К.О.В.Ш. – Чернильные цветы (страница 161)

Лу стремительно шла по улице, радуясь, что дождь наконец закончился. Чеканя шаги, она кипела от злости. Конечно, они с Ромой поссорились. И – да, она его выгнала, но это уже чересчур! Он даже не поговорил с ней, ничего не сказал, а просто потащился в ресторан с какими-то телками!

Она всегда посмеивалась над женщинами, которые вычисляли любовниц по лайкам, но этим вечером она сама сидела и лазила по «Инстаграму», выискивая мадам, с которой тусил Рома. Просмотрев ее профиль, Лу впала в адское бешенство. Конечно, Рома ей не пишет, когда рядом такая Света.

Листая фотки, мелкая с каким-то мазохистским удовольствием сравнивала себя с ней, проигрывая раз за разом. Сдалась она на прямой трансляции, когда эта крашеная сучка, выдыхая клубы кальянного дыма, уселась Роме на колени. Парень посмеялся и ничего не сделал. Это довело Лу до точки кипения.

Отложив телефон, она пошла к шкафу. Порывшись в вещах, она нашла то самое платье, которое было на ней в первую ее встречу с Ромой. Не совсем понимая, что собирается делать, а главное – зачем, Лу накрасилась, наспех уложила волосы и, накинув пальто, вышла. У нее не было никакого плана, никаких идей о том, что она ему скажет. Ей просто нужно было увидеть его. Убедиться, что он еще ее.

Мелкое, эгоистичное желание, которое выжигало все внутри. Он просто не мог так с ней поступить после всего, что говорил ей. Сдался, как самый позорный слабак. Он знал, что она ни разу не идеал, но говорил, что готов. А оказалось, что нет. Просто ушел, оставив ее в неопределенности. Она все это время не понимала: расстались они или нет. Бросил он ее или просто взбесился. Хоть бы написал что-то.

«Я влюблен в тебя».

«Мне кажется, у нас все серьезно».

– Пустой треп! – возмутилась Лу, перепрыгивая еще не высохшую лужу.

Вывеска нужного ей заведения замаячила в темноте. Благословляя «Инстаграм» за геолокации, Лу остановилась у входа и закурила. Сердце колотилось, как сумасшедшее, от страха, что Рома отвернется от нее. Что не станет ее слушать. Или не ответит. Пальцы дрожали, а побег казался все более заманчивым. Зря она пришла.

Сигарета тлела, обжигая пальцы, а она все не решалась войти внутрь. Отшвырнув окурок, она решила было уже идти домой, но вдруг дверь открылась, и на крыльце появился хмурый Кирилл.

– Какие люди, – хмыкнул парень, выбивая сигарету из пачки. – Если ты к Роме, то советую не тормозить, пока он хоть что-то понимает. Надрался, как тварь.

– А почему ты его не…

– А мне-то что? – хмыкнул парень. – Пусть веселится.

Лу поняла, что Кир очень не в духе.

– Что-то случилось?

– Твоя сестра кинула меня с французским.

– Она просто болеет, – замотала головой Лу. – Ей очень плохо.

Кирилл ничего не ответил, только дернул плечом и затянулся. Почему-то мысль о том, что жизнь Роксаны не крутится вокруг его экзамена, раньше его не посещала. Он проводил взглядом Лу, которая прошмыгнула внутрь. Он не знал, что там творится у них с Ромой, только понял, что они опять разругались, а старший пустился во все тяжкие. Зачем-то притащил его сюда, к каким-то людям, которых и сам толком не знал. Назойливые девицы крутились возле них, раздражая школьника. Все осточертело.

В кармане были ключи от Роминой машины, и Кир решил, что грех не воспользоваться таким шансом и не удрать, пока он будет разбираться с Лу. Наверняка ей не понравится Светка, которая уже не знала, с какого бока притереться к захмелевшему от виски Роме.

– Мандаринов, что ли, вам привезти, Роксана Григорьевна? – усмехнулся парень, прикидывая, какой магазин сейчас еще открыт.

Лу сдала вещи в гардероб и заглянула в зал. К ней тут же подошла хостес, которой не терпелось узнать, заказывала ли она столик. Кое-как от нее избавившись, мелкая окинула помещение взглядом, но Рому не увидела ни за одним из столиков. В голову полезли совсем мерзкие мысли, в которых Рома и Света…

Увидев их на танцполе, Лу выдохнула с облегчением. Рома пьяно покачивался, размахивая руками совсем не в такт музыке, а девица в проституточном платье крутилась рядом, то и дело задевая его бедрами.

Глубоко вдохнув, мелкая решительно пересекла зал, направляясь к ним. Рома ее не замечал: то ли перепил, то ли нарочно, она не знала. Но ей было уже наплевать. Оказавшись в шаге от парня, она поймала пальцами край его футболки и сильно дернула.

– Пойдем домой? – сказала Лу первое, что пришло ей в голову.

Рома ничего не ответил, а просто взял ее за руку и пошел вместе с ней к выходу. Бросив по дороге пару купюр на стол, он не обратил никакого внимания на возмутившуюся Свету. Он смотрел только на Лу.

Не обнаружив на улице своей машины, он повел мелкую к ближайшему такси. Усевшись с ней на заднем сиденье, он назвал таксисту свой адрес и замолчал, продолжая сжимать ее ладонь в своих пальцах. По радио играла какая-то глупая песня, таксист тормозил на каждом светофоре, а они молчали. Говорить при незнакомом водителе не хотелось обоим.

