18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

К. Кроуфорд – Иней (страница 23)

18

Я начала уходить, но Клина тронула меня за руку.

— Как тебя зовут, простолюдинка? И кто твои родители?

— Ава, — я позволила тишине повиснуть в воздухе. Я не собиралась утруждать себя ответом о своих родителях.

— Что ж, Ава, — сказала Мория, — играя с огнём, ты обожжёшь пальцы.

— О, — я притворно широко раскрыла глаза. — Например, вот этот? — я показала ей средний палец, что, похоже, стало моей новой, очень зрелой привычкой.

И с этими словами я поспешила обойти принцессу, надеясь вернуться в замок до того, как вступлю в новые споры.

Но прежде чем я добралась до двери замка, из тени трибуны протянулась рука, и Торин потащил меня в темноту под сиденьями.

Он не выглядел развеселившимся.

— Я же говорил тебе не разговаривать с принцессами.

— Их было невозможно избежать.

Его глаза вспыхнули.

— Если они увидят в тебе угрозу, то будут работать сообща, чтобы устранить тебя. Я боюсь, что сейчас ты можешь быть в опасности.

— Они видели нас вместе. Я и так в опасности.

Он стоял рядом со мной, положив одну руку мне на локоть, а другой обняв за талию. Его голубые глаза блуждали по моему лицу, изучая каждый дюйм меня, мой лоб, брови, нос, губы и подбородок.

— Что ты делаешь? — прошептала я.

— Пытаюсь решить, как наложить на тебя гламур.

— Чтобы они не выбили из меня всё дерьмо?

— Иначе ты не продержишься и десяти минут.

Прежде чем я успела спросить, как именно будет выглядеть этот гламур, Торин начал шептать на том же языке фейри, который мадам Сиоба использовала при создании моего бального платья. Восхитительное тепло разлилось по моей коже, и волоски на руках встали дыбом, когда это ощущение переместилось на плечи.

Глаза короля Торина были плотно закрыты от сосредоточенности, но я обнаружила, что не могу отвести взгляд. Я изучала тёмный изгиб его ресниц, густые чёрные брови и нахмуренный лоб. Должно быть, это магия, но мне казалось, что нас соединила мощная связь. Всего на мгновение мой взгляд опустился к его губам.

Тепло его магии распространилось по моему животу и бёдрам.

Воздух наполнил неожиданный аромат, и мне потребовалось мгновение, чтобы узнать его… клубничное мороженое.

Его магия пробежала по моей шее, коснулась век и закружилась вокруг моих губ, пока, наконец, Торин не открыл свои ярко-голубые глаза.

— Ну вот, — сказал он тихим голосом, — этого должно хватить.

Торин протянул руку и отвёл прядь моих волос перед моими глазами, и я ахнула. Мои волосы из тёмных превратились на концах в бледно-фиолетовые.

— Теперь ты выглядишь как фейри.

Я глубоко вздохнула, стараясь оставаться позитивной.

— Это… красиво.

— Рад, что тебе это нравится, потому что ты застряла в таком виде на некоторое время.

— Ты не можешь снять гламур обратно? — спросила я.

— Нет, но через несколько недель он пройдёт, и ты вернёшься в норму, — Торин вытащил маленький кинжал из кожаных ножен на боку и поднял лезвие, показывая мне моё отражение в яркой поверхности. В дополнение к фиолетовым волосам, Торин затемнил мои брови и накрасил губы в тёмно-красный цвет. Мои глаза теперь были того же фиолетового цвета, что и волосы.

Я уставилась на себя в его клинке.

— Помады и бровей тоже на несколько недель хватит?

Он покачал головой.

— Нет, только волосы. Но, Ава, держись подальше от посторонних глаз, пока не начнётся гонка. Как только ты снова попадёшься им на глаза, всё будет кончено.

Глава 15. Ава

Пока я стояла у линии старта, никто не удостоил меня повторным взглядом. Ледяной зимний ветер веял над нами, и я опустила лицо, отчего мои фиолетовые локоны развевались вокруг лица.

Съёмочные группы новостных каналов стояли по краям нашей толпы, наведя камеры на принцесс впереди. Они сформировали свою собственную маленькую кучку у линии старта, в то время как остальные обычные фейри толпились позади них. Я была рада пока держаться позади.

Мория и ещё несколько участниц украсили свои лица ярко-синей боевой раскраской, что не помогло мне успокоить нервы. Очевидно, мы шли в бой, а не на воскресную весёлую пробежку.

