Капитан М. – Дедлайн (страница 4)

Он завёл мотор.

«Ещё не всё потеряно», — подумал он, выкручивая газ.

Скутер взревел, разбрасывая из-под заднего колеса комья земли. Артём направил его через пустырь, мимо ржавых вагонов и остовов старых гаражей. Солнце палило нещадно. Где-то вдалеке гремела гроза. Но пока — только духота, пыль и гонка на выживание.

Он выскочил на разбитую дорогу, ведущую к железнодорожному переезду. За переездом — густая сеть промышленных улиц. Он знал этот район. Когда-то здесь проводили ночные заезды. Тогда он был королём этих дорог. Сегодня эти дороги должны были его спасти.

Артём оглянулся. Погони не было. Но он понимал: они не отстали. Они просто перегруппировались. Они знают город не хуже него. И у них есть связь. Им нужно только одно — ключ. И они пойдут за ним до конца.

Он прибавил скорость. Пятьдесят километров в час. Шестьдесят. Двигатель вибрировал, термобокс трясло. Артём чувствовал каждый камешек на дороге. Руки крепко сжимали руль.

Впереди показался переезд. Шлагбаум начал опускаться. Загудел сигнал. По рельсам тяжело катился товарный состав.

Артём не сбросил газ. Он прикинул расстояние, скорость состава, длину шлагбаума. Если резко набрать ход, можно проскочить под опускающимся шлагбаумом. Но если не повезёт — шлагбаум сшибёт его, как муху. Или он попадёт под поезд.

Решение пришло само.

Он пригнулся и выкрутил ручку газа до отказа. Скутер рванул вперёд. Шлагбаум опускался. Состав приближался, его гудок резал воздух. Артём успел. Он пролетел под красной балкой, едва не задев её шлемом, перескочил через первый рельс, второй. Позади раздался лязг и грохот — поезд пронёсся через переезд, отрезая преследователей.

Артём не оглядывался. Он летел вперёд, оставляя за спиной пыль, рельсы и смерть.

Впереди был «Восток».

Он не знал, что ждёт его там. Но одно было ясно: эти тридцать минут станут самыми длинными в его жизни. И если он переживёт их, то уже никогда не будет прежним.

Глава 2. Восточный сектор

Солнце палило так, будто решило отомстить городу за все его грехи. Разбитый асфальт плавился под колёсами, и воздух над ним дрожал, как над раскалённой сковородой. Пыль, поднятая скутером, висела в воздухе плотной пеленой, оседая на потном лице, скрипела на зубах. Артём мчался по старой промышленной дороге, и единственным, что имело значение, были цифры на маленьком экранчике: 24:09. Потом 24:08. Время утекало, как бензин из пробитого бака.

Дорога шла вдоль ржавой железнодорожной ветки, уходящей куда-то к горизонту. По обеим сторонам тянулись заброшенные цеха, пакгаузы, остовы кранов, похожие на скелеты доисторических птиц. Здесь не было пробок, не было светофоров, не было людей. Только мёртвый промышленный пейзаж, запах мазута и гниющих шпал, да далёкое вороньё, лениво кружащее над пустырями. Идеальное место, чтобы спрятаться. Идеальное место, чтобы исчезнуть. Но также и идеальное место, чтобы устроить засаду.

Артём не обольщался. Они уже знали, что он ушёл через переезд. Знали, что у него ключ. Знали, что он движется куда-то. Если у них есть камеры, связь, люди — а они наверняка есть, раз они смогли захватить целый бизнес-центр и вычислить, что ключ у Димы, — то рано или поздно они перехватят его. Нужно было не просто ехать, а петлять, путать следы, как раненый зверь.

Он взглянул в зеркало заднего вида. Пустая дорога. Только марево и пыль. Но это ничего не значило. Они могли идти параллельными путями. Могли ждать впереди. Могли следить с воздуха.

Артём вспомнил, как в одной из гонок его соперник, старый хитрый лис по кличке Барон, учил его: «Если тебя преследуют — не смотри назад. Смотри вперёд. Твоя скорость — это твоя броня. Но и она не спасёт, если ты не знаешь дороги». Дорогу он знал. Но сейчас этого было мало.

Он свернул с асфальта на грунтовку, ведущую к железнодорожной насыпи. Колёса скутера проваливались в мягкую землю, буксуя. Он привстал на подножках, перенося вес, чтобы улучшить сцепление. Скутер, натужно воя, выбрался на щебёночную полосу у насыпи. Здесь было относительно сухо и твёрдо. Он прибавил газу.

Впереди, под старым путепроводом, чернел туннель. Водопропускная труба, заросшая кустарником. Артём знал этот путь: он выводил на другую сторону, к складам готовой продукции старого завода «Красный Октябрь». Там начинался лабиринт переулков, ведущий к Восточному сектору. Если проскочить его — можно выиграть минут пять, а то и все десять.

Он влетел в туннель, не сбавляя скорости. Темнота обрушилась внезапно, свет фары заплясал по закопчённым стенам. Под колёсами хлюпала жижа. В нос ударил запах плесени, машинного масла и сырого бетона. Туннель был узким, извилистым. Артём вёл скутер на ощупь, доверяя не столько зрению, сколько интуиции и мышечной памяти. Когда-то, в юности, он гонял здесь на велосипеде с пацанами, и каждый поворот был врезан в его память.

