А.Ф.: Няни с вами не было?
Р.Г.: Нет, она ушла около семи.
А.Ф.: Ваша жена была дома, когда вы вернулись?
Р.Г.: Нет, она приходила не раньше восьми.
А.Ф.: И какой она была в тот вечер?
Р.Г.: В смысле?
А.Ф.: Веселой? Взволнованной? Уставшей?
Р.Г.: Пожалуй, слегка озабоченной из-за интервью, которое предстояло брать на следующий день. От него многое зависело.
Э.Б.: Интервью с Малкольмом Джервисом в Уитеннхэме?
Р.Г.: Да, вы же в курсе. Мы сто раз об этом говорили. Ханна много месяцев работала над этой историей. Громкое дело.
А.Ф.: Значит, днем она была на Би-би-си в Саммертауне.
Р.Г.: Да, насколько мне известно.
А.Ф.: Насколько вам известно?
Р.Г.: Слушайте, да в чем дело? Вы что-то недоговариваете?
А.Ф.: Мы просто устанавливаем факты, мистер Гардинер. Она больше никуда не ездила в тот день?
Р.Г.: Ханна сказала, что была в Саммертауне.
Э.Б.: Когда вернулась, она так вам сказала?
Р.Г.: Да.
Э.Б.: В восемь вечера?
Р.Г.: Да.
А.Ф.: Тогда вы удивитесь, узнав, что Ханна уехала из офиса Би-би-си в 14.45 и больше туда не возвращалась.
Р.Г.: О чем вы? Первый раз такое слышу.
А.Ф.: Как я говорил, прежде у нас не было причин проверять. Теперь они имеются.
Э.Б.: Мы также выяснили, что система распознавания номерных знаков засекла машину вашей жены на Коули-роуд в половине пятого.
Р.Г.: [Молчит]
А.Ф.: Вы не знаете, что она там делала?
Р.Г.: Нет.
А.Ф.: Ханна работала только над одним репортажем?
Р.Г.: О других мне ничего не известно.
А.Ф.: Также в офис вашей жены в тот день поступил звонок с незарегистрированного мобильного. Примерно за час до ее отъезда. Она об этом не говорила?
Р.Г.: Нет, я ведь уже сказал. Да и это мог быть кто угодно, любой зритель, желающий поведать свою историю. Или протестующий из лагеря. У них там у всех такие телефоны.
Э.Б.: Зачем же она поехала в Коули?
Р.Г.: А я-то откуда, блин, знаю?
А.Ф.: Простите, что поднимаю такой вопрос, но Тоби ведь не является вашим родным сыном?
Э.Б.: Один свидетель сообщил, что вы не можете иметь детей…
Р.Г.: Что? Да как вы смеете лезть так глубоко в мою личную жизнь? К делу это не имеет никакого отношения.
А.Ф.: Сомневаюсь, мистер Гардинер. Если не вы отец Тоби, то кто?
Р.Г.: Понятия не имею.
А.Ф.: Жена вам изменила?
Р.Г.: [Смеется] Вы так далеки от истины, что это выглядит даже жалко. Думаете, я избил жену до смерти, потому что узнал, что она изменила мне с кем-то на Коули-роуд и залетела от него? А потом я взял и бросил Тоби в Уиттенхэме, потому что он не мой сын?
Э.Б.: Так у вашей жены был роман с другим?
Р.Г.: Конечно нет, мать вашу. Детей я иметь не могу, это правда. Я никогда не скрывал сей факт, но и на «Фейсбуке» не трепался во всеуслышание.
А.Ф.: Почему вы не сообщили об этом в 2015 году, когда Ханна пропала?
Р.Г.: Потому что а) это никак не связано с ее исчезновением, и б) это не ваше чертово дело. Обе причины, кстати, до сих пор в силе.
А.Ф.: Значит, Тоби усыновлен?
Р.Г.: Нет, мы воспользовались донорским оплодотворением. У Ханны никаких проблем не было.
А.Ф.: Однако в прежних отношениях у вас это вызывало проблемы?
Р.Г.: Вы что, допрашивали моих бывших девушек? [Обращается к мистеру Роузу.] Разве они имеют на это право?
П.Р.: Что-нибудь еще, инспектор? Полагаю, у мистера Гардинера и так выдался тяжелый день. Он до сих пор пытается осмыслить тот факт, что обнаружено тело его жены – и при каких страшных обстоятельствах…
А.Ф.: Боюсь, мы еще не закончили. На одеяле, в которое было завернуто тело Ханны, мы нашли следы вашей ДНК. Только вашей, ее и Тоби. Никого другого. Как вы это объясните?
Р.Г.: [Молчит]
А.Ф.: Как вы это объясните, мистер Гардинер? У вас вообще было такое одеяло?
Р.Г.: Не знаю.
А.Ф.: Темно-зеленое с красным, в шотландскую клетку, если это освежит вам память.
[Молчание]
Р.Г.: В багажнике Ханна возила одеяло для пикника. Я думал, мы его уже выбросили, хотя, возможно, оно все еще в машине.
Э.Б.: Как оно выглядело?
Р.Г.: Не помню, правда. Темное вроде бы… Может, зеленое.
А.Ф.: Есть еще и отпечатки пальцев на клейкой ленте. Тело вашей жены было запечатано скотчем.
П.Р.: Без этого никак, инспектор? Подобные детали могут встревожить моего клиента.
А.Ф.: Извините, мистер Роуз, но мы вынуждены задать все эти вопросы. На клейкой ленте, мистер Гардинер, найдены отпечатки – большинство из них стерты, а вот один частично совпадает с вашими.
П.Р.: Частично? По скольким параметрам?
А.Ф.: По шести, но, как я сказал…
П.Р.: Господи, да мои отпечатки наверняка тоже совпадут с найденными по шести пунктам. Чтобы чего-то добиться, инспектор, нужно как минимум восемь. И вам это прекрасно известно.
А.Ф.: Мистер Гардинер, вы жестокий человек?
