Камил Нова – Богаче шейха (страница 2)

— В моей первой мастерской было два инструмента. Оба моих. Я рассчитывал получать за работу и постепенно покупать остальное. Но сколько бы ни зарабатывал, всё куда-нибудь уходило. Я мог сделать чужую лавку красивее и не мог заменить собственную дрель.

— Знакомо.

— Потом из оплаты одного заказа я оставил деньги на инструмент. Он позволил делать работу, которую раньше отдавал другому. Часть нового заработка я снова оставил. Позже смог платить помощнику, брать несколько заказов, купить место, которое до этого снимал. А ещё позже — вложить часть накопленного вне мастерской. Мне понадобились годы. Но теперь каждый год я начинал уже не с одной пары рук.

Артём посмотрел на его ладони. Широкие пальцы, бледный шрам возле большого. Ему почему-то казалось, что путь богатого человека должен начинаться иначе.

— Значит, зарабатывать, оставлять, покупать то, что приносит ещё?

— Да. И каждый раз проверять, действительно ли оно приносит. У меня есть вещи, которые оказались хороши только на фотографии.

— А с моим заработком сколько на это уйдёт?

Фарид подвинул коробку, освобождая стул для подошедшего рабочего.

— Долго, если заработок не меняется. Поэтому мы не будем всю жизнь обсуждать, от чего тебе отказаться. Будем учиться увеличивать то, что ты получаешь, и не терять всё увеличение по дороге.

На свободный стул сел мужчина в промокшей от работы рубашке. Взял пирог, закрыл глаза и несколько секунд жевал молча. Артём вспомнил, как сам ел стоя, удерживая телефон плечом, а Нина ждала, когда он наконец сможет ответить без чужих голосов за спиной.

— Я не хочу через десять лет работать ещё больше ради того же самого, — сказал он.

— Тогда тебе нужен результат, который не заканчивается вместе со сменой. Сначала выясним, за что тебе заплатят. Потом — что ты сумеешь оставить и создать на эти деньги. Завтрашний заказ будет началом. Я покажу тебе весь путь, который знаю, но идти по нему придётся тебе.

Артём взял из коробки последний пирог. Рабочий потянулся к нему одновременно и сразу убрал руку. Артём разломил пирог пополам.

В зал уже вносили пустые тележки. Артём поднялся: пора было снимать часть оборудования. Фарид тоже встал, придерживая коробку локтем.

— Завтра у тебя выходной?

— До вечера. Потом несколько часов на складе.

— Приходи утром в мастерскую. Не слишком рано. Мне надо сначала успеть с кем-нибудь поссориться.

— Ты берёшь за это деньги?

— За ссору обычно нет.

Артём улыбнулся, но не отвёл взгляда.

— За то, что будешь меня учить.

— За разговор — нет. Если начнём делать работу вместе, договоримся об оплате до начала. Мне выгодно иметь рядом человека, который хорошо работает и понимает цену работе. Сальма давно говорит, что нам нужен такой мастер по свету. А тебе полезно узнать, действительно ли ты хочешь своего дела. Иногда человек хочет просто хорошего работодателя. Это тоже разумное желание.

Фарид пошёл к лифту, Артём вернулся к пульту.

Пока зал пустел, он вспомнил Нину. Перед поездкой в Дубай он говорил ей, что здесь большие возможности. Нина спросила: «Какая именно у тебя?» Он тогда обиделся на её осторожность и ответил что-то про масштаб.

Теперь вопрос звучал иначе.

Он умел делать так, чтобы свет не слепил человека. Мог заметить неудачную тень, из-за которой хорошая вещь выглядела дешёвой. Умел находить простое решение там, где заказчику уже предлагали дорогое. Это были умения. Возможностью они ещё не стали.

В телефоне Артём открыл пустую заметку. Написал: «Кому это нужно настолько, чтобы заплатить?»

Под строкой ничего не появилось.

Он убрал телефон, снял наушники и начал отключать свет. Сначала погасла дальняя стена, потом колонны у сцены. Остались огни над столами.

Впервые за вечер Артём посмотрел на них без зависти. Официантка, собиравшая бокалы, прикрыла глаза ладонью: один прибор светил прямо ей в лицо. Артём изменил его наклон. Она опустила руку и продолжила работу.

— Так лучше, — сказала она.

Утром он собирался прийти к Фариду раньше, чем тот успеет с кем-нибудь поссориться.

Глава 2. За что платит город

Утром Артём принёс в мастерскую идею, которую успел полюбить по дороге.

Он представлял светильники для дорогих квартир: тонкие, почти невидимые, с мягким светом вдоль стены. Пока автобус полз среди машин, он придумал название, затем другое, получше. Нашёл в телефоне фотографии похожих изделий и решил, чем его будут отличаться.

Фарид выслушал, разглядывая рисунок.

— Красиво.

Артём почувствовал, как расправились плечи.

— А теперь скажи, кто просил тебя это сделать.

— Пока никто. Но посмотри, сколько здесь квартир.

— Вижу. Которая твоя?

— Я не про свою.

— А я про человека, который откроет дверь и заплатит.

Из соседней комнаты вышла Сальма. На её ладони лежал маленький кусочек дерева, испачканный с одного края белой краской. Она приложила его к рисунку Артёма, словно примеряла образец.

— Мы делали похожее, — сказала она. — Хозяин квартиры хотел спрятать провод. Мы предлагали красивую линию света. Он всё спрашивал, где будет провод. Отец обижался.

— Я не обижался.

— Ты перестал предлагать ему кофе.

Фарид вздохнул.

— Совпадение.

Она улыбнулась Артёму и ушла обратно. За перегородкой зашумел инструмент.

— Пойдём, — сказал Фарид. — Покажу тебе одну некрасивую проблему.

В небольшой лавке Мариам продавались серьги, кольца и тонкие браслеты. Стекло витрины было чистым. Над ним ярко горели светильники, отражавшиеся в каждой металлической поверхности.

Артём сразу начал мысленно переставлять их.

— Здесь нужно иначе организовать подсветку, — сказал он хозяйке.

— Мне нужно, чтобы посетитель перестал закрывать глаза рукой, — ответила она.

Мариам попросила его встать на место покупателя. Артём посмотрел вниз. На стекле отражалось столько света, что тонкую застёжку приходилось искать между белыми пятнами.

— Теперь наклонись, как человек, который хочет прочитать маленький ценник.

Он наклонился. Один светильник ударил прямо в глаза.

— Понятно, — сказал Артём.

— Нет, ещё не всё.

Мариам вынула пару серёг, положила на ладонь, затем поднесла к окну. Камень выглядел иначе.

— Люди спрашивают, какой у него настоящий цвет. Я теряю время, объясняю. Кто-то думает, что я пытаюсь его обмануть.

Артём открыл свой рисунок. Ему хотелось всё-таки показать тонкую линию вдоль стены: он успел решить, что она понравится Фариду. Мариам тем временем снова поднесла серьги к окну. Артём закрыл рисунок и спрятал телефон.

Он начал спрашивать. Когда в лавке больше солнца? Можно ли переставлять изделия? Что уже пробовали? Нужно ли менять всё освещение? Сколько времени хозяйка может отвести на проверку?

На последний вопрос Мариам ответила без колебаний: