К. Брин – Магическое свидание (страница 57)
– Хм… нет. Никакого огня.
– Ну ничего. Может, тебя все равно примут за дракона из-за больших клыков и радужного вихря, который взвивается вслед за тобой на лету.
Я нырнула под ветку, так и не отдав ему цветы.
– Я принесла их для тебя. Обмен, подарок – называй как хочешь, но прими.
– Да. Доброта. Почти никто не обходился со мной по-доброму. Это приятная перемена.
Очевидно, Остину и Дамариону стоило бы поработать над навыками общения – как по мне, это очень полезный опыт.
– К сожалению, я не принимаю подарки от незнакомцев. Из-за них мне кажется, что я в долгу, а это не очень приятное чувство.
Теперь я не знала, что делать с цветами, поэтому опустила их. Выбросить было боязно: вдруг он бы воспринял этот жест как своего рода оскорбление?
– Как же те волшебницы вынудили тебя охранять меня? – спросила я, пока мы шли. У меня перехватило дыхание: приходилось бежать, чтобы не отставать от его широкого шага.
– Зашли в пещеру и оставили там пленницу. Такой поступок для меня как призыв. Даже если мне не нравятся эти обязанности, они все равно лежат на мне. Я не знаю, как от них избавиться.
– Верно, но… что, если заключенным станет тот, кто не сделал ничего плохого? Что, если его похитили, как меня?
– Судить не мне. Я лишь охраняю тех, кого передали под мой надзор.
– Охраняешь переданных под твой надзор… Но в такой ситуации, может быть, вместо того, чтобы охранять их
Он посмотрел на меня сверху вниз, не обращая внимания на ветку, попавшую ему по лицу.
– Забавная игра слов, но она не входит в мои обязанности.
– Тогда… я правильно поняла, что ты не должен сажать меня обратно в клетку?
– Клетка сломана.
– А если бы она была целая?
– Нет. Ты не заключенная, и я не должен тебя охранять. В этом отношении правила вполне ясны.
Мы спустились с горы и пробирались сквозь кустарник, заросли и ветви раскидистых деревьев. Обходили стороной оленьи и пешеходные тропы, идти по которым было бы намного проще. Через полчаса, как раз когда я собралась было спросить, сколько еще идти, он замедлил шаг. Затем свернул в сторону, обогнул выступ скалы и остановился перед большой каменной плитой. Со всех сторон окружали деревья, так что ее не было видно.
Я ждала, пока он заговорит. Он посмотрел на меня сверху вниз, не проронив ни слова.
– И все? – тупо спросила я.
– Да.
– Мы нашли этот валун, – произнес Дамарион, подойдя ближе.
– Найти валун и не найти вход внутрь было невероятно глупо. – Басахаун ощетинился, а руки у него слегка приподнялись в стороны, совсем как у парня в баре, готового подраться.
– Ну раз уж даже он так сказал… – прошептал мистер Том.
– Проходи, Джесси. – Нив жестом пригласила меня внутрь. – Это простенькая иллюзия. Не пойми неправильно – хорошая, но если знаешь, что искать, легко ее найдешь. У этого валуна форма двери, он отличается от окружающих скал. И взгляни-ка на стыки с настоящими камнями. Видишь, что они стерты, как ткань?
Я заметила и это, и необычное сияние, которое напомнило о магическом барьере и о том, как я его преодолела в обличье горгульи.
– Просто пройди через него, – повторила Нив. – А лучше пусть пройдет Эрл. Задай ему какую-нибудь цель.
– Какую еще цель? Да за все время никто тут, кроме меня, не сказал ничего здравого!
Мистер Том вышел вперед, но я преградила ему путь рукой, а затем отдала цветы басахауну.
– Поскольку сделка не состоялась, я просто оставлю их для тебя вот здесь.
Басахаун переложил их в уголок на самом краю области, скрытой за деревьями. С одной стороны ее закрывала скала, а с другой – большой валун. Взмахивая руками, он замаскировал красочный букет сосновыми шишками, листьями и хвоей, не прикасаясь к ним. Это был изящный трюк. В этом существе было гораздо больше, чем просто рост, нос и шерсть.
Когда я подошла к плите, выставив ладони, Остин шагнул вперед. Басахаун снова ощетинился, но я помотала головой.