Сзади раздался отдалённый рёв. Он узнал бы этот звук из тысячи: мотоциклы. Два, может, три. Значит, они не пошли на машинах. Они пересели на двухколёсных. Умно. Значит, они тоже знают эти места. Или у них есть дрон.

Артём прибавил ходу, хотя это было рискованно: на дне туннеля валялись камни и куски арматуры. Одно неверное движение — и пробой колеса, а заменить его здесь нечем. Но останавливаться нельзя. Позади уже слышалось эхо моторов.

Туннель оборвался так же внезапно, как и начался. Артём вылетел на свет, как пробка из бутылки. Перед ним раскинулся пустырь, заросший сухой травой и редкими кустами. Справа — бетонный забор с колючей проволокой. Слева — руины старого завода: остовы цехов с провалившимися крышами, горы щебня, остовы ржавых станков. Впереди, метрах в трёхстах, темнела арка в кирпичной стене, за которой начинался Восточный сектор.

Артём дал полный газ. Скутер подпрыгивал на кочках, руль вырывался из рук, но он держал. Позади, из туннеля, вынырнул первый мотоциклист. Это был лёгкий кроссовый мотоцикл, приспособленный для бездорожья. Следом — ещё один. И ещё. Трое. Они шли веером, рассыпаясь по пустырю, чтобы взять его в клещи.

Артём знал, что на открытом пространстве ему не уйти. Его скутер не разгонится больше семидесяти, а у них моторы в несколько раз мощнее. Единственный шанс — заскочить в узкие проходы между цехами, куда на кроссаче не влезешь. Или влезешь, но с трудом.

Он резко повернул к руинам. Заброшенный завод — лабиринт из бетона и арматуры. Здесь можно было спрятаться, а можно было сломать шею. Но выбора не было.

Скутер влетел в пролом в стене, зацепившись рулём за арматуру. Искры брызнули в стороны. Артём пригнулся, объезжая упавшую балку. Пол был усыпан битым стеклом, щебнем, какими-то металлическими обрезками. Шины скутера визжали на поворотах. Он летел через цех, ориентируясь по просветам в крыше.

Сзади раздался грохот. Один из мотоциклистов не вписался в проём, ударился о бетонную перемычку и кубарем полетел на пол. Второй и третий сбавили ход, но не отстали. Они знали, что делают.

Артём выскочил из цеха в узкий проход между двумя корпусами. Здесь было темно и сыро, стены поросли мхом. Проход был настолько узким, что скутер едва протискивался. Один из мотоциклистов попытался сунуться следом, но застрял, зацепившись рулём за стену. Артём услышал злобный крик, но не оглянулся.

Он выскочил на задний двор завода. Здесь, среди хлама и зарослей, ютились старые гаражи-ракушки, покосившиеся заборы и груды ржавых бочек. Артём направил скутер в щель между гаражами. Это была тропа, известная только местным пацанам и таким, как он. Она вела к восточной окраине, к старому трамвайному депо, за которым начинался Восточный сектор.

Таймер показывал 20:41.

Двадцать минут. У него осталось двадцать минут, чтобы добраться до станции и понять, что делать с этим проклятым ключом.

Он выбрался из гаражей на асфальтовую дорогу, ведущую к трамвайному кольцу. Здесь было пусто: ни машин, ни людей. Только ржавые рельсы, уходящие вдаль, да покосившиеся столбы с оборванными проводами. Артём выкрутил газ. Скутер натужно выл, но шёл.

Впереди показался корпус трамвайного депо. Мрачное, приземистое здание с выбитыми окнами, заколоченными воротами и граффити на стенах. Артём знал это место. Раньше здесь была пересадка, а ещё дальше, за депо, начинался район, который на картах обозначался как «Восточный сектор». Станция «Восток» была где-то здесь.

Он сбросил скорость и свернул с дороги к депо. Нужно было остановиться, оглядеться, понять, куда ехать дальше. Нужно было найти укрытие, чтобы перевести дух и осмотреть брелок ещё раз.

Он заглушил двигатель и слез со скутера. Тело болело от напряжения, ноги затекли, руки дрожали. Артём прислонился к ржавой стене депо, тяжело дыша. Пот заливал глаза. Он вытер лицо грязным рукавом.

Где-то вдалеке всё ещё рокотали моторы. Они искали его. Они не отступали. Артём понимал, что каждая минута простоя уменьшает его шансы. Но он также понимал, что ехать наугад — значит сжечь бензин впустую.

Он достал брелок, повертел его в руках. Маленький, чёрный, с одной-единственной кнопкой и гравировкой на обратной стороне. «СК-14. Станция „Восток“. Сектор 7». СК-14... Что это может значить? Склад-комплекс? Секретный объект? Шифр?

Артём вспомнил, что в этом районе, за трамвайным депо, находился старый военный городок. Когда-то, ещё в советские времена, там была часть, а потом, после развала, всё забросили. Говорили, что под городком есть бункер, но это были слухи. Неужели «Станция Восток» — это подземный узел связи?