом поколении, его предки похоронены на древнем Старом кладбище, где веками ранее был погребен великий каббалист Рабби Ицхак Лурия (Ари). Поскольку в семье Рава не было столь выдающихся людей, союз с Ривкой был предметом большой гордости для его родителей.

Рав и его молодая жена начали свою совместную жизнь в бруклинском еврейском квартале возле Истерн-Паркуэй и Проспект-парк, где и по сей день живет много ортодоксальных семей. В этом браке на свет появилось восемь детей – четыре девочки и четыре мальчика. На деньги из приданого Рав купил трехэтажный таунхаус с кессонными потолками. Они с женой занимали верхний этаж, второй этаж сдавали другой семье, а нижний был арендован под склад. Сестра Ривки жила в четырех кварталах от них, на Кэрролл-стрит. И хотя родители Ривки оставались в Израиле, ее брат тоже обосновался неподалеку в Нью-Йорке. Родители Рава к тому времени переехали в пляжную зону Рокавей, а брат Зигмунд проживал в бруклинском районе Флэтбуш.

Несмотря на кажущееся благополучие традиционной жизни раввина, через несколько лет после того, как Рав начал преподавать в ешиве, на душе у него стало неспокойно. Он чувствовал, что это дело не для него. В нем поселилась тревога. Рав неустанно спрашивал себя: «Чего на самом деле я могу достичь?» В то время он начал расставаться с некоторыми иллюзиями относительно религии. Ортодоксальный иудаизм в том виде, в каком его преподавали, не давал практических ответов на реальные жизненные вопросы. Раву необходимо было попробовать себя в чем-то другом.

Очень важно при этом понимать, что, несмотря на разочарования, мой муж никогда не отрекался от ортодоксального иудаизма. И никогда не переставал учить людей. В конце концов, Рав был Львом, а они все прирожденные учителя.

Филипп Грубергер начал вести бизнес со своим свояком, Хершелем Уоллингером, мужем сестры Ривки. Шрага Файвел – так звали моего мужа на иврите, а Филипп – английский эквивалент имени Файвел, который он использовал для светских дел. Позднее, переехав в Израиль, мы сократили фамилию Грубергер до Берг. Филипп Грубергер и Хершель Уоллингер стали страховыми агентами и открыли офис в центре Бруклина по адресу Ремсен-стрит, 127, недалеко от станции «Боро-холл». Здесь они выписывали полисы на правительственные и муниципальные здания Нью-Йорка и страховали генеральных подрядчиков.

По обычаю, ортодоксальные мужчины и замужние женщины не должны ходить с непокрытой головой. Мужчины носят шляпы или кипы, а женщины – шляпы или парики. Рав никогда не приходил на встречи с непокрытой головой, но когда в некоторых ситуациях он чувствовал, что кипа или шляпа будет неуместна, то надевал небольшой парик.

Их дело быстро начало процветать. Учитывая, что многие из клиентов входили в государственные структуры, в конце 50-х – начале 60-х годов у Рава появились связи в политической среде. Это позволило ему служить своеобразным проводником между религиозным и светским миром – и эту роль он сохранит на всю жизнь. До того, как за дело взялся Рав, ортодоксальные евреи Нью-Йорка оставались довольно изолированным сообществом и не имели политического влияния. Но он начал менять это положение дел. Рав стал первым, кто начал приглашать таких людей, как, например, мэр Нью-Йорка Роберт Вагнер, на встречи с лидерами различных ортодоксальных и ультраортодоксальных общин.