Камри Фарм – Эртейн: Чужая душа. Псы Хаоса (страница 5)

– Чёрные всадники, – Илайя пожала плечами. – Они приходят, жгут деревни и забирают людей. Никто не знает, зачем. Просто приходят и забирают.

Кайлан вспомнил, как они ворвались в дом, как схватили женщину и мальчика. Забирают людей.

– Почему они это делают?

Илайя покачала головой.

– Никто не знает. Говорят, им нужны молодые. Или сильные. Или просто те, кто может работать. Я сама видела: в прошлом году забрали моего старшего брата. Просто пришли ночью и забрали.

Кайлан смотрел на неё и видел в её глазах ту же боль, что носил в себе.

– А ты? Ты смогла убежать?

Илайя кивнула.

– Спряталась. Мать заслонила меня собой. Они её… – она не договорила, отвернулась.

В пещере повисла тишина. Кайлан не знал, что сказать. Слова утешения здесь не работали. Он это знал лучше других.

– То, что произошло там, – тихо сказала Илайя, не глядя на него. – С этими людьми… как ты это сделал?

Кайлан долго молчал. Он и сам не знал ответа. Воспоминание было смутным, словно во сне. Голова заболела, из глаз потекло что-то тёплое, а потом… потом эти люди просто упали.

– Я не знаю, – признался он. – У меня… разболелась голова. А когда прошло, они уже лежали.

– У тебя шла кровь из глаз, – тихо сказала Илайя. – Я видела. Это было… страшно.

Кайлан машинально коснулся лица. Кожа была чистой, никаких следов крови. Но ощущение осталось – чужое, пугающее, непонятное.

– Я даже не знаю, где я, – сказал он после долгой паузы. – И как я здесь оказался.

Илайя посмотрела на него с любопытством.

– Ты не отсюда? Я сразу поняла, что ты чужой. Говоришь странно, одет странно. И от тебя пахнет… по-другому.

– От меня пахнет? – Кайлан невольно понюхал свою одежду. Пахло потом, кровью и дымом.

– Не так, – Илайя наморщила лоб. – Ты пахнешь… смертью. Как будто ты уже умирал.

Кайлан вздрогнул. Слишком точное попадание.

– Я был… в другом месте, – осторожно сказал он. – Там была война. Болезнь. Многие умерли.

Илайя кивнула, принимая ответ без лишних вопросов. В её мире, видимо, к смертям привыкли.

– Ты лекарь? – вдруг спросила она.

Кайлан удивился.

– Почему ты так решила?

– Ты нож взял, но не ударил. Ты хотел помочь тем людям, а не убивать. И ещё – ты пытался перевязать того раненого на поле. Я видела.

– Ты была там?

– Я за вами наблюдала. Думала, может, ты враг. Но ты не враг. Ты пытался спасти.

Кайлан не знал, что на это ответить.

– Да, – сказал он наконец. – Я лекарь. В моём мире я делал лекарства. Лечил людей.

Глаза Илайи вспыхнули.

– Настоящий лекарь? Не знахарь, не травник, а тот, кто умеет лечить?

– Ну… да.

Илайя вдруг рассмеялась. Смех был нервным, почти истерическим.

– Ты не представляешь, как нам нужен лекарь, – сказала она. – У нас в деревне был только старый Хейран, но он умер прошлой зимой. Теперь если кто заболеет – умирает.

– А вы? – Кайлан кивнул на неё. – Вы живёте в этой деревне?

Илайя покачала головой.

– Я из другой деревни. Мою сожгли месяц назад. Я шла к тёте, думала, у неё спрячусь. А когда пришла… – её голос дрогнул. – Они уже были там.

Кайлан смотрел на неё и чувствовал, как внутри закипает знакомая, до боли знакомая ярость. Он знал это чувство. Видеть, как гибнут твои близкие, и ничего не мочь сделать.

– Пойдём со мной, – вдруг сказала Илайя. – Есть место, где мы можем спрятаться. Недалеко. Там живут такие, как мы. Кто сбежал от псов.

– Такие, как мы? – переспросил Кайлан. – Тоже… беженцы?

– Да. Нас немного, но мы держимся вместе. Старшие помогают младшим, защищают друг друга. Там ты будешь в безопасности.

Кайлан задумался. С одной стороны, ему нужно было понять этот мир, найти способ выжить. С другой – он уже успел убедиться, что здесь смерть ходит по пятам.

– А если они найдут нас?

Илайя пожала плечами.

– Значит, будем убегать дальше. Такова наша жизнь.

Она подбросила веток в огонь и посмотрела на Кайлана.

– Ты не обязан идти со мной. Но если останешься здесь – они найдут тебя. Они всегда находят.

Кайлан молчал. В голове роились мысли, вопросы, страхи. Но одно он знал точно: оставаться одному нельзя.

– Хорошо, – сказал он. – Я пойду с тобой.

Илайя улыбнулась, и впервые за всё время в её глазах появилось что-то похожее на надежду.

– Тогда отдыхай. Завтра на рассвете выйдем. Путь неблизкий.

Она завернулась в свой рваный плащ и прилегла у входа, словно сторожевой пёс. Кайлан смотрел на неё и думал о том, как же этот мир похож на его собственный. Те же страхи, та же боль, те же потери.

И те же дети, которые слишком рано становятся взрослыми.

Он закрыл глаза и провалился в сон без сновидений.

Утро пришло серым и холодным.

Кайлан проснулся от того, что замёрз. Тело, чужое и непривычное, трясло мелкой дрожью. В пещере было сыро, а огонь погас ещё ночью. Илайя сидела у входа, завернувшись в плащ, и смотрела наружу.

– Проснулся? – спросила она, не оборачиваясь. – Нам пора. Чем дальше уйдём, тем лучше.

Кайлан с трудом поднялся. Каждое движение отдавалось болью в мышцах – тело подростка, в котором он оказался, явно не привыкло к таким нагрузкам.

– Есть хочешь? – Илайя протянула ему кусок чёрствого хлеба, который Кайлан нашёл на поле боя.

Он взял, отломил половину, вернул обратно.

– Держи. Сама ешь.

– Я уже, – соврала она, но хлеб взяла.

Они вышли из пещеры. Лес встретил их тишиной – ни птиц, ни зверей, только ветер шумел в кронах. Илайя уверенно двинулась вперёд, и Кайлан последовал за ней.