Капитан М. – Контрактник. Дело 13 (страница 4)
Он уже собирался двигаться дальше, к урочищу, когда его насторожила тишина. Птицы, щебетавшие до этого в кустах, внезапно умолкли. Ветер доносил лишь свист и шелест. И ещё… едва уловимый, ритмичный звук. Не шаги. Скорее, шуршание ткани о камень.
Кто-то подходил. И не с тропы, а сверху, по скале.
Контрактник мгновенно погасил экран планшета, откатился вглубь углубления, за тень. Автомат лег в руки, палец лег на скобу. Он затаил дыхание, слушая.
Шуршание прекратилось. Наступила пауза, напряжённая, густая. Потом – осторожный скрежет подошвы по гравию. Один человек. Опытный. Двигается с остановками, прислушиваясь.
Из-за выступа скалы показалась фигура. Невысокая, коренастая, в камуфляже горного образца, с разгрузочным жилетом и автоматом Калашникова с коротким стволом. На голове – шапка-балаклава, оставляющая открытыми только глаза. Человек осмотрел площадку, его взгляд скользнул по засыпанному кострищу, по кустам. Он что-то искал. Или проверял, не оставил ли следов.
Контрактник оценивал ситуацию. Враг? Возможно. Но стрелять без причины – нарушать собственный план. Нужно было взять живьём, поговорить. Если этот человек связан с похищением, он знал гораздо больше, чем обрывок карты.
Незнакомец сделал ещё шаг, повернулся спиной к укрытию Контрактника. Тот действовал молниеносно. Как пружина, он выскочил из тени, сделав два быстрых шага. Его левая рука обхватила шею человека, перекрывая дыхание и голос, правая приставила ствол «Вихря» к виску.
«Тишина, – прошептал он прямо в ухо, чувствуя, как тело под балаклавой напряглось. – Брось оружие. Неверное движение – и твой мозг украсит эти скалы».
Автомат с глухим стуком упал на камни. Руки незнакомца медленно поднялись в знак капитуляции. Контрактник, не ослабляя хватку, обыскал его: пистолет в кобуре на боку, два ножа, рация, запасные магазины. Ни документов, ни опознавательных знаков.
«Кто?» – спросил Контрактник, слегка ослабив давление на гортань, чтобы тот мог говорить.
«Пастух… Заблудился», – выдавил тот хрипло.
«Пастухи не носят тактическую разгрузку и не ходят с «сотой» серии. Последний шанс».
Он надавил стволом сильнее. Незнакомец крякнул.
«Ладно… Не стреляй. Я свой».
«Чей?»
«Спецназ ГРУ. Задание – наблюдение за районом после инцидента».
«Почему один? И почему крадёшься как бандит, а не идёшь по уставу?»
Пауза. Потом мужчина сдался.
«Не официальное наблюдение. Вне рамок. Нас двое. Второй внизу, у дороги, на связи».
«Что ищете?»
«Того же, что и ты, наверное. Правду. Нам не заказали чистить это место, но мы чувствуем – тут воняет ложью. Как и тебе, судя по всему».
Контрактник медленно отпустил его, но держал на мушке.
«Можешь повернуться. Медленно. И снять балаклаву».
Тот повиновался. Под тканью оказалось лицо мужчины лет тридцати пяти, с жёсткими чертами, коротко стриженными волосами и бледным шрамом над бровью. Глаза были умными, усталыми и настороженными.
«Капитан Орлов. А тебя, я смотрю, по имени не спросишь.»
«Не спросишь. Вы работаете на Власова?»
Орлов усмехнулся без юмора.
«На страну. Власов… Он временная фигура. А страна остаётся. И если его дочь угодила в какую-то грязную игру, это бьёт по всем нам. По репутации. По стабильности. Мы должны понять, что произошло. Чтобы либо спасти её, либо… устранить угрозу, которую она теперь представляет».
«Устранить? Свою же?»
«Если она перешла на сторону врага или затеяла игру против государства – она не своя. Она – цель. Мне это не нравится. Но таков приказ из очень высокого кабинета, который даже не пахнет Власовым».
Контрактник кивнул. Это сходилось с информацией Магистра. В окружении были силы, которые думали о «стабильности» поверх личности президента.
«Что вы нашли?»
«То же, что и ты, наверное. Фальшивку. Это не работа «Легиона». Чересчур чисто, слишком дорого. И слишком… аккуратно по отношению к самой девушке. Ни одного свидетельства, что с ней обращались грубо. Это больше похоже на эвакуацию. Или на передачу ценного актива».
«Куда?»
Орлов вытер пот со лба.
«У нас есть предположение. Но нужны доказательства. Мы думаем, её вывезли не в горы, а наоборот – в цивилизацию. Спрятали на какой-то частной территории. Возможно, даже за границей. Но для отвода глаз оставили следы, ведущие сюда, в Темиртау. Чтобы все спецслужбы рыскали по скалам, пока её тихо везут в противоположную сторону».
