Ками Мёрдок Дженсен – Первая земля (страница 4)
– Из крошечной цивилизации, которая существовала еще до Месопотамии, – Джемдет-Наср[6]. – Доктор Бьюкенен поднял толстый портфель со столика. – Ученые всего мира добиваются возможности увидеть эту скрижаль, а благодаря моей дружбе с первооткрывателем мы сможем провести целый день в ее компании! Мне потребовалось несколько недель, чтобы убедить моего старого приятеля со времени обучения в Оксфорде – доктора Невилла Эйнсли – презентовать здесь свою коллекцию. Можете себе представить, Агнес? Вы будете читать слова, написанные более пяти тысяч лет назад людьми, которые были одновременно учеными и магами! Докторами и колдунами!
– Они писали на латыни?
– Нет. Использовали клинопись. Частично буквы, а частично символы.
Он нажал на кнопку «ВНИЗ».
Я никогда не читала ничего настолько древнего, и в последний раз, когда пробовала свои силы, понятия не имела, как произносить начертанные знаки.
Неужели он ожидал, что я освою клинопись для этой стажировки?
– Но я ничего не знаю о символах. Разве у вас нет аспиранта, который разбирается в подобных вопросах?
Мой голос снова забулькал, и на поверхность поднялась паника.
Доктор Бьюкенен отмахнулся от моего беспокойства беззаботным взмахом руки.
– Есть. Но они не наполняют слова жизнью так, как это умеете делать вы.
Я мысленно представила, как испаряется стажировка, стипендия и все мое будущее. Безусловно, доктор Бьюкенен всегда хвалил мой талант к чтению на иностранных языках, но он ожидал невозможного. Я не была способна выучить язык всего за несколько минут и читать на нем так же хорошо, как на латыни.
– Сомневаетесь в себе, Агнес? – спросил он, прочитав мои мысли. – Не волнуйтесь. Я приготовил для вас памятку с общепринятыми символами и их значениями. У вас все получится.
Это он так считает, а я вот в этом не уверена.
Из кухни появилась мисс Чиппи, набивая свою объемную сумку какими-то бумагами.
– Мисс Чиппи тоже идет с нами?
Я очень понадеялась на это, зная, что она часто помогала доктору Бьюкенену по рабочим вопросам.
– Нет,
– Вы звонили, чтобы подтвердить нашу встречу с Эйнсли, мисс Чиппи? – поинтересовался доктор Бьюкенен, снимая свою белую трость с крючка у двери.
– Да. Он задерживается, но сказал, чтобы вы спросили профессора Гретхен Холл в корпусе для выпускников.
Лифт открылся.
Чувствуя себя так, словно кто-то бросил меня в глубокий бассейн, я проверила наличие телефона в заднем кармане и последовала за своим новым боссом из вестибюля на автобусную остановку.
Мисс Чиппи ободряюще помахала мне рукой, когда мы разошлись в разные стороны.
Автобус подъехал прямо к кампусу.
Доктор Бьюкенен вышел и уверенно зашагал по дорожке, размахивая своей тростью, одновременно с этим посвистывая сквозь зубы. Преисполнившись желания произвести на него впечатление, я тоже решительно прошествовала вперед на своих покалывающих ногах, пока мы не достигли красивого особняка в стиле архитектуры Возрождения Тюдоров[7]. Я почувствовала себя так, словно попала в роман Джейн Остен и почти ожидала увидеть молодого английского лорда, проезжающего мимо нас на чистокровном скакуне.
– Мы направляемся внутрь?
– Зависит от обстоятельств. Мы перед чем-то вроде за́мка? – Доктор Бьюкенен подтрунивал надо мной. Быть может, он и был незрячим, но всегда прекрасно осознавал, где находится. – Подходящее здание для такого знаменательного события, не правда ли? – продолжил он. – Ведите, Агнес! Нас ждут.
Я взяла доктора Бьюкенена под руку и повела его к парадной двери, восхищаясь аккуратной каменной кладкой и узкими арочными окнами. Тяжелая деревянная дверь плавно качнулась на петлях, и мы вошли внутрь. В окружении роскоши по всему моему телу разлилось необычное и неожиданное чувство. Я ощутила себя… дома.
Безумие, верно?
Огромный мраморный камин, ковры ручной работы и богатые резные панели были совсем не похожи на нашу квартиру в Мелроузе. Стены были покрыты штукатуркой, а статуэтки и вазы с цветами украшали изящные столики и письменные бюро. Самой причудливой вещью в нашей квартире был маленький плазменный телевизор, но почему-то я чувствовала себя комфортно, спокойно и… полноценно именно в этом месте, словно с самого начала должна была войти в эти двери.
Справа от входа в большой зал группа мужчин в костюмах собралась вокруг привлекательной молодой женщины. На ней была надета темная юбка-карандаш и подходящий к ней блейзер. Дама выглядела как библиотекарь, но по какой-то неизвестной причине с поразительной свирепостью смотрела на доктора Бьюкенена сквозь свои очки в темной оправе. Ее глаза были холодны и преисполнены алчности.