– Почему ты приехала? – спросил Рома, когда они остались вдвоем у подъезда.

– Я не знаю, – соврала Лу, вытаскивая пачку сигарет из кармана.

– Да ну, – усмехнулся Рома. – Приехала проверить, побегу ли я за тобой на этот раз?

Последняя его фраза прозвучала как-то зло. Лу поджала губы и не стала ему отвечать, потому что он был прав. Как обычно. И хотя это он обжимался с какой-то там девкой, стыдно отчего-то было именно ей.

– Ты маленькая эгоистка, – покачал головой Рома. – Ты хоть иногда думаешь о ком-то кроме себя?

– Ты пьян.

– То есть если я говорю правду, то я пьян?! Я все делаю так, как хочешь ты. Всегда. Даже сейчас.

– Ну, так делай то, что тебе нравится! Кто тебе мешает? – вспылила Лу.

Они смотрели друг на друга. Рома был взлохмаченным, а на щеках его была недельная щетина, которая наверняка кололась бы, если бы он ее поцеловал. Красивые губы кривились в какой-то неприятной, высокомерной улыбке, а на воротнике белой рубашки был мазок чужой ярко-розовой помады. Карие глаза скользили по ее голым ногам, по черному платью, то и дело останавливаясь на груди. Под платьем не было лифчика, и он видел четкий контур ее затвердевших от холода сосков. Она стояла в пальто нараспашку и все смотрела на отпечаток чужих губ.

Не говоря ни слова, Рома схватил ее за руку и потянул к металлической двери. Не успела Лу опомниться, как оказалась прижата к стене в подъезде. Руки парня проскользнули под пальто, оглаживая ягодицы, обтянутые тонкой тканью. Задирая ее, он злился, чувствуя вместо кожи капроновые колготки.

– Какого хрена ты делаешь? – прошипела Лу, чувствуя, как низ живота сводит от желания.

– Ты сказала, что я могу делать что хочу, – выдохнул Рома, положив ее руку на свой стояк. – Сейчас я хочу тебя, – сообщил он, глядя ей прямо в глаза.

– Что, прям тут?

Лу старалась казаться отстраненной, но собственное тело выдавало ее. Дыхание участилось, а между ног стало влажно от одного его взгляда.

– Нет.

Рома потянул ее к лифту, а она не стала сопротивляться, покорно следуя за ним.

Еще недавно она тащила его, а теперь он. Их отношения были каким-то вечным перетягиванием друг друга и постоянной игрой на нервах. Но почему тогда ей так не хватало его рук на ее талии? Черт подери, она бы отдалась ему прямо в подъезде, если бы он попросил.

Едва закрыв за собой дверь квартиры, Лу скинула пальто и начала дергать пуговицы на Роминой рубашке. Мелкие и противные, они плохо поддавались ее дрожащим от возбуждения и волнения пальцам.

Рома стоял посреди прихожей, не двигаясь. Он наблюдал за ее руками, которыми она нетерпеливо расстегивала его рубашку, за губами, которые кривились то ли от злости, то ли от досады. Наконец она спросила его:

– Ты целовал ее?

– Нет. А ты?

Лу без слов поняла, о чем он говорил. Глупый, ревнивый дурак. Ничем не лучше ее, хотя постоянно пытается умничать. Как будто она могла думать хоть о ком-то в этом мире, пока в нем есть Рома. Наверное, стоило иногда ему об этом говорить, но сейчас все слова казались лишними и ненужными. Сейчас они были нужны друг другу.

Ничего не отвечая, она рывком расстегнула его пояс и просунула руку в штаны, нащупывая уже твердый член. Прежде чем он успел сказать еще какую-то глупость, Лу обхватила его пальцами и ритмично задвигала рукой, заставляя Рому тихо застонать.

Парень смотрел на нее сверху вниз, не понимая, как она так легко перехватила инициативу. Обычно он был не против, но не в этот раз. Нащупав молнию на спине, он расстегнул платье, а потом спустил с точеных плеч бретели. Лу смотрела в пол, когда его пальцы подцепили ткань и потянули вниз, обнажая маленькую, но такую соблазнительную грудь.

Глядя на ее острые, отвердевшие соски, Рома перехватил тонкое запястье и отвел ее руку в сторону. Он хотел быть внутри нее прямо сейчас. Развернув Лу спиной к себе, он толкнул ее вперед так, что она оказалась у комода, и он мог видеть ее лицо в отражении зеркала.

Рома всегда был нежен с ней во время секса. Ему нравилось ласкать ее, целовать, нашептывать какие-нибудь глупые милости, но сейчас в ее глазах был вызов, на который хотелось ответить. Он скользнул руками вверх по бедрам Лу, задирая подол платья, и слегка надавил на поясницу девушки, заставляя прогнуться в спине.

Лу закусила губу, сдерживая шумный выдох. Упираясь локтями в холодное дерево, она задрожала, когда Рома шлепнул ее по заднице и стянул вниз колготки вместе с трусиками. Оставив их где-то на уровне ее колен, он приспустил свои штаны и белье, вжался своими бедрами в ее ягодицы и нагнулся так, что его губы почти касались ее уха.