К. Кроуфорд – Вечная магия (страница 41)

— Вы оба, кажется, довольно близки. Что происходит?

Урсула скрестила руки на груди.

— Ну, он же мой жених.

Брови Зи взлетели вверх.

— Ты переспала со своим собственным женихом? Я в ужасе.

Урсула попыталась невинно улыбнуться, но, судя по выражению лица Зи, у неё явно ничего не вышло.

— У тебя была близость с демоном? — прошептала Зи. — На что это похоже? Я слышала, Никсобас наделяет своих драгоценных демонов не только физической силой…

— Зи!

— Но, конечно, у Баэла нет крыльев, так что это может быть не совсем так…

— ЗИ!

— Хорошо, — отозвалась Зи, прислоняясь спиной к стене камеры. — Просто, знаешь, мне здесь не с кем было поговорить, кроме нескольких мокриц, а они не самые замечательные собеседники.

Их прервал очередной грохот, и рябой охранник заглянул к ним в окно.

— Выключаем свет, — прорычал он.

— Да, сэр, — Зи потянулась за масляной лампой и погасила её резким выдохом.

Дверь щёлкнула, когда охранник задвинул панель на окне, погрузив камеру в темноту.

— Охранники ужасны, — сказала Зи.

— И что теперь будет? — спросила Урсула.

— Ну, они заставят нас не зажигать свет до утра, — Зи произнесла «утро» так, будто изображала пальцами кавычки в воздухе. Насколько Урсула знала, Зи на самом деле изображала воздушные кавычки, но в темноте это было невозможно увидеть. — Но иногда мне кажется, что они заставляют нас сидеть без света целыми днями.

Что-то прижалось к боку Урсулы, и она чуть не подпрыгнула, пока не поняла, что это была Зи.

— Извини, — произнесла Зи. — Здесь становится холодно.

Зи положила голову на плечо Урсулы и тихо заговорила.

— Ты знаешь, как долго я пробыла в тюрьме?

Урсула попыталась подсчитать время, прошедшее с тех пор, как их разлучили под Статуей Свободы.

— Я не уверена. Может быть, неделю или две?

— О, — протянула Зи. По тону её голоса Урсула не могла сказать, испытала ли она облегчение или ужас.

— Ну, могло быть и хуже. По крайней мере, тебя не пытали в тюрьме, как Кестера.

Зи напряглась.

— Ты видела Кестера?!

— Он был у Абракса. С ним всё в порядке. Сейчас выздоравливает с Серой.

Зи шумно вздохнула.

— Я беспокоилась о нём.

— Он более чем в состоянии постоять за себя, — Урсула радовалась темноте, поэтому Зи не могла прочесть выражение её лица, когда она вспомнила, как Кестер ударил ножом её мать.

***

Урсула проснулась в темноте. Она чувствовала маленькую фигурку Зи рядом с собой. Хотя вокруг была кромешная тьма, по размеренному дыханию Зи она поняла, что та спит.

Отсутствие сенсорной информации должно было беспокоить Урсулу, но не беспокоило. Темнота казалась безопасной и чистой, как будто её не существовало. Как будто ничто не могло причинить ей боль — никаких воспоминаний о рубашке её матери, испачканной красным, или о том, как Кестер вонзает меч ей под рёбра…

Урсула закрыла глаза и открыла их, моргнув ещё несколько раз. Чернота оставалась прежней. Только она и её мысли. Она снова закрыла глаза и медленно втянула в себя воздух.

Может, ей больше не следует убегать от своих воспоминаний. Она пришла сюда, чтобы узнать, кто она на самом деле, не так ли? Она никогда не станет цельной, пока не вспомнит всё.

Пришло время вернуться к её прибытию в Лондон.

Она медленно начала раскручивать это воспоминание. Начала с колючих простыней на больничной койке, затем с пожарного, который нёс её через горящие развалины церкви Этельбурги. Мгновение спустя она уже воссоздавалась из пепла на крыше дворца. Она замедлила мысленные образы, изучая искажённое агонией лицо П.У., затем странное вырезание на её коже сигила Эмеразель в обратном порядке.

Она хотела знать, почему сделала это с собой, но в данном воспоминании она была всего лишь наблюдателем. Она могла наблюдать за каждым мгновением, видеть каждую деталь, но не испытывала эмоций. Даже в своих воспоминаниях она оставалась отстранённой. «Почему?»

