Камрин Харди – Костяной лес (страница 11)

Тобиас засмеялся и убрал камень от лица. По сравнению с прошлым разом, когда они заметили хижину, сейчас парень выглядел спокойным. Его реакция на разные события всегда была непредсказуемой, и Ленн пока никак не мог к этому привыкнуть.

– В этот раз обойдемся без испытаний на выносливость.

– Ты так уверен? – с сомнением спросил Ленн.

– Нет, – обезоруживающе улыбнулся Тоби. – Но так подсказывает мое чутье. Третий глаз, интуиция, шестое чувство. – Он приподнял камень с отверстием и снова приблизил его к лицу. – Слышал что-нибудь об этом?

– Слышал.

– У тебя тоже это все должно быть. Что подсказывает тебе твое чутье? Что видит третий глаз? Что шепчет интуиция? О чем сигналит шестое чувство?

– О том, что надо было оставаться дома и никуда не ехать, – выдохнул Ленн. – Ладно, нам в любом случае надо быть осторожными.

– Если что, мы сможем дать отпор враждебным обитателям хижины, – продолжал Тобиас. – Ты крепкий, и у тебя есть но-ож, а у меня есть… – Он посмотрел на камень. – Ну вот это.

Леннарт покачал головой и ничего не ответил. Понятное дело, выбор у них невелик, по после посещения предыдущей хижины теперь закрадывались глубокие сомнения.

В этот раз Ленн, как и положено, постучался, однако никакого ответа не последовало. Ни шорохов, ни скрипа, ни шагов. Свет в окошках тоже не горел. Он потянулся к ручке и открыл дверь, настороженно заглянул внутрь и переступил порог. Никого.

По обстановке эта хижина очень напоминала ту, в которой они ночевали прошлой ночью, однако казалась обжитой. Имелась мебель вроде стульев, столиков и стеллажей, даже не очень пыльная, хоть и ужасно старая. Словно это – чуть более живая копия той хижины, если о домах вообще можно так выражаться, но у Ленни возникали только такие ассоциации.

Тобиас подошел к столу, на котором стояла керосиновая лампа, нашел спички, очень удобно кем-то оставленные, и по-хозяйски ее зажег. Леннарт удивился его ловким движениям, но это лишь означало, что парень сталкивался с керосиновыми лампами не в первый раз.

– Хижина выглядит обитаемой, – сказал Ленн. Он не заходил далеко, стоял почти у порога и осматривался. Дом не заброшенный, скорее, временно оставленный.

– Так и есть, – с важным видом заявил Тобиас, оборачиваясь к нему с лампой в руках.

– Где же хозяин?

– Уверен, что хочешь знать?

– А ты знаешь?

– Нет, но знать не хотелось бы. Достаточно того, что тут пока никого, кроме нас, нет.

– Пока, – повторил Леннарт, делая осторожные шаги вперед. – Что будем делать, если хозяин придет?

– Спросим у него дорогу, – пожал плечами Тоби. – Может, он ушел в ближайший супермаркет купить пива по акции.

– Очень смешно, – хмыкнул Леннарт. – Будем надеяться, что если хозяин объявится, то он не разрубит нас на куски.

– Значит, остаемся? – оживленно спросил Тобиас, вскинув руку. Ручка от лампы, которую он держал, заскрипела, и Ленн заметил, что та почти полностью проржавела. – Тебя все устраивает?

– Не пятизвездочный отель, но явно лучше, чем ночевать в лесу.

– Да, ночевать в лесу ужасно, – сказал Тобиас и прошмыгнул мимо.

Леннарт нахмурился.

– А тебе что, приходило…

– Слушай, – перебил его Тобиас и пнул мыском ботинка валявшиеся на полу поленья, – мы можем даже растопить камин.

Леннарт приблизился. Он не думал, что от пары дровишек будет толк, помещение не успеет прогреться. Возможно, около дома имелась поленница, а если нет, то в теории, в лесу можно было собрать хворост, однако за окном уже почти стемнело, выходить в такую тьму опасно.

– Думаю, нам не стоит привлекать лишнее внимание и хозяйничать, – задумчиво ответил Леннарт, потирая шею. Сейчас он считал, что стратегия «сиди тихо и не высовывайся» вполне подходит к их положению.

Тобиас пожал плечами.

– Как скажешь.

Однако Ленн подумал о том, что на огне можно было бы погреть воды и – о боже – даже помыться (роскошь для потерявшихся в лесу). Или что-нибудь приготовить. Было бы что…

Они выгрузили на стол всю имеющуюся у них еду: небольшие кусочки раскрошившегося сыра и уже подсохший хлеб. Тобиас явно грузил больше в той хижине, но, очевидно, потерял не половину, а приличную часть, пока они убегали.

