Калли Харт – Ртуть (страница 65)

— ОСТАНОВИСЬ!

Тело Дании качнулось в сторону. Она врезалась в стол, ударившись бедром о дерево. Но не это привлекло ко мне двадцать пар ошеломленных глаз. Это был ее меч, разлетевшийся на тысячу осколков, дрожащие стальные иглы пронеслись по воздуху и ударились о стену над головой Рена с такой силой, что на дюйм вошли в изъеденную временем каменную кладку.

Кэррион повалился набок, прижавшись к стенке очага, его рот безвольно открылся.

— Твою мать! — задохнулся он.

Все остальные выглядели такими же ошеломленными. Только Фишер оставался невозмутимым. Он смотрел на меня очень серьезно, слегка нахмурив темные брови.

Дания выпрямилась и медленно повернулась — впервые с тех пор, как я вошла сюда с Ренфисом, она обратила на меня внимание. Она выглядела так, словно ее голова вот-вот взорвется.

— У нас есть чертов алхимик?

— Она моя, — сказал Фишер.

Прежде чем кто-то успел отреагировать на это, оглушительный грохот сотряс землю под нашими ногами.

— ЛЕДОРУБЫ! ЛЕДОРУБЫ! ЛЕДОРУБЫ! — крик доносился снаружи.

— Что происходит? — прошептала я.

Ад вырвался на свободу. Штаб взорвался всплеском активности, и все воины, включая Рена, бросились к выходу, внезапно выхватив оружие. Фишер оставался неподвижным на долю секунды дольше остальных, его глаза все еще были прикованы ко мне, на лбу появилась странная морщинка, но затем он тоже сорвался с места и исчез в вихре блестящего черного песка и дыма.

Черноволосый мужчина по имени Лоррет вышел из палатки последним.

— Оставайтесь здесь, — приказал он. — Не покидайте это место. Я серьезно.

— Но что, черт возьми, происходит? — требовательно спросил Кэррион.

— Санасрот. Враг на берегу реки. Нужно разбить лед, чтобы мертвецы не смогли переправиться.

ГЛАВА 21.

ЛЕДОРУБ

Пока мы были внутри, наступила ночь. Небо стало черным, как смоль, поднялся свирепый ветер и разметал во все стороны тлеющие угли от походных костров. Один из них упал на мой плащ, опалив его, но это было наименьшей из моих забот. Все воины в лагере устремились к берегу Дарна, неся в руках чудовищные кувалды и страшные топоры.

— Нам не следует путаться у них под ногами, — повторяла я в пятнадцатимиллионный раз. Кэррион не послушал меня в первый раз, не слушал и сейчас.

— Я не собираюсь прятаться в палатке, когда нам всем угрожает смертельная опасность, — сказал он.

— Ты забыл, сколько раз Рен сбил тебя с ног сегодня утром? Это не наша лига.

Однако в глазах Кэрриона появилась решимость.

— Может, я и не смогу сравниться с этими ублюдками в бою, но лед разбить точно смогу. И вообще, оказалось, что моя бывшая умеет делать шрапнель из мечей, так что, думаю, у нас все будет в порядке.

— Я не твоя бывшая. И я не знала, что могу! И не думаю, что смогу сделать это снова!

— Будем надеяться, что нам не придется это выяснять. — Кэррион сорвался с места с бешеной скоростью. На секунду я задумалась о том, чтобы вернуться в штаб, но он был прав. Я не могла просто спрятаться там, когда казалось, что наступил конец света. Мне потребовалось двадцать секунд, чтобы догнать его. Еще минута ушла на то, чтобы спуститься к берегу реки.

Мы оба стояли там, ошеломленные, в полном молчании, наблюдая за творящимся хаосом.

Огромные воины, вдвое выше и шире Фишера, стояли на краю реки. Под бой барабана, который раздавался ниже по течению, они поднимали над головами гигантские кувалды и с ужасающей силой опускали их на толстый лед.

БУМ!

БУМ!

БУМ!

Замерзший лед трескался и раскалывался, издавая металлические, пульсирующие звуки, но поверхность держалась. На другой стороне берега собралась и ревела кипящая темная масса существ.

— Что… это? — прошептал Кэррион.

Мимо нас, задыхаясь, промчался воин. Это был Хогот, земной эльф, который приветствовал нас, когда мы прибыли в лагерь.

— Это… — выдохнул он. — Это лучшая часть орды Санасрота. Пятидесятитысячная армия. Мы их не ждали. Если они переправятся, то… перебьют нас!

— Что значит орда? — прорычал Кэррион, бежавший за ним вниз к реке.

Хогот прокричал в ответ одно слово.

— Вампиры!

Бум! Бум! Бум!

Кувалды обрушивались на лед.

