Камилл Ахметов – Кино как универсальный язык (страница 24)
Но с эпизода свадьбы начинаются дурные предзнаменования. Мизансцена клятвы новобрачных решена, как глубинная – мы видим спины жениха и невесты на переднем плане, на среднем плане лицом к нам стоит священник, а через окно на заднем плане мы видим странную процессию, неужели это… Нет, мы не ошиблись! По улице несут гроб. Мы сразу видим и настоящее, и будущее Мактигов – да они бы и сами увидели, если бы взглянули в окно – в этом кадре оно похоже на зеркало…
Благодаря «зеркалу» становится понятно, что главный враг Мактига и Трины – они сами. Но нужен и внешний враг, и Штрогейм напоминает нам об обиде Маркуса – он стоит с каменным лицом, сжимая за спиной кулаки (крупность – деталь). Мактиг торжественно снимает покрывало с символического свадебного подарка – и мы видим клетку с двумя канарейками. Трина в шоке, она пытается улыбаться жениху, но она осознает, что теперь она – одна из этих канареек взаперти. Начинается свадебное пиршество – и кажется, с тех пор никому не удалось снять обжорство более гротескно, чем Штрогейму! Переход к брачной ночи – мы еще раз видим канареек в клетке. Мактиг целует Трину, деталь на обуви молодоженов подчеркивает, как огромен Мактиг. Общий план комнаты – Мактиг и Трина совершенно одни, Трина рыдает.
После свадьбы проходит три года. Мактиг и Трина все чаще ссорятся из-за денег – о пяти тысячах долларов, вложенных в бизнес дядюшки Трины и дающих Трине 25 долл. в месяц, разговора больше не идет. Трина становится все более жадной, она прячет даже те деньги, которые Мактиг дает ей для ее матери («Мамуля напишет еще раз, если она и впрямь так нуждается»). В сюжетной линии Марии и Зеркова, вырезанной Фарнемом, события развиваются угрожающе, предвосхищая судьбу Мактигов – Зерков все чаще добивается от Марии информации о древних сокровищах, у Марии рождается младенец, который спустя две недели умирает.
Наступает кризис в отношениях Мактигов и Маркуса, они ссорятся, Маркус уезжает из Сан-Франциско – он давно мечтал стать ковбоем – и приходит проститься. Штрогейм монтирует планы героев с планами кота и канареек – понятно, что Маркус не простил ни одной обиды, он кот, а Мактиги – канарейки (Рисунок 71).
Об этих символах мы вспомним, когда Мактиг получит уведомление о том, что ему запрещена зубоврачебная практика – ведь он не окончил никакого официального учебного заведения по стоматологии. Пока он читает письмо, кот бросается на клетку с канарейками – мы понимаем, что это Маркус доложил в надзорный орган о том, что Мактиг работает без лицензии.
Жизнь Мактигов разваливается, как карточный домик. Имущество уходит с молотка. Они переселяются в бедную квартирку, Мактиг подрабатывает на случайных работах, Трина прячет все деньги, которые ему удается урвать – сверх известных пяти тысяч ей удалось скопить еще двести долларов!
Мы становимся свидетелями двух ссор Мактига и Трины. Сначала Трина прогоняет Мактига на поиски работы, отняв у него даже ту мелочь, которую тот принес с последнего заработка. Мактиг покорно уходит, но возвращается пьяный – и с этого момента его поведение резко меняется, развивается его гнев, который до этого проявлялся лишь вспышками. Он ставит Трину на место и ложится спать. Теперь гнев становится доминантой его характера. Это центральный переломный пункт фильма – герои окончательно встали на путь разрушения.
В сценах ссор Мактигов очень важно мизансценирование и положение камеры. Пока Трина имеет власть над Мактигом, камера снимает ее преимущественно нижним ракурсом, т. к. снизу вверх. Для того чтобы подчеркнуть ее превосходство над мужем, Штрогейм снимает завершение этой сцены на ступенях лестницы – кажется, что Трина минимум на полметра выше огромного Мактига, которого снимают, соответственно, верхним ракурсом – сверху вниз. Во время второй ссоры Мактиг возвышается над Триной, и его снимают нижним ракурсом, а Трину – верхним. Тут же ссорятся канарейки в клетке…
Не менее важно, что герои находятся в диалоге – для этого оператору предписывается снимать участников диалога, не пересекая осевую линию между ними – в этом случае их лица на последовательно смонтированных планах будут как бы развернуты друг к другу. Это правило известно как «правило 180°», которое повышает комфортность просмотра.