– Негусто, – резюмировал Леннарт.

– Сейчас чего-нибудь найдем, – с задором произнес Тобиас. Ленн даже позавидовал волне позитива, на которой тот держался. Ему становилось грустно от одного взгляда на эти крохи.

Осматривая кухню, они нашли канистру с водой. Вроде бы питьевой. Однако просто вымыть руки тоже было полезно. В самом дальнем уголке обнаружили каморку с запасами еды. Не такими обширными, как у того отшельника, но все же…

– Выглядит съедобным, – кивнул Тобиас на небольшую вяленую рульку.

– Выглядит, – эхом повторил Леннарт. Ему казалось, что это муляж. Или галлюцинация, а он на самом деле просто стоит и пускает слюни на лампу или какой-нибудь старый утюг. – Не знаю, можно ли это есть. Сколько мясо здесь пролежало?

– Эй, – сказал Тоби и опустил руку Ленни на плечо. – Выбор у нас невелик: в итоге мы или умрем от голода, пока обессиленные будем искать выход, или умрем от отравления, но чуть быстрее, зато сытые.

– Для меня оба варианта равнозначные и совсем не привлекательные.

Тоби невозмутимо пожал плечами с какой-то странной ухмылкой.

– Ты всегда такой остроумный и «позитивный»? – подцепил Леннарт.

– Нет, что ты. Не всегда. Три года назад, да, кажется, три, у меня диагностировали тяжелую депрессию. Она даже медикаментозно не лечилась.

Ленн посмотрел на Тобиаса, не веря собственным глазам и ушам.

– Это… шутка?

– О таком шутят?

– Я не знаю, – буркнул Леннарт. Ему стало неловко от разговора, и он сказал тихое «сочувствую». У него сразу возникло много вопросов, но он решил оставить их на потом.

Ленн с величайшей осторожностью наклонился к рульке, будто то был норовящий в любую секунду захлопнуться капкан. Пахло великолепно, желудок отзывался голодными стонами, а рот наполнился слюной, и на мясе не было никаких следов разложения. Вроде бы.

– Ладно, признаю, моя шутка была так себе. Но не бойся, – снова хлопнул его по плечу Тоби. – Мой… э-э… дядя раньше занимался подобными заготовками, так что я могу отличить испортившееся от нормального. Это мясо хранилось в хороших условиях и съедобно.

– Тогда давай, может, первым и попробуешь? Раз ты такой эксперт.

– Ой, ну-у, ты знаешь, я не очень хочу есть.

– Да ладно? Не голоден? – с нескрываемой иронией произнес Леннарт. – Мы с тобой лишь перекусили, а так ничего не ели со вчерашнего дня. В сложившихся условиях странно выглядит, что ты пытаешься скормить мне этот кусок мяса, а сам так глупо отмахиваешься.

Тоби вскинул руки в безоружном жесте.

– Если так хочешь! – воскликнул он и осмотрелся. – Чем бы порезать…

Леннарт видел на кухне пару ножей, проржавевших и покрывшихся черными пятнами, но им он не доверял. Поэтому достал из кармана свой перочинный ножик и протянул его Тоби. Тот молча смотрел на него несколько секунд.

– Что? – спросил Ленн. – Давай порежу я, но пробовать первым все равно будешь ты.

– Нет, – прошептал Тоби. – Я сам.

Он взял нож с явной неохотой, нажал на кнопку, и маленькое лезвие блеснуло в отсвете керосиновой лампы. С видом полной сосредоточенности Тоби завис над куском мяса и не пошевелился, словно обратился в камень.

– Ты не умеешь резать? – поинтересовался Леннарт.

– Умею, – холодно сказал дрогнувшим голосом Тобиас.

– Ты как-то странно держишь нож. Так можно и порезаться. Давай лучше я? – дипломатично предложил Ленн.

– Нет, я хочу сделать это сам, – неуверенно пробормотал Тобиас.

Еще несколько секунд он не двигался. Леннарт приблизился, предчувствуя неладное. Лезвие ножа почти опустилось на рульку, но оно дрожало, потому что дрожала рука Тобиаса. Он весь трясся, словно от холода. Леннарт нахмурился. Неужели этот парень и правда не умеет пользоваться ножом?

– Мы до утра так будем, – сказал Ленн. – Давай я. У меня руки чистые.

Тоби никак не отреагировал.