Каидел Маг – Отчаяние во плоти (страница 2)
Парень пребывал в каком-то трансе. – Не может быть, – твердил он себе, не до конца понимая, что только что произошло. Он думал, что это просто игра, страшилка, оставленная кем-то, чтобы напугать его или того, кто найдёт её. Но доска и впрямь работала! Это был не розыгрыш, не шутка – она работала! Кевин был на все сто процентов уверен, что сейчас дома он один; никто не мог двигать пиалу, кроме разве что духов, о которых говорилось в тексте из конверта.
Пялясь на доску и свечу, он лихорадочно обдумывал следующий шаг. Стоит ли ему продолжить – или, от греха подальше, закончить всё прямо сейчас? Ответ не заставил себя ждать: как бы ему ни было тревожно, волна нехорошего возбуждения, захватившая его, уже не позволяла всё просто так остановить. Теперь остался только один вопрос: что спросить дальше? У него было всего два из трёх вопросов – нельзя было потратить их впустую, как первый. Вопросы роились в голове, как рой пчёл: их было куда больше двух, их была сотня – и выбрать нужно было только два…
– Сколько мне осталось жить? – решил парень, что этот вопрос, будет самым правильным и логичным ведь все хотят знать на него ответ.
Затаив дыхание, парень ждал. Пиала медленно поползла по доске. Буквы, складываясь по одной, образовывая предложение: «не так много, как бы хотелось».
– И как это понимать? – вырвалось у Кевина; размытый, издевательский ответ, который не столько отвечал на вопрос сколько путал. – Что значит – не так много? Это может быть и пять лет, и сто! Как духи понимают «не так много»?
– Хорошо, тогда скажите в цифрах… Сколько мне осталось жить?
Это был его последний, третий вопрос. Пиала сразу же рванулась вперёд, выводя на доске: «один день».
Кевин вскочил со стула, холодный пот покрыл тело. Один день. Один день! Сердце бешено колотилось в груди, страх парализовал разум. Он тут же в панике пожалел обо всём: зачем он вообще начал это? Почему полез тогда на чердак? Какие силы втолкнули его в этот кошмар? Он бросился к выключателю и включил свет. Электрический свет вспыхнул – это немного отогнало тревогу, но руки все также тряслись. Лихорадочно затушив свечу, Кевин запихнул доску обратно в коробку и захлопнул крышку.
Кевин сидел в зале, включив свет во всех комнатах по пути к нему. Было страшно оставаться в темноте даже на секунду. Он пытался придумать оправдания ситуации, нашёптывая: – Они ведь уже умерли, как они могут знать мою судьбу? Кто они вообще такие, чтобы судить о жизни и смерти? А вдруг это просто злые духи, хотят напугать меня и всё.
Он пытался убедить себя в невозможности смерти. Умирают только старики или несчастные, кто попал под машину. А он молодой, дома, в безопасности… Но вдруг в голове зазвучала новая мысль:
Утром Клавдия, долго стучавшая в дверь, но так и не дождавшись ответа, открыла её своим ключом. Пройдя в гостиную, она обнаружила Кевина, сидевшего на полу, укутанного в одеяло. Женщина окликнула его, но ответа не последовало. Она подошла сзади и осторожно дотронулась до плеча мальчишки – в ту же секунду Кевин тяжело рухнул на пол. Его лицо было искажено гримасой первобытного ужаса, а на глазницах виднелись кровавые царапины.
Табор из подгорья
Майло, Сэм и Кэтрин были ровесниками, дружившими с малых лет – что, в принципе, неудивительно, так как их матери учились вместе и, а затем и жили почти напротив друг друга. Поэтому, по большому счёту, им было предначертано подружиться, хотя по характеру они были совершенно разными. Сэм – всегда уверенный в себе, летевший напролом; Майло – куда более скромный, часто называемый Сэмом «заучкой»; и Кэтрин – девушка, поддерживавшая обоих парней с равной теплотой и выступавшая своего рода гирей на весах, уравновешивая всю компанию.
Лето восемьдесят пятого выдалось на удивление солнечным – это было их последнее лето вместе. В этом году они, сдав экзамены, должны были поступать в колледжи в разных частях страны и больше не могли бы встречаться так часто, как раньше. Это навевало нотки грусти среди друзей, но, как бы им ни хотелось расставаться, все прекрасно понимали, что их дружбе в привычной форме приходит конец. Конечно, они договорились писать друг другу письма, но это было уже не то же самое, что собираться за настольными играми или бродить по городу в поисках приключений на свою пятую точку. Все хотели запомнить это лето, и как раз тогда, когда компания в очередной раз собралась у Сэма дома, у парня возникла идея, как это можно было бы осуществить.
