Капитан М. – Константа Хаоса (страница 4)

Когда он закончил, в комнате воцарилась мёртвая тишина. Даже седой человек в штатском теперь смотрел на Алексея с неподдельным интересом.

– Это… впечатляет, – наконец сказал Шевалье. – Но если ваши расчёты верны, то мы стоим перед неразрешимой дилеммой. Если мы предотвратим эти двести терактов, мы поднимем вероятность глобальной катастрофы до ста процентов?

– Если мы предотвратим хотя бы два из них, – ответил Алексей. – Мы уже провели восемь операций. Следующая станет девятой. После десятой наступит точка невозврата. Система схлопнется.

– Что значит «схлопнется»? – спросил генерал.

– Это значит, что произойдёт событие, которое уничтожит человечество. Я не знаю точно, что это будет. Ядерная война, падение астероида, пандемия с летальностью сто процентов, глобальный коллапс экосистемы. Уравнение не указывает на конкретную причину. Оно просто говорит, что вероятность любого из этих сценариев станет равной единице.

– Но это же абсурд! – воскликнул начальник европейского департамента. – Как наши маленькие операции могут повлиять на падение астероида?

– Астероид – это просто пример, – устало ответил Алексей. – Дело не в причине, дело в следствии. Система найдёт способ сбросить накопленную энергию. Если не через социальные катаклизмы, то через природные. Законы физики не знают жалости.

– И что вы предлагаете? – подал голос седой человек в штатском. Голос у него был тихий, спокойный, но в нём чувствовалась стальная уверенность.

Алексей посмотрел на него. Он не знал этого человека, но интуитивно понял, что именно он здесь главный.

– У нас есть два варианта. Первый: мы ничего не делаем. Позволяем этим двумстам терактам произойти. Погибнет около трёх миллионов человек. Это ужасно. Но после этого система сбросит напряжение, и мы вернёмся к нормальному режиму.

– Вы предлагаете сдать Европу террористам? – генерал НАТО вскочил с места. – Вы в своём уме?

– Я предлагаю спасти семь с половиной миллиардов человек ценой трёх миллионов, – жёстко ответил Алексей. – Это не вопрос эмоций. Это вопрос арифметики.

– А второй вариант? – спросил седой.

– Второй вариант: мы пытаемся управлять процессом. Выбираем, какие теракты предотвращать, а какие – нет. Мы сбрасываем давление постепенно, не давая потенциалу накопить критическую массу.

– То есть вы предлагаете играть в бога? – усмехнулся начальник европейского департамента. – Решать, кому жить, а кому умереть?

– Я предлагаю минимизировать потери, – отчеканил Алексей. – Если мы будем действовать хаотично, мы проиграем. Если мы разработаем стратегию, у нас есть шанс.

Шевалье поднял руку, призывая к тишине.

– Профессор Вернер, сколько времени у нас есть на принятие решения?

– Судя по динамике накопления потенциала – не больше сорока восьми часов. Потом события начнут развиваться лавинообразно, и мы уже не сможем ничего контролировать.

– А если мы сейчас остановим алгоритм? Перестанем пользоваться вашей системой?

– Это не имеет значения. Потенциал уже накоплен. Всё равно, будем мы им пользоваться или нет. Энергия ищет выхода.

Снова тишина. Шевалье переглянулся с седым человеком. Тот едва заметно кивнул.

– Благодарю вас, профессор, – сказал Шевалье. – Мы примем решение в ближайшее время. Пока прошу вас оставаться в здании. Возможно, потребуются дополнительные консультации.

Алексей хотел возразить, но Дюбуа положил руку ему на плечо.

– Пойдём, – тихо сказал комиссар. – Им нужно посовещаться.

Они вышли в коридор. Двери за ними закрылись, отсекая гул голосов.

– Они не примут правильного решения, – мрачно сказал Алексей. – Я видел их лица. Они уже всё решили. Будут предотвращать всё подряд, потому что это выгодно политически. А потом скажут, что математик ошибся.