Контрактник задумался. Версия была логичной. Но его инстинкт подсказывал, что всё сложнее. Зачем тогда этот лагерь? Зачем снайперская гильза? Зачем карта с урочищем «Чёрные Воды»? Слишком много деталей для простого отвода глаз.
«Ваш напарник внизу. Он что, ничего не видел?»
«Видел машины, которые увозили «следопытов» из ФСБ. Больше ничего. А ты кто такой? Вольный стрелок? Контрактник? Слух о том, что Власов или его люди наняли кого-то со стороны, уже ходит. Но я не думал, что вас действительно пустят на место».
Контрактник проигнорировал вопрос.
«Гильза от «Лапуа» в расщелине в трёхстах метрах отсюда. Нить синего цвета. Карта. Это не похоже на чистую инсценировку. Здесь реально была группа. И она реально куда-то пошла».
Орлов нахмурился.
«Покажи».
Контрактник осторожно, не подставляясь под возможный выстрел с другой стороны, провёл его к месту находки. Орлов изучил гильзу через увеличительное стекло, посмотрел на нить.
«Снайперы «Легиона» такого не используют. Это техника высокого класса. И нить… похожа на материал наших же новых разгрузочных систем. Но не факт».
«Значит, могли быть свои? Переодетые?»
«Возможно. Или наёмники. Высококлассные. Те самые, за которыми нас и послали». Орлов посмотрел на Контрактника оценивающе. «Ты ведь не один из них?»
«Я – тот, кто должен найти девушку живой. Вне зависимости от того, кто и зачем её похитил».
«Благородно. Но наивно. Если она жива и является частью заговора, её могут убить свои же, если что-то пойдёт не так. А если её удерживают враги, она уже, скорее всего, мертва. Или скоро будет».
«Моя работа – убедиться, что этого не случится. Ваша?»
Орлов тяжело вздохнул.
«Моя работа – собрать информацию и доложить. А потом, вероятно, получить приказ на ликвидацию всех причастных, включая, возможно, и тебя, если ты встанешь на пути. Но сейчас… сейчас у нас, кажется, общая цель – докопаться до сути. Ты знаешь больше меня. У тебя есть данные, которых нет у нас. Я чувствую».
Контрактник молчал. Союз с офицером спецназа, даже «вне рамок», был опасен. Но и полезен. У Орлова были ресурсы, доступ к внутренним базам, к логистике.
«Что вы предлагаете?» – спросил он наконец.
«Обмен. Ты делишься своими находками и гипотезами. Я даю тебе прикрытие, транспорт, информацию из наших каналов. Мы движемся к одной точке – к истине. А там посмотрим. Если девушка жива и невинна – слава богу. Если нет… мы решим, что делать. Каждый со своей позиции».
Это был разумный шаг. Но доверять было нельзя.
«Хорошо. Но на моих условиях. Я веду. Вы – поддержка. Никаких внезапных подкреплений, никаких скрытых агентов. Ваш напарник остаётся внизу. Вы со мной. И первый выстрел в спину будет вашим последним действием в этой жизни».
Орлов усмехнулся.
«Честно. Ладно. Договорились. Куда идём?»
«Туда, – Контрактник кивнул в сторону северо-востока, где синела зубчатая гряда Темиртау. – В урочище «Чёрные Воды». Если это ловушка – посмотрим, для кого. Если нет – найдём там ответы».
Они двинулись в путь. Орлов шёл впереди, как того требовал Контрактник – чтобы видеть его действия. Дорога становилась всё сложнее, скалы сменялись осыпями, потом начинался густой, сырой лес у подножия более высоких хребтов. Они шли молча, экономя силы. Контрактник постоянно сканировал пространство, проверял планшет с картой, сверялся с компасом. Орлов, как выяснилось, тоже был опытным горняком – двигался легко, почти бесшумно.
К вечеру они вышли к реке – бурному, пенящемуся потоку, вытекавшему из ущелья. Это и были «Чёрные Воды» – из-за тёмного, почти чёрного оттенка воды, который ей придавали глубины и особые минералы на дне. Вдоль реки виднелась едва заметная тропа.
«Станция должна быть в пяти километрах вверх по течению, – сказал Орлов, попивая воду из фляги. – Заброшена лет сорок. Но в девяностых там якобы была база каких-то контрабандистов. Потом их вышибли. С тех пор – никого».
«Не факт, – пробормотал Контрактник. Его взгляд уловил на противоположном берегу неестественно прямой срез ветки на кустарнике. Кто-то прошёл здесь недавно и не очень заботился о маскировке. – Кто-то здесь есть».
Они перешли реку по шаткому мосту из упавших брёвен, усилили бдительность. Сумерки сгущались быстро, в горах ночь наступала почти мгновенно. Контрактник решил не использовать фонарики – слишком опасно. Включил режим ночного видения на шлеме. Орлов последовал его примеру, достав собственный монокуляр.