Капитан М. – Критические минуты (страница 6)

Шаги остановились прямо у двери. Кто-то толкнул её. Дверь дрогнула, но стеллаж удержал её. Голос стал громче — это был явный вопрос. Ответил ему другой, более низкий и хриплый. Затем третий, с лёгкой усмешкой. Они обсуждали, заперта ли дверь изнутри. Тополь задержал дыхание. Каждая секунда растянулась в вечность.

Наконец, раздался звук удаляющихся шагов. Они ушли. Дверь больше не трогали. Тополь выдохнул, медленно, беззвучно, но не расслабился. Он отошёл от двери и кивнул остальным.

— Они проверяют этаж, — прошептал он. — У нас минут десять, не больше. Заканчиваем сборы.

Работа ускорилась. Руки подростков дрожали, но двигались быстрее, подгоняемые страхом. Дрон, затягивая узел на жгуте из папок, вдруг спросил:

— Виктор Сергеевич, а если они нас найдут? Вы сможете их… ну… остановить?

Тополь не сразу ответил. Он затянул очередную петлю на обвязке, проверил её прочность и только потом поднял взгляд на Дрона.

— Я сделаю всё, чтобы они нас не нашли, Дронов. Если же дойдёт до прямого контакта, — он помолчал, — то тогда я сделаю то, что должен. Но лучше тебе об этом не думать. Думай о том, как правильно держать равновесие на карнизе. Это сейчас важнее.

Он разложил на полу получившуюся конструкцию. Это была примитивная страховочная система: пояс из скрученных папок, к которому крепились две петли из бечёвки — одна на талию, другая на грудь. Соединительным звеном служил самодельный карабин из скрученной медной проволоки. Вся конструкция выглядела ненадёжной, но при весе подростка должна была выдержать.

— Первым пойду я. Затем — Ветрова. Она самая лёгкая и, судя по всему, самая отчаянная. Дальше — Дронов, он будет помогать остальным. Потом Соболева, Зяблик, братья, Маша и Даша. Замыкающим пойдёт… — он оглядел группу, — Саша. Он выше брата и, кажется, соображает быстрее. Паша пойдёт перед ним, чтобы подстраховать.

Паша хотел возразить, но, поймав взгляд учителя, промолчал. Возражать было бессмысленно.

— Сейчас я открою окно. Всем соблюдать тишину. Никаких вскриков, никаких резких движений. На карнизе — не смотреть вниз. Смотреть только на стену и на впереди идущего. Держаться за страховочную верёвку. Я буду идти первым и закреплять её на каждом выступе. Если кто-то поскользнётся, верёвка удержит.

Он подошёл к окну. Положил ладонь на ручку. Ещё раз глянул вниз, на залитый сумерками двор. Где-то вдалеке завыла сирена. Полиция, скорая, может, уже и спецназ. Они приближаются. Но успеют ли?

Тополь потянул ручку. Створка открылась бесшумно, впуская в кабинет прохладный вечерний воздух, пахнущий бензином, пылью и первым дыханием осени. Он глубоко вдохнул, словно набираясь сил, и шагнул на карниз.

Под ногами заскрипел рифлёный алюминий. Тополь держался одной рукой за раму, другой нащупывал выступ стены. Карниз был шириной около сорока сантиметров, но из-за наклона здания казался уже. Внизу — тёмная пропасть, заканчивающаяся бетонным асфальтом. Ветер, внезапно усилившийся, дёрнул его за рубашку, но он устоял, прижавшись спиной к стене.

— Ветрова, — тихо позвал он. — Давай руку.

Лиза, закусив губу, подошла к окну. В её глазах плясал ужас, но она не отступила. Она протянула ему свою узкую ладонь, и Тополь крепко сжал её. Затем, перехватив её за запястье, помог ей выбраться на карниз. Ветер тут же растрепал её рыжие волосы, швырнув их в лицо. Она замерла, вцепившись в руку учителя, и на секунду ей показалось, что пол под ногами качается.

— Не смотри вниз, — напомнил он. — Дыши. Ровно. Мы просто пройдём вдоль стены. Держись за верёвку.

Он уже закрепил первый конец страховочной верёвки за кронштейн кондиционера, выступавший из стены. Верёвка тянулась вдоль карниза, как тонкая нить жизни. Лиза, сжав её обеими руками, медленно двинулась за Тополем. Сердце её колотилось так, что, казалось, его слышно на весь двор. Но она шла. Шаг. Ещё шаг. Ветер, как назойливый враг, толкал в спину, стараясь оторвать её от стены. Но она шла.

За ней выбрался Дрон. Он сразу схватил верёвку, встал так, чтобы прикрыть собой щель между стеной и карнизом. Зяблик, бледный как полотно, едва не споткнулся о раму, но Дрон поймал его за шиворот и рывком поставил на ноги.

— Жить хочешь? — прошипел он. — Тогда не дёргайся.

За Зябликом вылезла Алина. Она тряслась, как осиновый лист, и её зубы выбивали мелкую дрожь. Тополь, почувствовав её состояние, остановился и, не оборачиваясь, произнёс:

— Соболева, дыши носом, выдыхай ртом. Представь, что ты идёшь по бревну в школьном спортзале. Внизу маты. Ничего страшного.