– Может, ты и ошибся? – с надеждой спросил Дюбуа.

– Я не ошибаюсь в расчётах, Жерар. В этом моя проблема.

Они прошли в комнату отдыха для сотрудников – небольшую, с диванами и кофейным аппаратом. Алексей налил себе чёрного кофе, хотя организм уже не воспринимал кофеин. Дюбуа сел напротив.

– Что будем делать? – спросил он.

– Ждать.

– А если они решат тебя убрать? Ты слишком много знаешь. Такие люди, как этот седой… они не любят свидетелей.

Алексей вздрогнул. Эта мысль не приходила ему в голову.

– Думаешь?

– Я двадцать пять лет в полиции, Лёша. Я знаю, как работают спецслужбы. Ты сейчас сказал им, что их главный инструмент – это бомба замедленного действия. Они не простят тебе этого.

– Но я же пытаюсь помочь!

– Ты пытаешься сказать правду. А правда никому не нужна. Им нужно решение. А если решения нет, то проще убрать того, кто об этом говорит.

Алексей отставил чашку. Руки снова задрожали.

– И что ты предлагаешь? Бежать?

– Я предлагаю подготовиться к любому развитию событий. У тебя есть копии расчётов? Где-нибудь, кроме твоего компьютера?

– В облаке. И на флешке. Флешка у меня в кармане.

– Дай сюда.

Алексей достал небольшой серебристый накопитель. Дюбуа спрятал его во внутренний карман пиджака.

– Если что-то пойдёт не так, я постараюсь вытащить тебя. Но ты должен слушаться меня беспрекословно. Понял?

– Понял.

Они просидели в комнате отдыха около часа. За это время мимо прошли несколько человек, но никто не заглянул к ним. Тишина становилась всё более зловещей.

Наконец дверь открылась. На пороге стояла секретарша с неестественно прямой спиной.

– Профессор Вернер, комиссар Дюбуа, вас приглашают.

Они вернулись в зал заседаний. Все были на своих местах, но атмосфера изменилась. Стала более напряжённой, что ли.

Шевалье поднялся.

– Профессор Вернер, мы обсудили вашу информацию. Признаться, она вызвала споры. Но мы пришли к консенсусу.

Алексей затаил дыхание.

– Мы не можем принять ваш первый вариант. Три миллиона жизней – это слишком высокая цена. Мы не имеем права сидеть сложа руки и смотреть, как гибнут люди. Это противоречит самому смыслу нашего существования.

– Но… – начал Алексей.

– Дайте мне закончить, – Шевалье поднял руку. – Мы также не можем принять и ваш второй вариант. Выбор, кому жить, а кому умереть – это не та функция, которую мы готовы на себя взять. Это слишком большая ответственность. И слишком большой риск ошибки.

– Тогда что вы предлагаете? – в голосе Алексея зазвучали отчаяние. – Ждать, пока всё взорвётся?

– Мы предлагаем третий вариант, – вмешался седой человек. Он встал и подошёл к Алексею. – Вы сказали, что потенциал накоплен. Энергия ищет выхода. Но вы не сказали, что этот выход обязательно должен быть разрушительным. Может быть, его можно направить в другое русло?

Алексей растерянно посмотрел на него.

– Что вы имеете в виду?

– В физике есть понятие заземления, – продолжал седой. – Если в системе накоплен избыточный заряд, его можно сбросить в землю, и ничего страшного не произойдёт. Может быть, и здесь можно найти такой «заземлитель»? Событие, которое поглотит энергию хаоса, но не приведёт к гибели миллионов?

Алексей задумался. Мысли лихорадочно заметались.

– Теоретически… если найти точку приложения… если создать искусственное событие, которое будет имитировать катастрофу, но на самом деле не будет ей… что-то вроде громоотвода…

– Вот именно, – кивнул седой. – Громоотвод. Мы не можем предотвратить двести терактов. Но, может быть, мы можем заменить их одним, контролируемым?

– Вы предлагаете устроить теракт? – не веря своим ушам, спросил Дюбуа.