К. Велесмайская – ЛЮМО (страница 1)

К. Велесмайская

ЛЮМО

Пролог

Нужна ли причина, чтобы сиять? Для меня – да. Но я выросла в бедной семье, оттого мне этого мало. Поэтому я посмела возлюбить и свой мрак.

Кто не мечтает стать избранным?

Шагая по серому тротуару, вдыхая выхлопные газы, слушая любимую музыку… Обычный гражданин, который обретёт веру в себя, если его коснётся чудо. В его жизни сразу появится смысл, а перед зеркалом поутру он скажет себе: «Всё было не зря! Вот он я! Встречайте».

Лучше всего в тёмный час людям удаётся грезить о волшебстве. А самые искушённые желают стать следующим пророком, заменить слепую бабку или научиться двигать океаны. Перед сном мы представляем, как могли бы спасти не только себя, но и других. И нам, людям, позволили.

Но мечты о чуде – это одно, а реальность… Вначале пришли пожары. Много-много хищного огня. Плотный дым охватил экватор, разрастался как плющ и пожирал наши леса, поля, судьбы… Затем подкрались бури. Так тихо и внезапно, что даже великая Сибирь опешила, обращаясь к кресту за помощью. Судный день близок? Тогда мы ещё не знали. Думали, что хуже быть не может.

Наводнения и изменение климата переубедили: «Может».

А пока дикая жара как псина прыгала с континента на континент, опалив своим языком всё вокруг, человечество начало вымирать: еды мало, и людям приходилось либо бежать, либо хвататься за оружие. Такого мир ещё не знал.

Но не ярость Матери Природы заставила верхушку эволюции массово вздрогнуть. Впервые это случилось на Аравийском полуострове… Лёд. Холода нагрянули в гости как умершие родственники на свои похороны. А вместе с ними…

Они появились в одной из самых холодных ночей с угрожающим рокотом, словно кости разбивали друг о друга. Небеса сжались под рёвом и ехидным хрипом прожорливых чудищ, возникнув как чья-то злобная насмешка из дыр в земле, прорех. Ни одна ветхая страница очередной сказки или мифа не раскрывала замысел кровожадных бла́стов. Они начали охоту. Многие до сих пор уверены, что это истребление.

Не все предпочли объединиться против общего врага. Слишком уж он был непобедим: бластов не брало ни одно оружие. А Сингапур доказал, что даже ядерный взрыв бессилен. Бедный остров Сентоза… Отчаянная попытка превратилась в мировой траур. Никто не надеялся, что придёт помощь – идеальное время для появления чуда между прочим!

Тогда мы и услышали голос.

Лишь раз, но во снах каждого, кто мог распознавать родную речь. Это событие ознаменовали Днём Голоса Спасения, и кто бы заговорил с людьми – он не обманул.

«Ваш мир на грани. Мы поможем. Каждые полгода, Я – Превеликая Светоч, припаду к отравленной земле и изберу среди вас самого достойного. Свет заменит им кровь. И только их жертва изгонит вечный голод. Пока ваша вера сильна, магия пятерых не исчезнет», – сказал голос.

Пять людей, избранных для того, чтобы сражаться и помогать планете, которая словно захотела от нас избавиться! Дети-люмо могут закрывать прорехи, а их сила губительна для монстров.

И я оказалась среди них.

Страшнее всего, кажется, случайно. Меня не ждали, и доказательство тому – стёртая биография, новая личность и постоянный холод, коим меня одаривали.

Цена за мою магию – утрата своей индивидуальности. Когда в детстве я мечтала стать феей, не думала, что в реальности их скручивают в ошейник. А рука моего хозяина слишком тяжела и озлоблена… На то есть причины. Но он пока не понимает, что я слишком упряма и любопытна, чтобы позволить над собой власть. Терпите, Светоч заглянула в суровую Россию и выбрала самую непокладистую барышню. Поверьте мне. Ведь каждый божий день я вижу её в зеркале.

Глава 1

Хлопья снега целовали панорамное стекло в одном из столичных пентхаусов. Внутри, где сохранялось приятное тепло, стоял важный гость и смотрел на своё довольное отражение. Не без изъянов – на его правой щеке, до самого глаза, выделялись две тонкие рваные полоски шрамов. Ненавистная метка, каким-то образом появившаяся ещё в утробе матери и отныне сопровождавшая его судьбу. Первое впечатление герр Циглер скрашивал своими орденами и медалями. А сейчас их дополняла полупарадная форма. Он – оберст1, выпучивший грудь с Медалью Феникса, Орденом Белого Пламени из Франции и трёшкой немецких наград за стойкость перед лицом катастроф. Чёрно-красные ленты, позолоченные лавровые листья и щит с гравировкой Архангела Михаила, «лица» наград – его тайные зависимости.

Поправив высокий стоячий воротник с серебряной тесьмой, он кивнул своему желанию обрести долгожданную награду, которую не повесишь на грудь. А пока…

Лето в Москве поистине волшебно.

