— С чего вдруг я стала «подругой»? — удивляется ЮнМи озадаченно смотря на собеседницу. — Ты ведь удалила меня из списка своих онни? Извини. Мне ничего от тебя не нужно.
Все присутствующие, замерев, глядят на стоящих друг напротив друга «звёздных девушек», ожидая, чем же закончится их противостояние, столь внезапно раскрытое простым людям.
— Хотя, прости, — неожиданно говорит ЮнМи, пока АйЮ занимается подбором слов для ответа. — Пожалуй, я погорячилась. С чего-то вдруг вспомнились наши хорошие времена. Ещё до того, как ты попыталась увести моего оппа. В память об этих славных днях я дам тебе совет. Ли ДжонХён, — он ведь твой друг?
Задав вопрос, ЮнМи требовательно смотрит на АйЮ, растерявшуюся от прилюдного обвинения в одном из самых страшных женских грехов.
— Это так, я узнавала. — не получив ответа, продолжает она. — Солли тоже. Вот мой совет. Не приставай к чужим тебе людям, а займись своими друзьями, если желаешь видеть их и дальше.
— О чём ты говоришь? — не понимает АйЮ.
— О том, что расстанешься с ними навсегда, если не станешь заниматься их судьбой.
— «Их судьбой»? Как же это сделать?
ЮнМи в ответ пожимает плечами.
— Твои друзья, ты с ними и разбирайся, — безразлично сообщает она и добавляет: — Я сегодня спала всего три часа, но всё же смогла найти силы дать тебе уникальный совет. В благодарность за это не будешь ли ты против, если я немного подремлю на последней парте, пока ты беседуешь с девочками? Всё, что ты собираешься им сказать, — мне не нужно.
АйЮ удивлённо моргает, услышав просьбу.
— Я думала, мы сможем поговорить, — признаётся она. — Вдвоём.
ЮнМи отрицательно качает головой.
— У нас закончились общие темы для разговоров. Ты действовала за моей спиной. Отныне я не желаю тебя больше видеть.
Пххх… — выдыхают свидетели диалога.
АйЮ несколько секунд смотрит в глаза ЮнМи.
— Мне очень жаль, онни, что ты так думаешь. — тихо произносит она. — На самом деле ты не права, и я не заслуживаю подобного обвинения. Надеюсь мы когда-нибудь встретимся и сможем поговорить без обид.
— Не в этой жизни. — ЮнМи неуступчиво качает головой. — Последуй моему совету. Друзья — более важны для тебя, чем чужая я.
к
онец цитаты
из —
десятый щелчок зубами «Чужой».
— Да, друзья важны, и ты тоже друг. Я тебе объясняла, что против Чо СуМана и фанатов я не могу идти. Но из сердца я тебя не вычёркивала. Помнишь, я тебе обещала придти на помощь, когда тебе будет плохо? Я пришла! Вчера я подписала твоё прошение, хотя Чо был не доволен, сегодня у твоих палаток очереди. Это он придумал поставить мои палатки перед твоими. Народ петицию почти перестал подписывать. Мне удалось убедить СуМана, что так делать не хорошо.
— А ходить с чужим оппой по ресторанам это как называется?
— Он меня сам пригласил!
— А ты радостно согласилась! Петь мою песню он тоже тебя приглашал?
— Мне показалось, что так будет лучше для песни, что песня быстрее наберёт популярность, если её будет исполнять известная во Франции певица, такая как я.
— А разрешение спросить, ума не хватило?
— Сглупила, уж очень песня была хороша. Прошу меня извинить!
— Песня была хороша? Или ЧжуВон оппа хорош?
— За твоего оппу тоже извини, очень извини!
ЮнМи притормаживает, о чём-то думает.
— Он не мой оппа, на конференции сказали, что мы не жених и невеста, мы просто друзья.
ЮнМи опять замирает, потом продолжает:
— Да, друзья важны, ты очень побеспокойся о своих друзьях.
— Как очень побеспокойся? Я действительно не понимаю. Ты, пожалуйста, правильно говори, на корейском так не говорят.
— А не могу больше сказать. Я сегодня уже пыталась быть откровенной и получила слезогонкой в глаза. Один полицейский из твоего окружения уже мне угрожал, когда я отказалась его бумаги подписать. Да ещё эти телекамеры! Твои фанаты обязательно всё переврут. Я не могу больше сказать, чем сказала. Если бы были одни, то разговор мог сложиться по другому. Извини, нет. Думай сама, или приходи без свидетелей.
— Хорошо, ЮнМи, я поняла, что это важно. Ты вон как волнуешься, стала даже ошибки в корейском языке делать. Не обещаю, но постараюсь прийти без телекамер, надеюсь Чо СуМан разрешит.
— Буду ждать. Тогда все наши проблемы перетрём. Твоих друзей, песню, и даже оппу.
Начало цитаты из — десятый щелчок зубами «Чужой».
Немного помолчав, АйЮ окидывает взглядом собеседницу и оборачивается к начальнице «Анян».
— Скажите, госпожа НаБом, нет ли в этом здании другого помещения, куда можно перенести запланированную встречу? — спрашивает она. — А ЮнМи-онни сможет пока поспать тут, как она хочет.
Операторы съёмочной группы добросовестно снимают изумлённые лица присутствующих.
(позже)
На голом полу своей одиночной камеры, улыбаясь во сне, спит ЮнМи.
к
онец цитаты
из —
десятый щелчок зубами «Чужой».
Время действия: девятнадцатое января, утро
Место действия: столовая исправительного учреждения «Анян»
Начало цитаты из — десятый щелчок зубами «Чужой».
— АйЮ и правда пыталась увести твоего оппа? — очень заинтересованно спрашивает БонСу.
— Ну, если она встречалась с ним в элитных французских ресторанах, — то, наверное, да. Задумывала. — отвечаю я.
— Она не должна была так поступать.
— Полностью с тобою согласна.
— Хотя это странно. АйЮ известна как человек с высокой моралью. Она не стала бы делать подобного.
— Наверное, дело было в цене вопроса. — слегка пожимаю я в ответ плечами. — Мой оппа — младший наследник из семьи чоболей, с официально заявленной долей наследства в два миллиарда долларов. Вполне возможно, что начиная с какой-то суммы — принципы морали перестают действовать.
БонСу осуждающе качает головой.
к
онец цитаты
из —
десятый щелчок зубами «Чужой».
(В это же время)
Место действия: агентство «FANEntertainment». Уверенная в себе ЫнДжу и растерянная, встревоженная БонСу.
— Онни, больше половины наших работников решили уволиться!
— Почему? — с неподдельным удивлением вопрошает ЫнДжу.
— Это после того, как владелец «Самсунг» объявил режим «токсик» в отношении FAN за издевательство над ЮнМи.
— Ну и что?
— Это значит, что через неделю в FAN не будет персонала, все уволится, а, через месяц FAN банкрот. Или два, или четыре, но это без разницы. Нам то что делать?
— Я не в курсе, расскажи подробно, почему «Самсунг» так сильно полюбил ЮнМи. Она что из одной постели в другую перепрыгнула?
— Не знаю, кто в какую постель прыгал, но результат вот, — БонСу показывает ЫнДжу ссылку на пресс-конференцию.
— Так это же отлично! Девяносто девять миллиардов вон… Теперь есть, что с ЮнМи брать. Надо за этот режим, как его «Токсик», ещё один иск предъявить ЮнМи. Пусть она все свои миллиарды нам отдаёт. Вызови сюда начальника юротдела!
— Начальник тоже уволился.