Теперь я уже не чувствовала себя как дома. Она даже немного напугала меня.
– Пожалуйста, проведите нас к стойке безопасности на втором этаже. – Доктор Бьюкенен вернул меня к выполнению задачи, и я повела его вверх по лестнице, забыв о грозной леди. – Скрижаль находится в отдельной комнате и готова к ОЗВ-просмотру.
– ОЗВ? – переспросила я.
– Очень Значимый Выпускник. Эйнсли – мой давний коллега. Он преподает в нашей альма-матер – Оксфорде, но время от времени осчастливливает БУ[8] своим присутствием. Коллекция будет находиться здесь всего сутки, поэтому мы должны потратить все имеющиеся у нас минуты на изучение ее секретов.
Точно. Скрижаль.
Пока мы поднимались, на ступеньках мерцало пятнышко света, которое дразнило меня на протяжении всего дня. Каждый раз, когда я пыталась прогнать его, оно мелькало впереди.
Когда мы оказались наверху, я проследовала мимо стойки охраны, где доктор Бьюкенен остановился, чтобы предъявить свое удостоверение, и через четвертую дверь справа попала в небольшое помещение с высоким потолком.
Старинные книги покрывали каждый сантиметр стен без окон, а эргономично расставленные письменные столы с лампами для чтения чередовались с высокими книжными стеллажами. Возле стеллажей располагалось несколько бронированных прозрачных кейсов с хрупкими пергаментами. На табличках с внешней стороны было указано содержимое и имя владельца – Невилла Эйнсли, друга доктора Бьюкенена.
Осматривая помещение, я услышала, как доктор Би окликнул меня из коридора, и вскоре послышался скрип обуви поблизости от меня.
– Вот и она.
В дверях стояли охранник и доктор Бьюкенен.
– Как вы сюда попали?
– В каком смысле? – спросила я.
– Джентльмен интересуется, как вы прошли без кода к электронному замку, – уточнил доктор Бьюкенен.
Мне вспомнился высокотехнологичный замок под дверной ручкой.
– Дверь просто открылась, – сказала я.
Охранник выругался себе под нос и опустился на колени возле замка. Провозившись с ним несколько секунд, он встал, сказав:
– Приступим к делу, – сказал доктор Бьюкенен. – Видите скрижаль? Она должна быть заключена в стеклянный кейс в центре комнаты.
За одним из столов, расположенных вдоль стен, восседал сгорбленный лысый старичок с длинной седой бородой. Ничего необычного в нем, в общем-то, не было. Разве что вместе с ним находился пушистый рыжий кот. Он лежал, свернувшись калачиком, на столе, впитывая тепло лампового света. Старик не обратил на меня внимания, а вот кот – определенно да. Животное наблюдало за мной сощуренными зелеными глазами. Это было так странно. В общественные здания не допускались питомцы, если только они не являлись служебными. Конечно, это могло быть животным эмоциональной поддержки, но коты не отличались послушанием и отзывчивостью. Вероятно, старик пронес его под полами пальто.
Но как же охранник мог не заметить этого?
Посреди комнаты возвышался мраморный постамент со стеклянной витриной на нем. Кокетливый блик света поблескивал на прозрачной поверхности, заигрывая со мной и приглашая подойти ближе. Внутри лежала древняя пластина культуры Джемдет-Наср. Я внимательно изучила желтоватую, крошащуюся каменную плиту, надеясь распознать хоть парочку букв. Древний артефакт был размером с книгу в мягкой обложке и излучал теплый свет. Более того, он выделял тепло. Я даже поднесла руку к стеклу, предположив, что в витрину был встроен терморегулятор.
– Агнес?
Упс. Я оставила своего незрячего босса в неизвестности о местонахождении скрижали.
Смутившись, придвинула к витрине стул.
– Она здесь, доктор, – отозвалась я. – В самом центре, как вы и сказали.
Доктор Бьюкенен отыскал стул при помощи трости, сел, открыл ноутбук и достал из кармана пальто миниатюрный цифровой диктофон.
Бьюсь об заклад, дошкольники в свой первый учебный день не могли бы быть более взволнованными, чем он.
– Здесь есть кто-нибудь еще, Агнес? – спросил он. – Мисс Чиппи говорила, что мы собираемся встретиться с профессором Гретхен Холл.
Старик мог бы оказаться профессором, но никак не Гретхен. Кот мог быть Гретхен, но однозначно не профессором. Он все еще наблюдал за мной, мерно покачивая своим несомненно кошачьим хвостом.
– Никаких дам-профессоров в поле зрения, сэр.
– Тогда начнем без нее. Итак, моя дорогая: скрижаль. Что вы видите?
Я наклонилась к стеклу. Цвет камня изменился. Прежде он был желтоватым, а теперь…