К. Линде – Дом Драконов (страница 63)
— Не похоже, что у тебя нет страхов. Просто ты научилась жить со страхами каждый день своей жизни. Значит… ты все время боишься… всего, но никто этого не видит.
Керриган застыла, дрожь пробежала по ее спине. Почему она знала его всего несколько недель, а он уже видел ее насквозь, как не мог никто в мире?
— Да, — выдохнула она и повернулась к нему. — Но разве в жизни не так?
— Там, откуда я… да, — тихо сказал он. — Но тут? Вряд ли все тут всё время боятся.
— Все остальные — не полукровки, которых бросили в детстве, и которым всю жизнь приходилось бороться за место в мире.
Фордхэм просто смотрел на нее. Он молчал. Не пытался успокоить ее. Он видел, какой она была внутри, и принимал это.
Керриган сглотнула и пошла дальше, пока они не добрались до лилового дракона, которого она искала.
— Таври, — прошептала она.
Золотой глаз открылся.
Фордхэм низко поклонился.
— И мне очень приятно, великий.
Таври посмотрел на Керриган.
Керриган рассмеялась.
— И мне.
Темные глубины. Это было новым. Она гадала, что это означало, а Фордхэм напрягся от слов.
— Я получила письмо от Эллерби из Элсианде, и мне очень нужно попасть в Аркдейл как можно скорее.
Таври был потрясен.
Она сглотнула и продолжила. Она решила сказать правду. Иначе Таври увидел бы ее насквозь.
— Я расследовала убийство и считаю, что у Эллерби есть важная информация, которая докажет то, что произошло с Лиамом на самом деле, — она потерла компас Лиама в кармане. — Я проверяла зацепки. Меня дважды чуть не убили. Тот, кто сделал это, пошел на серьёзные меры, чтобы его не раскрыли. Я хочу справедливости для Лиама.
Он кивнул.
— Да, великий. Я помогал ей в этом, и Эллерби — последняя наша надежда убрать убийцу из нашего окружения.
Таври закрыл глаз, и Керриган подумала, что им конец. Но Таври выпрямился во весь рост. Его крылья поднялись, фигура стала длиннее.
Керриган подсчитала время, которое осталось, и плотнее укуталась в плащ.
— Туда лететь три часа в хороший день. Почти не будет времени на поиски Эллерби и разговор с ним.
Керриган стиснула зубы и кивнула. До рассвета. Боги, такое было возможно?
Она решила не думать об этом, пока они не будут лететь домой. Сейчас она поступала правильно. Несмотря на правила.
Она забралась на спину Таври и наблюдала, как Фордхэм оценивал то, как она поднялась на дракона, а потом поднялся сам. Он сел за ней.
— Это твой первый раз. Нужно крепко держаться, — сказала она Фордхэму.
— За что?
— Меня.
Ладони Фордхэма нежно легли на ее талию сначала, но Таври поднялся во весь рост, и он обвил руками ее талию, притянув ее к себе. Она пыталась подавить трепет в теле от его прикосновения.
Таври добрался до края входа в пещеру драконов. Его крылья открылись. Она ощутила нежное прикосновение, их разумы соединились, и он вылетел из пещеры, понесся к земле. Руки Фордхэма вокруг нее сдавили ее ребра и легкие. Она потянула его вперед с собой, прижала их к спине Таври, они держались изо всех сил.
Вскрик восторга и веселья пробежал по ней. Они выровнялись, слезы лились из ее глаз от ветра, и она бесконтрольно смеялась. Она вытянула руки по бокам, хотя Фордхэм еще держался за нее. Это была жизнь. Фордхэм был прав. Она боялась всего в своей жизни. Но полетов? Никогда. Это было настоящей радостью в мире. Для этого она была создана. Если бы она родилась полноценной фейри, у нее могла быть такая жизнь.
Эта мысль отрезвила ее, и она заставила Фордхэма ослабить хватку.
— Открой глаза. Смотри.
Ей не нужно было поворачиваться, чтобы знать, что он зажмурился, но от ее слов она ощутила, как он расслабился. Тихий вдох означал, что он увидел мир настоящим.
— Мир такой…
— Маленький, — согласилась она. — Маленький отсюда.
— Красивый, — закончил он. — Даже в темноте мы видим на мили, и каждый дюйм нужно запомнить навеки.
— Поэт вырывается не только на бумаге, — пошутила она.
Он покачал головой и промолчал, прижал ее к себе сильнее. Она отклонилась на его широкую грудь и смотрела, как мир, который она знала, пропадал в свете звезд.
* * *
Керриган жила в замке в Брионике до пяти лет, но ее домом была гора Драко… город Кинкадия. Она еще не бывала вне города с пяти лет, лишь порой летала. И даже тогда она не касалась земли.
Она задевала поверхность ладонями, пока они бесконечно летели.
Когда Таври опустился возле Аркдейла среди каменной равнины Элсианде, она поняла, что впервые была вдали от дома за двенадцать лет. Ее ноги опустились на землю, и она чуть поежилась, несмотря на давящий южный жар. Кинкадия только ощущала волну влажного летнего жара, но Элсианде терпело это неделями. Она, казалось, могла пить воздух, и Керриган была уверена, что ее волосы стали вдвое пышнее, чем были в начале.
Фордхэм спрыгнул рядом с ней, шатаясь.
— Мы это сделали.
— Да, — согласилась она.
— Куда теперь?
Она покачала головой.
— Я никогда не была в Элсианде.
Фордхэм повернул ее лицом к себе.
— Я думал, ты знала, куда мы направляемся?
— Не совсем, — призналась она.
— Боги, — буркнул он.
— Я знаю, где он живет. Он говорил мне раньше. Но я не знаю… путь.