Наконец, один из лакеев короля Торина вышел к стартовой линии — мужчина с длинными рыжими косами поверх синей униформы. В руках у него был серебряный посох, которым он дважды ударил по замёрзшей земле.

— Через тридцать секунд, по звуку трубы, гонка начнётся.

От его слов мои нервы затрепетали, и я сжала кулаки, повторяя про себя свою мантру.

«Пятьдесят миллионов долларов. Пятьдесят миллионов долларов».

Вокруг меня конкурсантки старались занять хорошие позиции, хотя никто, казалось, не двигался в сторону принцесс. Я оказалась примерно через один ряд позади, зажатая между мускулистой фейри с розовыми волосами и той, которая почему-то была насквозь мокрой.

Я взглянула направо. Лакей промаршировал к линии старта со своим рогом. Он поднёс его к губам, и я затаила дыхание, ожидая звука.

Когда рог издал рёв, моё сердце бешено заколотилось.

Участники в безумном порыве метнулись вперёд, преодолев стартовую линию и устремляясь вниз с холма. Я поддерживала приличный темп, оставаясь позади принцесс, но они бежали со всех ног. Как они собирались поддерживать такой темп? Мы все здесь фейри, и я сомневалась, что они уделяли бегу больше времени, чем я. Они вымотаются через полмили.

По мере того, как расстояние между нами увеличивалось, в моей груди зарождалось беспокойство. Что они планировали с этим спринтом?

Пока я мчалась вниз по склону в пронизывающем зимнем воздухе, солнце выглянуло из-за облаков. Золотистый свет отражался от камня, поблёскивая на летящих вокруг нас хлопьях и превращая обледеневшие ветви деревьев в сверкающие кристаллы. Облачка дыхания вырывались у принцесс впереди меня, пока они бежали на пределе своих возможностей.

Операторы мчались рядом с нами на маленьком транспортном средстве — образ, который здесь казался странно неуместным. Но в основном они были сосредоточены на лидерах гонки.

Я слегка экономила силы, ожидая, пока не узнаю, что они задумали. На опушке леса принцессы побежали ещё быстрее и в унисон, не сказав друг другу ни слова.

Они что-то спланировали заранее, и, возможно, мне не следовало быть в первых рядах, когда план осуществится. Потому что это не просто гонка, а битва.

Я вернулась в массу бегунов, вспомнив предупреждение Торина о том, что лес — самая опасная часть забега.

Мы перешли в тень деревьев, и неестественный, ледяной туман окутал меня до такой степени, что я больше ничего не могла видеть. Всё, что я могла слышать — это ритмичное дыхание и топот ног по земле.

Несколько женщин пробежали передо мной, скрывшись из поля зрения секунд за пять до того, как тишину пронзили мучительные крики. Моё сердце пропустило удар, и я немного притормозила. Бежать на крик казалось не очень хорошей идеей.

Впереди воздух пронзил ещё один полный ужаса вопль. Никто из нас не мог видеть, что происходит, но это звучало жестоко.

Очевидно, принцессы приготовили ловушку для всех нас. Вокруг меня другие обычные фейри остановились на краю завесы, и я почти могла различить их силуэты в тумане.

— Что, чёрт возьми, происходит? — спросил кто-то рядом. — Что мы должны здесь делать?

Казалось, ни у кого, включая меня, не было ответа, но время поджимало. Если я прожду слишком долго, у меня не будет шанса наверстать упущенное, и мне уже казалось, что я проиграла гонку. Мне нужно победить по крайней мере одну из принцесс, чтобы попасть в финал, и все они вырвались далеко вперёд.

Я обдумала свои варианты. Туман простирался до самого леса. Бежать по туману было не лучшим вариантом.

Зелья не помогут. Газ, туман, обезболивающее…

«Может, я могла бы залезть на дерево?»

Именно в этот момент я услышала тихую, заунывную песню bean-nighe. Я двинулась на звук и обнаружила её стоящей у ручья. Она уставилась на меня, её глаза были чёрными как уголь, кожа отливала серебром, как будто она купалась в лунном свете. У меня перехватило дыхание от её неземной красоты.

Она повернулась и растворилась в тумане… тёмное пятно в облаке вокруг меня.

Ветер громко завывал вокруг, заглушая песню bean-nighe. Когда я подняла глаза, то увидела, что ветер сдувает снег с деревьев и раскачивает ветви. Леденящие порывы также развеяли туман. Но ветер приносил с собой звуки мучений. Между ветвями разносились крики.