Его фамилия была известна в правительственных кругах и внушала особый трепет. В таком молодом возрасте! Всего двадцать восемь лет. На зависть старикам-прохиндеям из Бундесвера2, которые подкладывали свои погоны под толстые конверты. Но совсем скоро… Его действия перестанут быть игрой серого кардинала. Больше никаких тайных манипуляций или лишнего подхалимства – глубокоуважаемый Зейн Циглер готовился стать Пятым избранным, что впитает магию Светочи.

Яркой кометой она появилась несколько часов назад, но мужчина жил в московских апартаментах уже неделю. Тщательно завершив все дела, Зейн выделил себе необходимые два месяца на обучение основам будущей магии.

В дверь постучали. В номер зашёл помощник по внутренней коммуникации Луис и смущённо поставил на столик чересчур нелепую корзину с цветами.

– Что за убожество? – спросил Зейн, осматривая подарок: полужухлые розы с «ресничками» из упаковочной сетки.

– Мадам Яшина передала. Хотела вас поздравить раньше всех, – замялся Луис. – У неё специфические… Кхм. Машина внизу, герр. А на площади уже толкучка. Все хотят посмотреть на избрание Пятого. Мэр Москвы тоже решил поприсутствовать. Скоро этот город получит особый знак, как «Благословенный». Цены на недвижимость уже выросли в три раза!

Зейн прочитал поздравительную открытку, что лежала между изуродованных роз и задумчиво хмыкнул:

– Можно подумать, что в этом городе и до Светочи было иначе. Выезжаем. Скоро начнётся.

Он ощущал, как она, Светоч, тянется к нему иллюзорным дуновением. Как вечно тлеющий пепел из домашнего очага. Этот фантомный шёпот в самое ухо будет сопровождать его до самой Красной площади. Зейн знал, что магия пришла за ним.

Несмотря на атмосферу чуда, пробки никто не отменял: от Рождественского бульвара и до Театрального проезда выстроилась череда автомобилей. Удивительно, но Москва, словно отделена от остального мира! Город спокойно продолжал жить в привычном темпе, несмотря на мировой кризис. Даже ЦУМ не закрыли! Неужели в такое время россияне продолжали стремиться к изыскам? Или это только в столице?..

Помощник вместе с боссом ехали на Dodge Magnum, рассматривая ухоженные улицы центра и яркую подсветку над трассой в виде гирлянд.

– Я поражаюсь этой стране.

– Отчего, герр?

Зейн дёрнул в сторону окна, где уличные музыканты пели и приманивали чужую монету из карманов. Рядом раскинулась ярмарка: москвичи огибали палатки, зажигали бенгальские огни и скупали уличную еду. Ещё и громко хохотали, будто их тут каждого магия по головке погладит.

– Только они устроили из этого целый праздник. Остальные страны увидели в избрании нечто сакральное, повели себя скромно. Япония так вообще сообщила о прибытии Светочи в последний момент. А русские…

– Они давно этого ждали. Россия – сильное звено, даже разрушительные катаклизмы не сломили их дух. Заиметь чудо в арсенале для них как вишенка на торте. Да вы сами видите.

– В Союзе Света все равны. Их подпись была одной из первых на международном договоре. Зачем выделяться, или как тут говорят, красоваться? Das ist unlogisch.3

– Мне жаль, если их манеры вас расстроили.

– Weniger Höflichkeit4. Сегодня Светоч изберёт немца прямо над их главной достопримечательностью. И праздник сразу закончится.

Автомобиль резко затормозил, и водитель выругался на отборном русском, угрожая девке спереди. Зейн заметил, как очередная быдловатая россиянка показала средний палец через лобовое стекло, поправила вязаную шапку с огромным несуразным помпоном и потащила старые костыли в сторону Красной площади.

Толпа растянулась от Воскресенских ворот до Храма Василия Блаженного, чей один бело-синий купол находился на реставрации после того, как его часть снёс морозный ураган в прошлом месяце. Красный кирпич сбоку уже был не таким ровным и ярким: где-то закрались трещины, впитавшие в себя влагу и покрывшиеся корками льда, а где-то виднелись грубые сколы. Иверская часовня лишилась двух башен, обломив свои «рожки», как непослушный чёрт. А на месте бывшего мавзолея остался толстый гранитный камень с портретом Ленина. С жителем мавзолея приключилась беда: сначала его «дом» трепануло землетрясение, а пока мемориал восстанавливали, кто-то решил присвоить забальзамированное тело себе. Поиски велись до сих пор.

Поэтому строгий пропуск не давал кучкам протиснуться вперёд: охрана расставила металлоискатели и проверяла документы. Слева, у Музея Отечественной войны 1812 года, подальше от давки и бесконечных попыток заснять мини-солнце, что воспарило над площадью, стояла и кашляла молодая девушка в длинном пальто по имени Лина.

Рядом послышалось ворчание:

– Вот, потом не убеждай меня, что справишься сама. Там один гад чуть меня не сбил. Он что, избранного везёт? Чушпан.