Камиль Абдулин – Три цвета жизни (страница 6)

Она замолчала. Потом положила ладонь ему на плечо — тёплую, живую.

— Что ты снова собираешься исчезнуть.

Он повернулся к ней. В её глазах — не обвинение, а **страх**. Тот самый,что они оба прятали под шутками, ужинами и словами «только ты и я».

— Я никуда не уйду, — сказал он. — Даже если туман не рассеется неделю.

Она улыбнулась — чуть грустно, но искренне.

— Тогда пойдём внутрь. Я сварила кофе. И… есть кое-что, что я должна тебе сказать.

–Илья приготовил завтрак — яичницу с зеленью, тосты с авокадо и свежие булочки, которые привёз ещё вчера из пекарни на окраине. На столике у камина уже дымился кофе: темный, крепкий, с легким, ароматом корицы —как Карина любила. Как **они обе** любили.

Они сидели рядом, плечом к плечу, укрытые одним пледом. Огонь в камине потрескивал, отбрасывая танцующие тени на стены. За окном все еще висел туман, но теперь он стал прозрачнее, будто начал отступать перед весенним светом.

— Как хорошо просто молчать с тобой, — прошептала Карина, прижимаясь щекой к его плечу.

Илья улыбнулся — мягк о, с грустью. Он знал, что она не имела в виду только его. Иногда, когда она так говорила, в её голосе звучало эхо другого имени.

Но он ничего не сказал. Просто обнял её крепче.

И тут за окном раздался **короткий, резкий сигнал**.

Оба замерли.

Машина подъехала к воротам и просигналила — не вежливо, а настойчиво,будто знала: её ждут.

Илья встал и подошёл к окну. За стеклом, сквозь остатки тумана, виднелся силуэт автомобиля — черный, знакомый.

— Кто ещё к нам заглянул в такую погоду? — пробормотал он, хотя уже знал ответ.

Карина побледнела. Её пальцы дрожали, когда она взяла пульт от ворот.

— Может, не открывать? — прошептала она.

— Ты сама это спрашиваешь? — тихо ответил Илья. — После всего?

Она закрыла глаза. Потом нажала кнопку.

Ворота медленно распахнулись.

Машина без колебаний заехала во двор и остановилась у крыльца.

Дверь водителя открылась.

На гравии появилась фигура в длинном пальто.

Короткие волосы, прямая спина, взгляд, который всегда видел слишком много.

вышла из машины и захлопнула дверь — резко, будто подчеркивая: *я здесь случайно*. Ветер тут же растрепал её чёлку, а пальто хлестнуло по коленям. Она оглядела дом, каминное окно, дым из трубы — и улыбнулась.Не насмешливо. Скорее — с болью.

— Привет, влюблённые, — сказала Саша , подходя к крыльцу. Голос был тихим, почти родным.

Илья стоял в дверях, руки в карманах свитера. Он не удивился. Не Рассердился. Просто посмотрел на неё — так, как смотрят на человека,которого **никогда не переставали любить**, даже когда отпустили.

— Заходи, — сказал он. — Кофе еще горячий. Для всех.

остановилась на ступеньке. Её взгляд скользнул мимо него — к Карине,которая стояла в глубине комнаты, сжавшись, как будто боялась, что мир рухнет, если она двинется.

— Я не за кофе, — сказала Саша . — Я за правдой. За той, которую мы все прячем под «мы вдвоём» и «только ты и я».

Карина сделала шаг вперёд.

— Ты не имеешь права…

— Имею, — перебила . — Потому что я тоже часть этого «мы». Даже если вы решили, что я — прошлое.

Тишина легла между ними — не пустая, а **полная всего, что они не сказали годами**: о том лете в Турции, когда они втроём спали под одним одеялом; о решении. Илии статься с Кариной, чтобы «не рушить нормальную жизнь»;

— Тогда входи. И давай наконец поговорим — не как бывшие, не как враги…

— А как те, кто до сих пор связаны одной душой, — закончила за него .

Карина не ответила. Но когда прошла мимо нее в дом, их пальцы на мгновение соприкоснулись —

и в этом прикосновении было всё:боль, тоска… и **надежда**.

А в камине вспыхнул новый язык пламени, будто дом тоже помнил их троих.

Глава 4. Правда в три голоса

Карина вошла на кухню. Илья стоял у плиты, размешивая соус деревянной ложкой. Солнце уже пригревало подоконник, а в воздухе витал аромат чеснока и тимьяна.

— Доброе утро, — сказала она, подходя ближе.

Он, погружённый в свои мысли, не услышал. Тогда она подошла сзади и легким шлепком по ягодице заставила его подскочить.

— Доброе утро! — повторила, смеясь.

— Доброе, милая, — буркнул он, оборачиваясь. — Я чуть коньки не отбросил. Больше так не подкрадывайся.

Она обвила руками его шею, пальцы скользнули под футболку — гладила кожу, чувствуя тепло, близость, жизнь.

— Соус подгорает, — прошептал он, не отстраняясь.

— Подожди… — прошептала она в ответ.

— Не могу.

Он взял её за бёдра, легко поднял и посадил на край кухонного стола. Она Прижалась к нему — и почувствовала, как его дыхание сбилось, как тело отозвалось на ее близость. Без слов. Просто желание, честное и тёплое.

— Когда закончишь соус, — прошептала она, глядя прямо в глаза, — пойдём в спальню. И хорошенько займёмся любовью.

Он улыбнулся, но тут же помрачнел.

— Здесь … Неудобно будет.

— Она не ребёнок, — тихо сказала Карина. — И не чужая.

Он не стал спорить. Просто дал ей попробовать соус с ложки — горячий,насыщенный, идеальный.

— Вкусно, — прошептала она.

Пока он доедал готовку, она заварила кофе и села на стол, свесив ноги,всё ещё в его футболке, которую надела ночью. И тут зазвонил его телефон.

На экране — **«Неизвестный номер»**.

— Алло?

— Привет, Илья.

— Кто это?

— Это Адам.

Илья замер. За его спиной Карина поставила чашку на стол — осторожно,будто боялась, что звук разобьёт хрупкое утро.

— Адам… — повторил он, как будто пробуя имя на вкус.