Урсула отмотала ещё дальше назад. Новые воспоминания начали разворачиваться перед ней — воспоминания, которых она раньше не видела. П.У. бросилась задом наперёд через дверь на тёмную лестницу. Она спускалась всё ниже и ниже, и она отскочила назад вниз по лестнице. П.У. задыхалась, из её глаз текли слёзы. «Что её так расстроило?»

П.У. ворвалась через дверь в какофонию криков и скрежета стали. Вокруг неё дрались мужчины, истекая кровью. Она находилась в эпицентре какой-то битвы. Посмотрев вниз, она обнаружила в своей руке золотой кинжал и побежала назад, вступая в битву. Обратное воспроизведение воспоминаний дезориентировало её, пока она уворачивалась от мечей и алебард за мгновение до того, как они заносились над её головой.

Краем глаза Урсула заметила демонические крылья, хлопавшие по воздуху — крылья Абракса. Страх чуть не заставил её вернуться к реальности, когда она поняла, где находится. Это было началом битвы за гору Асидейл… тронный зал.

П.У. пригнулась, падая на пол, и начала задом наперёд сползать под стол. Её руки потянулись за чем-то, и Урсула чуть не закричала при виде трупа своей матери.

П.У. обхватила голову матери руками. Рыжие волосы рассыпались по дрожащим пальцам Урсулы, а мёртвые глаза её мамы уставились в нижнюю часть стола. Урсула чуть не закричала снова, когда её глаза внезапно сфокусировались, и труп судорожно вздохнул.

— Нет, мама. Останься со мной… — услышала она свой голос. Глаза П.У. были затуманены слезами. Она смотрела на свою мать с выражением крайнего ужаса.

Урсула увидела любовь в глазах своей матери, и мама протянула руку, чтобы прикоснуться к её щеке. Воспоминание дёргалось и запиналось, как пленка старого немого кино. П.У. наклонилась, когда мать прошептала ей на ухо.

Затем воспоминание потемнело, как будто плёнка сошла с катушки.

Урсула открыла глаза, задыхаясь в тёмной, тихой камере. Рядом с ней Зи продолжала тихо и размеренно дышать.

Мысли Урсулы метались. Что она только что увидела?

П.У. участвовала в сражении. Она видела это в воспоминаниях Баэла, а теперь и в своих собственных. Она была рядом со своей мамой, когда та умерла. Именно это заставило её сбежать с горы Асидейл? Может, она знала, что король Мидак обвинил бы и её тоже? Может, мама велела ей бежать. Эти варианты казались логичными. Но почему она посчитала необходимым избавиться от своих воспоминаний? Здесь было что-то ещё, чего она пока не понимала.

Она как раз раздумывала, не вернуться ли к воспоминаниям, когда дверь с грохотом распахнулась. Зи закричала, Урсула заморгала от света. В дверном проёме стояла фигура: мужчина-гигант, плечи которого почти доставали до дверного косяка. Баэл? Урсула прищурилась.

Нет, волосы не те, недостаточно тёмные.

— Я желаю поговорить с дочерью убийцы королевы, — прогремел голос Люциуса.

Глава 33

Урсула медленно встала. Её глаза ещё не привыкли к свету. Она инстинктивно начала направлять огонь в свои ладони.

— Я же говорил тебе, твой огонь не причинит мне вреда. — Люциус схватил её за запястье.

Он выволок её из камеры и бросил на грубый пол коридора. Поднимаясь на ноги, Урсула услышала крик, приглушённый четырьмя дюймами цельного дуба. Безошибочно узнаваемый голос Баэла.

— Похоже, я разбудил твоего бойфренда, — протянул Люциус. — Очень жаль. Приговорённые заслужили свой сон.

Ужас ударил её в живот, как кулак. «Приговорённые?»

Рука Люциуса снова обхватила её запястье, притягивая к себе, словно тисками. Он рывком поставил её на ноги и потащил по коридору. Её пульс бешено забился.

— Чего ты хочешь от меня? — закричала Урсула, вырываясь из его рук.

Люциус повернулся к ней, и его глаза обрели цвет расплавленной стали.

— Повинуйся мне, и я дарую тебе безболезненную смерть, — он сжал её запястье так сильно, что она была уверена, что кости вот-вот хрустнут. Она застонала от боли, жалея, что её огонь не может причинить ему хоть какой-то вред. Люциус продолжал тащить её по коридору, в то время как звуки ударов Баэла о дверь его камеры становились всё более отдалёнными. А потом они завернули за угол, и она больше не могла его слышать.

Урсула ожидала, что Люциус поведёт её наверх, в какое-нибудь драконье гнездо, похожее на птичье. Вместо этого он повёл её вниз, глубже в недра разрушенного замка.