– Он ничем тебе не навредит. Он здесь, чтобы помочь защитить меня, наш город и прекрасные сады Дома с плющом. Никто из нас не причинит твоей горе никакого вреда. – Стиснув зубы, я поднесла ладони к каменной поверхности. – Будем надеяться, что она не жжется.
– О нет, не жжется. Скорее, щекочет.
Басахаун по-прежнему стоял у спрятанного букета.
– А наши голоса не раскатываются эхом по пещере, так ведь? – прошептала я. До меня только дошло, что волшебницы могли до сих пор быть внутри.
– Нет. Оказавшись в пещере, ты не услышишь никаких звуков из внешнего мира, и наоборот. Она запечатана при помощи магии, – ответил басахаун.
– Зачем? – спросила я шепотом.
– Не знаю. Это сделал не я.
Спрашивать, кто это сделал, не было смысла. Если бы существо знало, оно бы наверняка говорило об этом целый день напролет. Нам нужно было туда попасть. У моей смелости тоже были пределы.
Когда я дотронулась до плиты, по коже пробежало покалывание, но только по ладони: вверх по руке оно подниматься не стало. Я надавила сильнее обеими руками, и они исчезли в каменной плите – тогда покалывание распространилось выше. Кроме того, я ощутила за спиной знакомое тепло – это был Остин в человеческом обличье. Он подошел ко мне и протянул руки вперед.
– Я пойду с тобой, Джесс.
– Кы-ы-ш-ш-ш, медве-ед!
При приближении Дамариона раздалось хлопанье крыльев и вокруг нас закружилась сила. Еще чуть-чуть – и альфы вступят в бой в самый неподходящий момент.
– Не сейчас!
Во мне смешались разочарование, раздражение и волнение. Махнув рукой в сторону Дамариона, я отшвырнула его твердым, как скала, пластом воздуха.
Однако это не остановило мои чары. Они врезались в остальных так, что им пришлось отступить на пару шагов, и прижали их руки, чтобы они не смогли закрыть лица или рассеять чары.
Шерсть на лице басахауна зашевелилась: похоже, он улыбался.
– Ох, я тоже это почувствовал! Неплохая уловка для того, чтобы сбивать с толку туристов.
– Мне кажется, в своем хобби он зашел слишком далеко, – пробормотала я, и сердце застучало быстрее. Тогда я сказала Остину: – Тебе необязательно туда идти. – А после паузы добавила: – Ладно, я сказала это из вежливости. Я не собираюсь тебя отговаривать.
Остин встал рядом, задев мое плечо своим.
– Мы не знаем, что окажется по ту сторону магического барьера. Я ни за что не поверну назад.
– Должно быть, те волшебницы.
Басахаун прислонился плечом к скале, скрестив на груди лохматые руки.
– Они были недовольны тем, что я убил одну из них.
– А они не захотели бы уйти? – спросила я, быстро протянув руки назад, когда все остальные снова двинулись вперед.
– Моя территория – гора, а не то, что находится под ней. Моя обязанность – охранять узников, и я спускаюсь в пещеру, только когда они там есть. Я там не живу.
– Он закрыл им доступ на свою территорию, – сказала Нив. – Значит, на гору они подняться не могут. Остин сделал все, чтобы они не смогли отправиться в город или укрыться в его окрестностях. Им известно, что в Доме с плющом тебя лучше не искать. Сами мы не смогли найти вход в пещеру, поэтому они знают: это их единственное убежище в наших краях, так что они внутри. Ты загнала их в угол, девочка, и пришла пора их прищучить.
– Мы раньше встречались? – спросил Нив басахаун.
– Нет. Такую копну волос я бы точно не забыла.
Я встретилась взглядом с Остином: в его глазах пылал призыв к битве. Я уже видела этот взгляд несколько месяцев назад, прямо перед тем, как мы пошли на штурм Дома с плющом. Вот оно! Пришло время искоренить вредителей.
У меня задрожали руки и ноги. Прошлой битвы, в которой я больше наблюдала, чем сражалась, и еще нескольких стычек было недостаточно, чтобы я была готова рваться в бой. Хотя мне пора бы уже к этому привыкнуть. После этих волшебниц придут другие, за ними еще – меня так и будут преследовать, пока не поймут, что меня не взять. Затем вместо битв начнутся званые ужины, и тогда мне придется остерегаться яда и ножей в спину.
– Зачем я на это подписалась? – пробормотала я.