План состоял в том, чтобы отправиться в поход к подножию местной горы, у которой, по легенде, погиб табор цыган. Каждый в городе знал эту легенду. Табор прибыл в город в начале семнадцатого века, цыгане помогали местным с добычей угля и золота в шахтах; всё было в порядке до одного дня, когда в городе начали пропадать дети. Кто-то разнёс слух, что это дело рук цыган, якобы они проводили какие-то ритуалы с жертвоприношениями. Тогда люди, вооружившись вилами и факелами, пришли к подножью и за ночь вырезали почти всех цыган. Говорили, что остатки табора успели спрятать сокровища – то ли их похоронили вместе с ними, то ли они где-то их припрятали после, это уже не уточняется.
– Чушь всё это, – высказался Майло по поводу предложения друга, – не верю я во всё это.
– Да ладно, Майло, будет весело! – уверял его Сэм с горящими глазами. – Когда мы ещё сможем так повеселиться? К тому же я стянул у отца пару банок пива, скучно точно не будет.
– Я, конечно, не верю в призраков, но всё равно как-то жутковато, не находите? – наконец вставила свои пять копеек Кэтрин.
– Так в этом весь и смак! – воскликнул Сэм.
– Как я понимаю, дело тут не только в походе или пиве. Ты хочешь разрыть могилку-другую и поискать сокровища? – с лёгкой улыбкой, зная своего друга, предположил Майло.
– А то! Я же говорил, будет весело!
Затея Сэма девушке решительно не нравилась, как и Майло. Эта часть с «раскопками» была чистой воды расхищением могил, что могло доставить всем немало проблем. Но парень с девушкой переглянулись и, почти в унисон вздохнув, согласились: они знали друг друга достаточно долго, чтобы понимать – загоревшегося Сэма уже не отговорить от задуманного. Ожидая вороха проблем, Майло и Кэтрин всё-таки поддержали его авантюру.
В воскресенье родители всей компании отправились отмечать поступление своих детей в колледжи куда-то за город, оставив своих чад в распоряжение самим себе. Всем им было по восемнадцать, так что родители особо не переживали – так что поездка была запланирована аж на четыре дня. Друзья, узнав о таком подарке судьбы, тут же распланировали, чем будут заниматься: в первый день они отправятся вечером в лес к подножью горы, вернутся утром, вскроют бар отца Сэма и напьются как в последний раз. Ну а дальше всё должно было повторяться вплоть до среды, когда родители вернутся домой. Парень прекрасно понимал, что ему здорово влетит за опустошённые запасы отца, но за все эти годы он уже к этому привык. Поорёт с денёк и успокоится, что с него взять – думал Сэм, предвкушая веселье.
Настал вечер воскресенья. Когда машины родителей исчезли за горизонтом, компания выбралась из дома с рюкзаками. Каждый собрал небольшой запас еды, фонарики, спички и прочую мелочёвку, которая могла бы пригодиться в походе. У Сэма, помимо всего прочего, из рюкзака торчала складная лопата и большая палатка.
Подойдя к опушке леса, они взглянули на гору. Та, окружённая кленовым лесом, величественно возвышалась вдали. Путь предстоял непростой: нужно было преодолеть четыре-пять километров по лесу, перейти реку, а потом ещё несколько километров подниматься по возвышенности. По крайней мере, так говорили те немногие, кто бывал там раньше.
Местные предпочитали обходить подножие стороной, в основном из-за обвалов, которые периодически случались там весной. Но были и суеверия – впрочем, не совсем безосновательные: иногда там действительно находили детей, которые каким-то образом туда забредали. Никто из них толком не мог объяснить, как они туда попали.
Майло был реалистом и считал, что все эти истории сильно приукрашены для красного словца – чтобы дети и туристы не лазили по горе с риском попасть под очередной обвал. Родители беспокоились за своих отпрысков, а местный шериф не горел желанием лишний раз поднимать себя с кресла. Так что «не ходить к горе» со временем стало негласным правилом.
Около часа компания шла по густому лесу. Тропинок там не было – направление было не то, чтобы популярным, поэтому друзья ориентировались на саму гору. Как утверждал Сэм при таком раскладе заблудиться они не могли.
Солнце клонилось к закату, начинало быстро темнеть, когда они наконец вышли к горной речушке. Моста здесь не было: нужно было либо переходить вброд и мёрзнуть в холодной воде, либо пытаться перебраться по бревну. Хотя речка была и неглубокой, но всё же шириной не менее трёх-трёх с половиной метров. Мокнуть никто не горел желанием, так что было решено идти по трухлявому стволу.
Передвигаться по стволу оказалось сомнительным удовольствием: ноги мальчишек раз за разом скользили на мхе и влажной древесине, норовя окунуть их в воду. Кэтрин шла последней, ей эта задача далась труднее всего – пару раз девушка едва не соскользнула вниз, но, мало-помалу, преодолела преграду.