Капитан М. – За кулисами (страница 6)

Он осторожно подошёл, держа оружие наготове. На полу лежал человек в чёрном. Автомат валялся рядом. Он был мёртв. Вадим забрал его фонарик, посветил в тоннель. Пусто.

Но он знал: эти двое — не последние. Остальные могли зайти с другой стороны, отрезав выход к оврагу. Нужно было спешить.

Он побежал по тоннелю, догоняя группу. Люди уже достигли выхода. Решётка была открыта, но за ней, вместо свободы, их ждал крутой склон, поросший сухим бурьяном. Ночь опустилась на овраг, звёзды проступали на тёмном небе. Вдалеке шумела трасса.

— Выбирайтесь! Быстро! — крикнул Вадим, подталкивая замешкавшихся.

Первым полез Герман Борисович, за ним Марина, потом остальные. Вадим замыкал группу, помогая тем, кто оступался. Когда последний человек оказался наверху, он обернулся. Из тоннеля доносились новые звуки: голоса, шаги. Преследователи приближались.

— Уходим! В лес! — скомандовал он, указывая на тёмную полосу деревьев за оврагом.

Люди, спотыкаясь, побежали вниз по склону, к спасительной чаще. Вадим остался на месте, глядя в чёрный провал тоннеля. В его душе боролись два чувства: желание остаться и уничтожить всех, кто посмел посягнуть на его мир, и трезвое понимание, что сейчас важнее вывести людей.

Он вытащил из кармана последний пиротехнический заряд, тот самый, что не успел использовать. Взгляд упал на ржавую решётку, на каменный свод. Если обрушить вход, погоня захлебнётся.

Он воткнул заряд в щель между камнями, активировал детонатор. Затем резко развернулся и бросился вниз по склону, к деревьям. За спиной, через несколько секунд, грохнул взрыв. Земля содрогнулась. Свод тоннеля обрушился, подняв столб пыли и щебня.

Он догнал группу уже на опушке. Люди попадали на землю, тяжело дыша. Кто-то плакал, кто-то смеялся истерически. Ставинский сидел, обхватив голову руками, и раскачивался из стороны в сторону.

— Всё, — выдохнул Вадим, опускаясь на колени рядом с Мариной. — Они не пройдут.

Марина подняла на него глаза. В них больше не было страха. Только усталость и безмерная благодарность.

— Ты спас нас, — прошептала она. — Ты не просто каскадёр. Ты настоящий герой.

Вадим покачал головой, глядя на догорающий вдали завод, на чёрный дым, поднимающийся к звёздам.

— Нет, — сказал он. — Я просто делал свою работу.

Он посмотрел на свои руки. Кровь, грязь, ссадины. Но впервые за долгое время это была его собственная кровь, пролитая за тех, кто рядом. И это было правильно.

Где-то на трассе послышались звуки сирен. Приближалась помощь. Но Вадим понимал: эта ночь ещё не окончена. Главарь остался жив. И те, кто стоял за ним, тоже. Игра только начиналась.Сирены выли всё ближе, разрывая тишину, повисшую над лесом. Вадим не двигался. Он стоял на коленях, глядя на догорающий завод, на столб дыма, подсвеченный оранжевыми всполохами. Впервые за долгие минуты он позволил себе просто дышать, не оценивая траектории пуль, не просчитывая маршруты отхода. Грудь тяжело вздымалась, лёгкие горели от бега и едкого дыма. Рядом, на пожухлой траве, сидели люди, которых он знал много лет, но сейчас они казались ему чужими — настолько изменила их минувшая ночь. Кто-то плакал навзрыд, кто-то молча раскачивался, обхватив себя за плечи. Кто-то, кажется, молился.

Первым голос подал Герман Борисович. Он сидел, прислонившись спиной к берёзе, и вытирал лицо грязным платком.

— Надо уходить дальше от завода, — прохрипел он. — Если они выжили... они могут выйти через другие выходы. Тут небезопасно.

Вадим покачал головой.

— Отсюда не видно входа, но мы на открытом склоне. Лучше отойти за деревья, но не дальше. Полиция уже едет. Нам нужны свидетели, нужна помощь. Если мы разбежимся, будет хуже.

Марина, сидевшая рядом с ним, подняла взгляд. Её лицо было перепачкано копотью, волосы растрепались, но в глазах светилась несгибаемая воля.

— Ты прав, — сказала она. — Мы должны остаться. Но нужно подготовиться. Вдруг они выйдут с другой стороны.

Вадим кивнул. Он поднялся, отряхнул колени и оглядел группу. Люди смотрели на него с надеждой, страхом и чем-то ещё, что рождается только в минуты смертельной опасности — с доверием. Доверием к тому, кто уже однажды вытащил их из ада.

— Всем отойти вон за те кусты, — он указал на густой ельник метрах в пятнадцати. — Ложитесь, не высовывайтесь. Я посмотрю, что происходит у выхода.

— Я с тобой, — вызвалась Марина, поднимаясь.

— Нет. Останься с людьми. Если что, бегите к трассе, не оглядываясь.

Она хотела возразить, но встретила его твёрдый взгляд и осеклась. Лишь коротко кивнула и начала собирать людей, помогая им подняться и дойти до укрытия.