Я вглядывалась в темноту в поисках хоть каких-нибудь признаков Фишера, но его нигде не было видно. Не было и Рена. Повсюду незнакомые воины, взвинченные до предела, бежали к реке, чтобы внести свой вклад в борьбу со льдом. Голубая вспышка на время озарила сцену, осветив другой берег, и от того, что я там увидела, у меня подкосились ноги.

Их были тысячи.

Корчащихся. Агрессивных. Рычащих. Щелкающих зубами.

Пятьдесят тысяч кровожадных вампиров, лающих на берегу реки. Когда появился источник голубого света — раскаленная добела сфера, описавшая дугу в воздухе и упавшая на середину реки, — первые вампиры уже двигались по льду. Шар взорвался, пробив в толще льда небольшое отверстие. Вода взметнулась на пятьдесят футов в воздух, но вампиры, казалось, ничего не заметили. Толпой они приближались к нам.

— Черт возьми, — пробормотал Кэррион. — Гребаное дерьмо.

Я не могла выговорить ни слова. Но чувствовала то же самое.

Еще одна бело-голубая сфера взмыла в воздух, отбрасывая дикие тени на приближающуюся толпу и воинов на нашей стороне берега. Еще одна, и еще, и еще поднялись в воздух. Громкие звуки ломающегося льда разрывали ночь, когда они взрывались, проделывая все большие отверстия. Теперь, когда этот участок реки стал непрочным, молоты, бьющие по поверхности у края реки, были более эффективны. Постепенно лед начал покрываться паутиной и трескаться.

— Это сработает? — прошептал Кэррион.

— Не знаю. Пойдем. Мы должны помочь.

Было нелепо говорить это. Даже один из этих огромных воинов с молотами мог бы в одиночку снести половину зданий в Третьем округе, и все же лед был настолько толстым, что они продвигались медленно. Мы были такими слабыми по сравнению с ними. Просто люди. Но все же мы оба взялись за тяжелые молоты, которые нашли на берегу, и со всей имеющейся силой обрушили их на Дарн.

Струи огня пронеслись по реке, как только первая волна вампиров оказалась в пределах досягаемости. Они вспыхивали, как хворост, но пламя их не останавливало. Они приближались.

Руки ныли, спину сводило от мучительной боли, но я била по льду, обдирая кожу на ладонях, когда опускала молот.

Лед содрогнулся, издал дьявольский стон, и внезапно все рухнуло.

Как только это произошло, реку заволокло облаком черного дыма. Вампиров, которые с трудом выбирались на лед после погружения в ледяную воду, черный дым безжалостно заталкивал обратно. Он закручивался вокруг них, сбивал с ног, обволакивал и увлекал за собой в их могилы подо льдом.

— Что происходит? — Дикий взгляд Кэрриона метался по берегу.

— Фишер, — мрачно ответила я. — Это Фишер.

Вампиры перестали приближаться. Огромные воины-ледорубы все еще колотили и разбивали лед слева и справа, но бешеная орда на санасротской стороне реки больше не наступала. Они рычали и стонали, но оставались на своих местах.

— Добрый вечер, Кингфишер! — раздался голос из темноты. — Я так рад, что ты решил выйти поиграть! Не хочешь поздороваться?

Боец, который присоединился к нам на том же участке берега, женщина с ярко-рыжими волосами, побледнела при звуке этого голоса. Как и несколько других воинов.

— Это Малкольм? — Она произнесла это имя так, словно не могла поверить собственным ушам. — Этого не может быть…

— Это точно он, — проговорил мужчина с неровным шрамом вдоль челюсти, вглядываясь в темноту. — Он вышел из своей крепости, чтобы поиздеваться над командиром.

— Но…

— Ну же, Кингфишер! Разве ты не покажешься? Я покажусь, если ты этого ждешь! — Толпа монстров на том берегу расступилась, и появился он. Высокий, стройный, скромно выглядящий мужчина, одетый в черное. Его прямые, как стрела, и белые, как снег, волосы спускались до плеч. У него были тонкие черты лица. Почти красивые. Кроваво-красные глаза осматривали наш берег, как будто клубы черного дыма, все еще стелющиеся над поверхностью реки, совершенно ему не мешали. — Давай, Кингфишер, — позвал дьявол нараспев. — Я знаю, что ты там. Прошла всего пара недель с тех пор, как мы говорили в последний раз, но что я могу сказать? Я скучаю по тебе.

Среди воинов поднялся ропот. Малкольм скучал по Фишеру? И прошло всего пару недель с тех пор, как они разговаривали? Намек был очевиден. Этот Малкольм, король вампиров, хотел, чтобы все знали, что их драгоценный лидер, наконец-то вернувшийся к ним, каким-то образом с ним заодно. Диверсия в ее лучшем исполнении. Самый простой способ выиграть войну — посеять раздор в рядах врага, чтобы он тратил время и силы на борьбу друг с другом, а не с вами. Это был умный, но очевидный ход. Тем не менее, судя по лицам окружавших нас воинов, Фишеру придется кое-что объяснить.