— Маты… — всхлипнула она, но всё же сделала шаг.

Саша и Паша выбрались почти одновременно. Паша, поскользнувшись, ударился коленом о парапет, но не издал ни звука. Только крепче сжал верёвку, разбив в кровь ладонь. За ними — Маша и Даша, которые держались друг за друга, как утопающие, и двигались медленно, но неумолимо.

Последним вылез Саша. Он закрыл окно, но не до конца, оставив щель, чтобы не слышно было шагов, если кто-то войдёт. Затем, пригнувшись, пошёл по карнизу, держась за верёвку.

Так они и двигались — цепочкой, прижатые к стене торгового центра, под серым небом, по краю пропасти. Внизу, за бетонным забором, уже мелькали красно-синие огни полицейских машин. Пронзительный вой сирен нарастал, приближаясь к главному входу. Значит, снаружи уже знали. Но это не спасало тех, кто внутри. Террористы, загнанные в угол, могли начать убивать. И каждый шаг по карнизу отдалял их от кабинета, но приближал к неизвестности.

Тополь, добравшись до угла здания, остановился. Здесь карниз делал поворот на девяносто градусов, заворачивая на западный фасад, где находился кинотеатр. Он глянул вниз, на задний двор. Прямо под ними находился мусорный контейнер, а за ним — высокая кирпичная пристройка, которая соединяла торговый центр с соседним складом. Её крыша была на уровне второго этажа. Это был шанс.

— Мы не пойдём на крышу, — внезапно сказал он, повернувшись к Лизе, которая стояла ближе всех. — Мы спустимся на пристройку.

— Но… — она непонимающе уставилась на него.

— На крыше нас могут заметить с вертолёта или с соседних домов. А пристройка — это тень. Мы спустимся по водосточной трубе, перейдём на её крышу, а оттуда — на склад. Там есть слуховое окно, ведущее в подвал торгового центра.

— В подвал? — переспросил Дрон.

— Да. Подвал — это бункер. Я видел план здания, когда директор возил нас сюда на совещание по пожарной безопасности. Под фундаментом есть технический этаж, оставшийся ещё с советских времён. Раньше здесь был узел связи гражданской обороны. Туда ведёт отдельный ход с заднего двора. Террористы, возможно, про него не знают.

— Откуда вы помните план? — с сомнением спросила Лиза.

— Я сапёр. Я запоминаю планы зданий, как ты — состав косметики. Это профессиональное, Ветрова.

Он не стал ждать дальнейших расспросов. Спуск начался. Первым пошёл он, ловко обхватив водосточную трубу, нагретую за день солнцем. Затем, одного за другим, принимал учеников, страховал их своей верёвкой. Это было мучительно медленно, но верно. Дрон, у которого от напряжения тряслись мышцы, всё же справился. Зяблик едва не сорвался, но Тополь в последний момент схватил его за пояс и втащил на крышу пристройки. Алина, потеряв самообладание, тихо плакала, но двигалась. Маша и Даша, вцепившись в верёвку, спустились последними, и Саша, который шёл предпоследним, помогал им снизу.

Когда все оказались на плоской крыше пристройки, Тополь велел им сесть и перевести дух. Небо окончательно потемнело. Над городом зажглись первые огни. Со стороны главного входа торгового центра доносился усиленный мегафоном голос: «Вы окружены! Сдайте оружие! Освободите заложников!»

— Полиция уже здесь, — прошептала Даша.

— Это хорошо, — сказал Тополь, — но пока идут переговоры, мы должны быть как можно дальше от эпицентра. Нам нужно в бункер. Оттуда мы сможем связаться со спецназом, потому что там есть автономная линия связи, которая идёт в городской узел. Она проложена отдельно и могла уцелеть.

Он встал, и подростки, как по команде, поднялись следом. Они больше не были той разболтанной компанией, что входила в торговый центр пару часов назад. Они были вынуждены повзрослеть за один вечер. И Тополь, глядя на них, почувствовал странную, давно забытую гордость. Эти дети, его «трудный класс», оказались крепче, чем он думал.

Где-то за их спинами, в глубине торгового центра, снова раздался выстрел. Одиночный, сухой, как треск сломанной ветки. Тополь замер на мгновение, но не обернулся. Он уже знал: каждая секунда на счету. И он поведёт их дальше — через тьму, через страх, через смерть. Потому что больше некому.

Глава 3. Схема сапёра

Крыша пристройки, на которой они оказались, была залита липкой вечерней темнотой, лишь кое-где разбавленной отблесками далёких фонарей, пробивающимися сквозь кроны чахлых тополей за забором. Поверхность под ногами, покрытая старым рубероидом с заплатками из битума, ещё хранила тепло ушедшего дня и пахла разогретой смолой. Тополь, пригнувшись, огляделся. Пристройка была узкой, метра три в ширину, и тянулась вдоль торца торгового центра метров на двадцать. У дальнего её конца виднелась невысокая кирпичная труба вентиляции, а рядом — квадратный люк с ржавой рамой, ведущий вниз.