Чем дальше, тем хуже – во время одной из ссор, добиваясь денег, Мактиг прокусывает Трине пальцы правой руки. В режиссерской версии фильма мы параллельно видим завершение обоих второстепенных сюжетов. Марию находят мертвой – очевидно, Зерков убил ее в припадке своего обычного безумства, а его собственный труп вскоре вылавливают из залива. Роль Зеркова сыграл Чезаре Гравина – итальянский дирижер, актер и владелец ряда театров в Латинской Америке. Его роль была полностью вырезана из картины Грантом Уайтоком.
Симпатичные старички Грэннис и Бейкер признаются друг другу в любви, Грэннис продает свой станок для переплета книг и выручает ровно 5 тыс. долл. – такую же сумму, из-за какой сначала стали врагами Мактиги и Маркус, а затем начали терять человеческий облик Мактиг и Трина. Грэннис и Бейкер женятся – и чувствуют себя, как в райском саду (модальность воображения), пока в тоненькой стенке между их комнатами плотник проделывает дверь (Рисунок 72). Обратите внимание на совместные кадры мистера Грэнниса и мисс Бейкер – это, безусловно, союз равных, и камера снимает их средним ракурсом.
Какой из этих двух путей выберут Мактиги? Они переселяются в опустевшую лачугу Зеркова. Мактиг теперь промышляет рыболовством, вскоре он уходит из дома насовсем – но возвращается, чтобы украсть домашний капитал Трины. Рана на правой руке Трины воспаляется, врачам приходится удалить ей два пальца. Что расстраивает ее сильнее – этот факт или то, что она лишилась сэкономленных денег? Насколько разрушена ее личность?
Увы, только деньги – предмет ее любви. Она забирает свой капитал из дядюшкиного бизнеса, рассыпает монеты по своей постели и, обнаженная, ложится с ними. Эта сцена, важная для понимания характера Трины, сохранена Мэтис и Фарнемом, но существенно урезана. Если верить восстановленной версии фильма, то встык «постельной сцене» идет не что иное, как фаллический символ – ночной план знаменитой башни паромного вокзала Сан-Франциско (Рисунок 73).
Судьба предлагает Мактигу еще один шанс выплыть на поверхность – работу в музыкальном магазине (эпизод отсутствует в продюсерской версии). К несчастью, в этом магазине он обнаруживает свою любимую гармонику – Трина продала ее. У Мактига не хватает денег на то, чтобы выкупить инструмент.
Ночью Мактиг отправляется в детский сад, где Трина теперь зарабатывает мытьем полов. Это их последняя встреча. Наутро (это отсутствует в продюсерской версии) Мактиг собирает вещи и видит, что одна из канареек сдохла – параллельно в детском саду находят изуродованный труп Трины.
Это был второй переломный пункт истории. Убив Трину, Мактиг окончательно разрушил свою жизнь. Правда, несмотря ни на что, Мактиг получает последний шанс начать новую жизнь – ударившись в бега, он встречает старателя по фамилии Криббенс (эпизод с Криббенсом вырезан Фарнемом). Они производят разведку горных пород на окраине Долины Смерти и находят золото. Но Мактиг чувствует погоню – и не зря, по всей Калифорнии уже висят объявления о его розыске, одно из них прочел новоиспеченный ковбой Маркус и примкнул к группе поиска. С винтовкой Криббенса Мактиг продолжает свое бегство.
Как и все остальные эпизоды фильма, части фильма, происходящие в Долине Смерти, снимались на месте действия – в самой Долине Смерти, куда Штрогейм отправился с экспедицией из 40 человек на 37 дней – хотя студия предлагала ему отснять «пустынные» кадры в окрестностях Окснарда под Лос-Анджелесом, где голливудские студии обычно снимали такие сцены. Штрогейм снимал реалистичный фильм, и его устраивала только настоящая Долина Смерти. Из экспедиции он вернулся с подлинными кадрами, отснятыми в Долине Смерти при 60° жары, где до Штрогейма ничего не снимал ни один кинематографист. Джин Хершолт потерял в этой экспедиции 12 кг веса – зато в фильм вошли уникальные кадры пейзажей и животного мира Долины Смерти.
Маркус настигает Мактига, но к этому моменту погоня уже потеряла всякий смысл – у них не осталось ни лошадей, ни воды. Если и есть ничтожный шанс на спасение, то только вдвоем. Но предмет их вражды – деньги Трины – никуда не делся. Начинается последняя схватка. Обратимся к последним строкам романа Фрэнка Норриса: