К. Линде – Дом Драконов (страница 62)

А потом он отодвинулся, оставив ее в предвкушении.

Она удивленно открыла глаза, смутилась. Ее веснушчатые щеки покраснели.

— Спасибо за этот вечер, — сказал он вежливо, отодвинувшись на шаг.

— О… не за что.

— Никто еще такого для меня не делал, и я не скоро это забуду.

Она хотела сказать больше. Осмелеть и самой поцеловать его. Но она видела что — то в го серых глазах, что остановило ее. Не страх, но напряжение.

Он не был готов. Почему — то он все еще не был готов сделать этот шаг. Он изменил взгляды на полуфейри достаточно для нее, но все еще не мог обойти это… не мог дать ей поцелуй, который она так желала. Это все еще было новым. Это было запретом в его воспитании.

И она отошла на шаг, убрала желание с лица и кивнула.

— Я рада, что тебе понравилось.

— Я должен пожелать тебе спокойной ночи.

Она видела решимость в его глазах, сжатые челюсти. Ночь была окончена.

— Спокойной ночи, — грустно сказала она и потянулась к ручке двери.

Дверь открылась за ней, и она шагнула внутрь, все время глядя в серые глаза Фордхэма. Что — то зашуршало под ее ногами от первого шага. Она нахмурилась в смятении, опустила взгляд и обнаружила письмо.

— Что это? — спросил Фордхэм.

Она склонилась и подняла письмо, тут же узнала почерк.

— Письмо от Эллерби.

37

ЮГ

Фордхэм прошел за Керриган в ее комнату, она сломала восковую печать Эллерби и открыла письмо.

— Что он написал?

Она покачала головой, читая письмо. Оно было коротким, с размашистой подписью внизу. Но оно ничего не говорило. Ничего.

Дорогая Керриган,

Спасибо за волнение за мое самочувствие. Со мной все хорошо. Я вернулся на природу для здоровья. Приятно оказаться снова в родном городе Аркдейл, где я могу просыпаться каждое утро целым и здоровым, смотреть на море Корвиан.

Я рад, что ты написала мне. Не стоит беспокоиться за меня. Я просто хочу прожить долгие оставшиеся мне дни в этом мире с моей семьей — особенно, с моим племянником Эвером рядом. Город потерял в последнее время привлекательность.

Я хочу поскорее услышать твой ответ.

Искренне твой,

Эллерби Эмбертон из Элсианде

Она отбросила письмо, и Фордхэм осторожно поднял его с пола.

— Так плохо? — спросил он.

Она фыркнула.

— Он только обсуждает свое здоровье. Не говорит, почему бросил меня на эту судьбу. Только то, что уехал домой, чтобы быть с племянником.

Фордхэм прочел письмо три раза и вздохнул.

— Думаю, это шифр.

— Что?

— Я не верю, что он говорит прямо. Думаю, это крик помощи.

— О чем ты? Он говорит, что все хорошо.

— Да. Говорит это много раз. Как часто в письме снова и снова повторяют, что все хорошо?

Она пожала плечами.

— Я редко получаю письма. Что, по — твоему, он говорит на самом деле?

— Что он был в беде. Он убежал из города в спешке и дал тебе указания, куда убежал. Он просит тебя не переживать, и что он хотел быть с племянником. Подозреваю, что племянник — часть этого. И он говорит, что хочет вскоре услышать твой ответ. Вскоре, а не снова, что пишут обычно, да?

Она взяла письмо и перечитала его.

— Да. Вскоре — это слишком быстро. Так не пишут. Я бы не заметила. И… он в беде? — спросила она. Фордхэм кивнул. — Значит, нам нужно в Элсианде, чтобы поговорить с ним. Может, он знает, почему убили Лиама, и почему убийца пыталась убить меня. Может, он знает, кто все это делает.

— И как нам попасть в Элсианде? Разве она не в нескольких днях пути на лошади?

Она прикусила губу и улыбнулась ему.

— О, нет, — буркнул он. — Обычно после этого взгляда идут пытки.

— Есть идея.

— Плохая?

— Как насчет украсть дракона?

* * *

— Если нас поймают, нас могут выгнать с горы, — напомнил ей Фордхэм, пока они шли по покоям драконов.

— Где твоя жажда приключений, князек?

— В безопасности на земле, — буркнул он.

Она удивленно развернулась.

— Ты боишься высоты?

— Высоты? Нет, — тут же сказал он. — Упасть с большой высоты… как со спины дракона, например…

Она рассмеялась.

— Драконы идеально безопасные, и полет на них — самое восхитительное, что происходило в моей жизни. Тебе понравится. Или… ты хотя бы привыкнешь, ведь ты пытаешься получить дракона через несколько недель.

— Ладно, — отозвался он.

Керриган улыбнулась ему и пошла дальше по пещерам, где провела много времени, пока росла. Она могла назвать по имени почти любого дракона, которого они проходили. Некоторые открывали глаза от ее приближения, видели ее и снова засыпали. Это место было теплым, уютным и знакомым.

— Чего ты боишься? — спросил Фордхэм за ней.

— Ничего, — быстро сорвала она.

— Все чего — то боятся.

— Кое — кто сказал мне, что если совладать со страхом, можно творить великие дела. И я почти всю жизнь боролась со страхами. Я принимала их. Я не хочу, чтобы страхи мешали мне на пути к величию.

— Хм, — сказал Фордхэм.

— Что?