Камиль Фламмарион – Урания (страница 25)
И так, выражение, употребленное нами, нисколько не преувеличено. Наша планета действительно является игрушкой космических сил, управляющих ею в небесных областях. То же самое происходить и с другими мирами, да и со всеми, что существует во вселенной. Материя покорно повинуется силе.
Но где же неподвижная точка, на которую мы стремимся опереться?
В действительности наша планета, когда-то считавшаяся основанием мира, поддерживается на расстоянии Солнцем, которое заставляет ее обращаться вокруг себя со скоростью, соответствующей этому расстоянию. Эта скорость, зависящая от солнечной массы, удерживает нашу планету на одной и той же средней дистанции от центрального светила. При менее значительной скорости, притяжение преобладало бы и привело бы к падению Земли на Солнце. Наоборот, при большей скорости, наша планета прогрессивно и до бесконечности удалялась бы от очага, дающего ей жизнь. Но, благодаря скорости, соответствующей притяжению, наше блуждающее жилище поддерживается в постоянной устойчивости. Точно также и Луна поддерживается в пространстве силой притяжения Земли, которая заставляет ее вращаться вокруг себя со скоростью, требуемой для того, чтобы постоянно держать ее на том же среднем расстоянии. Таким образом, Земля и Луна составляют в пространстве чету планет. Если б земной шар существовал один на свете, он оставался бы во веки неподвижным на той точке беспредельной пустоты, куда его поставили бы с начала, не будучи в состоянии ни подыматься, ни опускаться, ни вообще как бы то ни было изменять положение, и самые эти термины опускаться налево, направо не имели бы никакого абсолютного смысла. Если б эта Земля, оставаясь в одиночестве, получила бы какой-нибудь толчок, была бы брошена с известной скоростью по какому-нибудь направленно, она вечно неслась бы по прямой лиши в этом самом направлении и не могла бы ни остановиться, ни замедлить движения, ни изменить его. То же самое было бы и в том случае, если б её сопровождала только Луна. Они обе вращались бы вокруг своего общего центра тяжести, исполняя свое назначение в одном и том же месте пространства, и летя по тому направлению, по какому они были бы пущены. Но так как существует Солнце и составляете центр своей системы, то Земля, все планеты и все их спутники зависите от него и судьбы их неразрывно связаны с его судьбой.
Где же искомая неподвижная точка, прочное основание, к которому мы стремимся, чтобы увериться в устойчивости вселенной. Уж не в этом ли колоссальном и тяжелом солнечном шаре?
Конечно нет, так как само Солнце не находится в состоянии покоя, а увлекает нас со всей своей системой по направленно созвездия Геркулеса.
Тяготеет ли наше Солнце вокруг какого-нибудь другого громадного Солнца, притяжение которого достигаете до него и управляете его судьбами, подобно тому, как и оно управляет судьбами планет? Исследование звездной астрономии приводит к заключению о возможности существовала мощного светила находящегося под прямым углом от нашего пути по направлении к Геркулесу? Нет. Правда, наше Солнце подвергается притяжению звезд. Но ни одна, по-видимому, не преобладаете над другими и не царствуете полновластно над нашим центральным светилом.
Хотя вполне вероятно, мало того несомненно, что наше Солнце и солнце ближайшее к нему – звезда Альфа Центавра испытывают взаимное притяжение. Однако нельзя считать, что эти две системы образуют пару, подобную наре двойных звезд. Все известные до сих пор системы двойных звезд состоят из тел, гораздо более приближенных друг к другу. Затем, если и допустить эту гипотезу, то при громадности орбиты, описываемой этими светилами, нельзя предположить, чтобы притяжения соседних звезд оставались без всякого влияния. И наконец, действительная скорость движения этих солнц гораздо больше, нежели та, которая могла бы произойти от их взаимного притяжения.
Но здесь есть другой фактор, важнее всех предыдущих. Млечный путь с его 18-ю миллионами солнц, для которых было бы действительно очень смелым искать центра тяжести.
Но опять-таки, что такое весь Млечный путь перед миллиардами звезд, созерцаемых вами на лоне звездной вселенной? Разве самый Млечный путь не перемещается, подобно архипелагу плавучих островов? Каждая туманность, каждое скопление звезд – не есть ли тот же Млечный путь, движущийся под действием тяготения других вселенных, которые призывают их, влекут к себе сквозь мрак бесконечной ночи?
