Капитан М. – Выбор хирурга (страница 7)

Аскер Алиевич склонился над Магомедом. Он не стал спрашивать, что было сделано. Он просто начал осмотр. Его движения были точны и скупы. Он проверил пульс на сонной артерии, оттянул веко, оценив реакцию зрачка на свет, прослушал дыхание, склонившись ухом к груди раненого так низко, что едва не касался ее. Затем он внимательно, сантиметр за сантиметром, осмотрел дренажную трубку и повязку. В его действиях не было ни суеты, ни театральности. Только холодный, отточенный десятилетиями профессионализм.

Наконец он выпрямился и повернулся к Генералу.

— Плевральный дренаж по Бюлау, — произнес он, и в его голосе впервые прорезалось что-то, отдаленно похожее на интерес. — Выполнен подручными средствами, грубо, но анатомически верно. Антибиотикотерапия начата. Инфузионная поддержка есть. Кто делал?

Гериханов кивком указал на Элиаса.

— Вот он. Военный хирург. Мой пленный.

Старик снова посмотрел на Элиаса. На этот раз его взгляд был более долгим и изучающим. Он словно переоценивал увиденное.

— Твоя работа? — спросил он напрямую.

— Моя, — коротко ответил Элиас. Он не видел смысла отпираться.

— Где учился?

— Военно-медицинская академия. Затем интернатура по общей хирургии, специализация по военно-полевой. Практика — Афганистан, Сирия, десяток локальных конфликтов.

Аскер Алиевич едва заметно кивнул, принимая информацию.

— Дренаж мог бы быть изящнее. Но выбор точки прокола грамотный. Ты спас парня. По крайней мере, пока.

Элиас не ответил. Похвала от врага была подобна пощечине. Но еще хуже было то, что старик своей оценкой невольно продлил ему жизнь. Парадоксально, но сейчас именно его, Элиаса, профессионализм служил гарантией его же безопасности. Если бы он сделал работу плохо, Генерал, возможно, уже приказал бы его расстрелять. Но теперь, видя, что пленный хирург действительно знает свое дело, Гериханов будет держать его как запасной вариант.

— Что скажете, Аскер Алиевич? — нетерпеливо спросил Генерал. — Он выживет?

Старик снял очки и начал протирать их краем свитера. Этот жест был полон такого спокойствия, что нервы присутствующих натянулись до предела.

— Состояние тяжелое, но стабильное, — произнес он наконец. — Пневмоторакс купирован. Однако остается риск эмпиемы плевры, посттравматической пневмонии, не исключено инородное тело в легочной ткани — осколок. Нужна ревизия раны. И нужен рентген. Все это здесь, — он обвел рукой скалы, — невозможно. Его нужно вывозить. И чем скорее, тем лучше.

Гериханов выругался сквозь зубы. Это был приговор, которого он боялся.

— Вывезти его сейчас нельзя, — отрезал он. — Вертолеты противника кружат над ущельями. На тропах — засады. Нам нужно прорываться с боем, а он не транспортабелен. Вы можете сделать операцию здесь?

Аскер Алиевич надел очки и строго посмотрел на Генерала.

— Я могу попытаться. Но мне нужны условия. Инструменты у меня есть. Но мне нужен ассистент.

Элиас понял это за мгновение до того, как старик произнес следующую фразу. Сердце пропустило удар.

— Ты, — Аскер Алиевич указал на него сухим, узловатым пальцем. — Ты будешь ассистировать.

Это был не вопрос. Это был не приказ. Это была констатация факта. Два хирурга на один операционный стол. Палач и жертва, вынужденные работать вместе. Элиас почувствовал, как земля уходит из-под ног. Ему предлагали стать соучастником спасения сына своего врага. Но отказаться он не мог. Отказ означал немедленную смерть. Согласие давало отсрочку. И новые возможности.

— Хорошо, — произнес он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Но у меня есть условия.

Гериханов хотел было взорваться, но старик остановил его жестом.

— Говори, — сказал Аскер Алиевич.

— Полная стерильность, насколько это возможно в данных условиях. Чистая вода, кипяченый инструмент, обработка операционного поля. И я работаю только со своим скальпелем.

Элиас извлек из потайного кармана свое главное сокровище. Скальпель с рукоятью из нержавеющей стали и лезвием из дамасской стали. Аскер Алиевич посмотрел на инструмент, и в его глазах впервые мелькнуло нечто похожее на уважение. Он оценил качество стали, баланс, профессиональный выбор.

— Хороший инструмент, — произнес он. — Согласен. Но запомни, коллега, — он выделил это слово с особой, зловещей интонацией, — я буду следить за каждым твоим движением. Одно лишнее — и ты умрешь раньше, чем твой скальпель коснется пола.

Начались приготовления. Боевики, подгоняемые Генералом, засуетились, как потревоженные муравьи. Из саквояжа Аскера Алиевича были извлечены настоящие хирургические инструменты, упакованные в стерильные пакеты. Зажимы, иглодержатели, пинцеты, скальпели, ампулы с препаратами. Элиас смотрел на это богатство с жадностью умирающего от жажды, увидевшего колодец. У него самого не было и десятой доли этого арсенала. Но сейчас это было не просто медицинское оборудование. Это был арсенал возможного оружия. Каждый зажим, каждый пинцет, каждый шприц, наполненный лекарством, был потенциальным инструментом для побега или убийства.

Операционным столом служили те же импровизированные носилки, наспех застеленные относительно чистым брезентом. Воду кипятили в котелках, раздувая пламя костров до неистовства. Воздух наполнился запахом дыма и спирта. Раненого Магомеда перенесли ближе к свету, под навес скалы, где тени были не такими густыми. Аскер Алиевич, облачившись в старенький, но чистый хирургический халат, извлеченный из саквояжа, распоряжался, как дирижер перед выступлением оркестра.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.