Вадим двинулся обратно к оврагу, откуда они только что выбрались. Ночь сгустилась, но глаза уже привыкли. Он шёл осторожно, держа автомат наготове, стволом вниз, палец на предохранительной скобе. Каждый шаг отдавался в висках, но он заставлял себя двигаться тихо. Где-то рядом, в подлеске, треснула ветка. Он замер, прислушался. Тишина. Только отдалённый гул машин на трассе и потрескивание далёкого пожара.

Он подошёл к краю оврага и лёг на живот, вглядываясь вниз. Вход в коллектор, точнее то, что от него осталось, был завален грудой камней и щебня. Из щелей поднимался лёгкий дымок. Если кто-то и был в тоннеле в момент взрыва, он либо погиб, либо оказался замурован. Вадим надеялся на первое.

Но из оврага доносился и другой звук — тихий, едва уловимый. Шорох. Будто кто-то карабкался по склону в стороне от основного завала. Вадим затаил дыхание, вглядываясь в темноту. Вот оно. Тень, скользнувшая между кустами у подножия оврага. Человек, припадая к земле, двигался в сторону леса, противоположную от группы. Вадим плавно приподнялся, но не стал стрелять — звук выстрела мог привлечь внимание. Вместо этого он пополз следом, используя траву и неровности рельефа.

Человек двигался неуверенно, спотыкаясь, припадая на одну ногу. Похоже, он был ранен. Вадим сократил дистанцию, выжидая момент. Когда тень остановилась, чтобы перевести дух, он бросился вперёд. Один прыжок — и он уже на спине противника. Захват за шею, рывок назад. Человек захрипел, попытался вывернуться, но Вадим держал крепко.

— Тихо! — прошипел он в ухо. — Кто ты? Откуда?

— Руки... руки убери... — прохрипел незнакомец. — Я свой... я из группы... осветитель... Лёха...

Вадим ослабил хватку, но не отпустил. Развернул человека лицом к себе. Бледное, перекошенное от боли лицо. Это действительно был Лёха, помощник осветителя, парень лет двадцати пяти, с вечно взлохмаченными волосами и сигаретой в зубах. Он был на площадке с самого утра, но в момент захвата Вадим его не заметил.

— Лёха, чёрт тебя дери! — выдохнул Вадим, отпуская его. — Ты как здесь?

— Я... я спрятался в генераторной, когда они вошли. Потом услышал стрельбу, взрывы... Вылез, а тут дым, все бегут... Я и рванул следом, но в овраге ногу подвернул. Еле доковылял.

Вадим оглядел его. Одежда порвана, на щеке ссадина, рука висит плетью. Но живой. Ещё один спасённый.

— Идти можешь? — спросил он.

— Могу... вроде, — прохрипел Лёха, морщась. — Только не быстро.

— Держись за меня.

Вадим подхватил парня под руку и повёл к группе. По пути он постоянно оглядывался, ожидая погони, но лес был тих. Только совы перекликались где-то вдалеке да шум трассы становился ближе.

Когда они добрались до ельника, Марина первой заметила их и бросилась навстречу.

— Лёха! Господи, ты живой! — она обняла парня, и тот зашипел от боли. — Прости, прости...

— Нормально всё, — выдавил он, пытаясь улыбнуться. — Поживу.

Вадим опустился на землю, чувствуя, как ноги наливаются свинцовой усталостью. Он прикрыл глаза на мгновение, но тут же открыл — в голове крутились обрывки мыслей, не давая расслабиться. Террористы, главарь, загадочные слова о том, что он, Вадим, теперь мишень. Кто они? Чего хотели? Обычные захватчики заложников не действуют так слаженно и не имеют столько оружия. Здесь что-то глубже. Возможно, заказ. Или месть. Или что-то, связанное с этим фильмом, с продюсерами, с кем-то из группы.

Он открыл глаза и посмотрел на Ставинского. Тот сидел в стороне, сгорбившись, и нервно покусывал губы. Время от времени он бросал взгляды на Вадима, но тут же отводил, словно стыдясь. Или злясь. Сложно было понять.

Вскоре на опушку вышли люди в форме. Полицейские, несколько машин с мигалками, скорая. Началась суматоха: проверка документов, вопросы, медицинская помощь. Вадим стоял в стороне, отвечая коротко и сухо. Он рассказал, что произошло, но без лишних деталей. Оставил при себе и то, что обезвредил нескольких боевиков, и то, что главарь остался жив, и уж тем более то, что ему угрожали. Всё это он решил обдумать позже, без свидетелей.

Майор полиции, немолодой мужчина с усталыми глазами и седыми усами, отвёл его в сторону.

— Вы Вадим, каскадёр? — уточнил он, заглядывая в блокнот.

— Да.

— Хорошо. Нам нужно будет завтра снять с вас подробные показания. Сейчас — просто отметьте, кто был на площадке, кто пропал. Возможно, террористы уже покинули территорию, но мы должны быть уверены.

— Я понимаю.

— И ещё, — майор понизил голос. — Есть информация, что среди нападавших был человек без маски. Седой. Вы его видели?

Вадим медлил долю секунды.

— Видел. Он командовал. Могу описать подробно.

— Позже. Сейчас поезжайте в город, вам окажут помощь. Мы выставим оцепление. Завтра ждём вас в отделе.