Переносясь от звезды к звезде, от системы к системе, от одной страны к другой, мысль наша всюду встречаете необъятное величие, небесные движения, скорость которых мы еще только начали измерять, но которые уже превосходят всякое воображение. Собственное годичное движете солнца Альфы превышаете 1,488 миллионов льё в год. Собственное движение 61-й звезды Лебедя (второго солнца по расстоянии от нас) равняется 370 миллионам льё в год, что составляете около одного миллиона льё в день. Звезда Альфа Лебедя мчится на нас по прямой лиши со скоростью 500 миллионов льё в год. Собственное движете звезды 1,830-й по каталогу Грумбриджа[54] равняется 2,590 миллионам льё в год, что составляете семь миллионов льё в день, 115,000 километров в час, или 320,000 метров в секунду! Все эти данный представляют только минимум, так как мы, разумеется, видим измеряемый нами перемещения не прямо с лица, а косвенно.
Какие могучие снаряды! И все это – солнца, в несколько тысяч, в несколько миллионов раз тяжелее Земли, пущенная в неизмеримую пустоту с головокружительной скоростью, движущиеся в беспредельном пространстве, под влиянием тяготения всех светил вселенной. И эти миллионы, эти миллиарды солнц, планет, звездных скоплений, туманностей, миров, начинающих свое существование, и миров, уже отживших – мчатся с такими скоростями к неведомым им целям, с такой энергией, с такой силой действия, что перед ними порох и динамит – дыхание младенца в колыбели.
И все они бегут, быть может, навеки вечные, никогда не будучи в состоянии приблизиться к несуществующим границам бесконечности… Всюду движение, деятельность, свет и жизнь. К счастью, это так. Если б все эти бесчисленные солнца, планеты, земли, луны, кометы были неподвижны, устойчивы, подобно царям, окаменевшим в их усыпальницах, то такая вселенная представляла бы еще более величавое, но вместе с тем безотрадно грустное зрелище! Представьте себе мироздание, остановившиеся, застывшее, окаменелое как мумия! Одна эта мысль эта невыносима и навевает ужас и печаль.
Но что является причиной этих движений? Что поддерживает их? Что управляет ими? Мировое тяготение, невидимая сила, которой повинуется видимая вселенная – все, что мы называем материей. Тело, притягиваемое из бесконечного пространства Землей, достигло бы скорости 11,300 метров в секунду. Точно также тело, брошенное с Земли с такою скоростью, никогда не вернулось бы на нее. Тело, притягиваемое из бесконечного пространства Солнцем, приобрело бы скорость 608,000 метров в секунду; точно также тело, брошенное с Солнца с такой же скоростью, никогда не вернулось бы к точке отравления. Скопления звезд могли бы вызвать скорости, еще более значительные, но вполне объяснимые теорией тяготения. Достаточно бросить взгляд на карту собственных движений звезд, чтобы получить понятия о разнообразии этих движений и их величии.
Тяготение еще не объясняет происхождение движения. Если б существовало оно одно испокон веку, вся вселенная представляла бы сплошную глыбу. Происхождение движения кроется в основной причине всех причин.
И так звезды, солнца, планеты, миры, кометы, падающие звезды, уранолиты – словом, все тела, входящие в состав необъятной вселенной, зиждутся не на твердых основах, согласно ребяческому, первобытному представлению наших предков, а на невидимых невещественных силах, управляющих их движениями. Само движение этих миллиардов небесных тел является причиной их устойчивости, и они взаимно поддерживают друг друга в разделяющей их пустоте. Если б ум ног отрешиться от времени и пространства, то Земля, планеты, солнца, звезды представились бы ему в виде дождевых капель, беспрерывно льющихся с беспредельного неба, словно гонимые исполинской бурей и притягиваемые не каким-нибудь твердым основанием, а взаимным притяжением каждой в отдельности и всех вместе. Каждая из этих космических капель, каждый из этих миров и солнц мчится с такой невероятной быстротой, что полет пушечных снарядов сравнительно с нею представляется покоем. Это не сто, не пятьсот, не тысяча метров в секунду, а десять, двадцать, пятьдесят, сто и даже двести-триста тысяч метров в секунду!
И как это не случается столкновений при подобных движениях? Может быть они и бывают. На это, по-видимому, указывают «временные звезды», как бы возрождаются из своего пепла. Но, в сущности, трудно произойти таким встречам, так как пространство необъятно, сравнительно с размерами небесных тел и, кроме того, движете каждого из этих тел как раз препятствует ему пассивно подчиняться притяжению другого тела и упасть на него. Оно сохраняет свое собственное неуничтожимое движение и скользит вокруг притягивающего его фокуса, как бабочка, привлекаемая пламенем, но не обжигающая себе крыльев. Впрочем, с абсолютной точки зрения, движения эти даже «не такие быстрые».