К. Брин – Магическое свидание (страница 56)

– Привет! – сказала я, глупо помахав рукой. Вся хладнокровная уверенность улетучилась перед этим массивным существом. Теперь, стоя с ним лицом к животу и близко не на равных, с охапкой смятых цветов вместо клинка, я определенно передумала. И выпалила, не сдержавшись: – А как вы скрываетесь от туристов?

– Ох! – сказал он, наклонив ко мне голову; его широкий нос закрыл рот. – Как мило с твоей стороны спросить об этом. Это действительно искусство.

Он оглянулся по сторонам, нашел среди камней один плоский и уселся на него. Закинув лодыжку на колено, принялся изучать ладони и продолжил:

– Окраска помогает мне слиться с окружающей средой. Но не стоит заблуждаться: очень непросто быть похожим на дерево. У меня же нет веток.

– Он сам не очень умен или считает нас не очень-то умными? – прошептал мистер Том громче, чем стоило.

– Фокус в том, чтобы стоять не шелохнувшись. А еще знать, где мимо тебя пройдут туристы.

Существо наклонилось вперед, словно вглядывалось в лес.

– Дайте угадаю: не очень-то умный из всех нас он, – прошептал мистер Том, снова слишком громко. – В конце концов, здесь и правда проложены пешеходные тропы. Это не высшая математика…

– Замолчишь ты или нет, осел? – выругалась Нив.

– Но в том, чтобы остаться незамеченным, нет никакого удовольствия. Я жду, чтобы они прошли, а когда оказываюсь на краю их периферийного зрения, слегка шевелюсь. Едва заметно. Если они меня по-прежнему не видят, то шевелюсь еще раз, совсем чуть-чуть. Иногда и этого недостаточно – тогда они просто уходят. В юности такое со мной часто случалось. Или я шевелюсь так, что они принимают меня за медведя. Тогда поднимается большая суматоха, все кричат… Но, как я уже говорил, теперь у меня получается недурно. Это искусство. Я чуть-чуть шевелюсь, они оглядываются и замечают, что я на них смотрю. Я стою ровно столько, сколько нужно – не слишком мало и не слишком много. Достаточно, чтобы они осознали, что я тоже разумное существо…

– Это спорно, – пробормотал мистер Том.

– …а затем исчезаю из виду в лесу. – Опустив обе ноги на землю, он затрясся от смеха. – Видела бы ты их лица!

Откинув голову, он расхохотался еще сильнее:

– Это потрясающе! Одни лихорадочно ищут телефоны, чтобы сделать фото. Другие замирают, будто думают, что, если стоять неподвижно, я их не увижу. Третьи бросаются бежать, словно за ними гонится сам дьявол! Никогда не угадаешь!

Смех сотрясал все его тело, и я почувствовала, как тоже заулыбалась.

– Почему я раньше о тебе не слышала? – спросила я, на секунду забывшись. В новой жизни я научилась держать удары безумия и смиряться с этим.

Он широко раскинул руки.

– Потому что я в этом лучший! Я миф! Вот что значит усердная практика! Мастерство…

На этот раз я не разобрала, что пробормотал мистер Том.

– Что ж, звучит довольно безумно, но я бы хотела когда-нибудь увидеть тебя в деле…

– Зрители! У меня никогда не было публики, хотя в свое время у меня была парочка учеников. Хорошие детишки, но умственные способности у них были не на высоте, если ты понимаешь, о чем я.

– Должно быть, они были тупы как пробка, раз он так говорит, – пробормотал мистер Том.

– Заткнись, – прошипела Нив.

Я пожала плечами.

– Тебе лучше знать. Слушай, я хотела поговорить о…

– Понимаю, это было бы так весело. Публика! Тебе придется вести себя очень тихо. И не шевелиться.

Я смотрела на него, подняв брови и открыв рот. Я очень хотела продолжить разговор, но не хотела на него давить. Учитывая, что он прогнал с этой горы двух альф, внутри него были скрыты такие глубины, которые я не хотела бы видеть.

– Была бы ты одета в коричневое или в коричневое и зеленое, лучше слилась бы с лесом, – сказал он, окинув взглядом мой наряд. – Белые штаны подойдут только для сильного снегопада.

– Слушай, мистер… – Я сделала паузу, чтобы он подсказал мне свое имя.

– Но слишком незаметным тоже быть не стоит, иначе как им потом тебя рассмотреть? – сказал он. Чтобы сбить его с хода мысли, мне явно не помешал бы динамит. – Но ты всего лишь обычная женщина. Может быть, ты стала бы пострашнее, если бы превратилась в того пурпурно-радужного монстра, каким была на днях…

– Я хотела бы обменяться, – быстро сказала я, подняв цветы. Само собой, я обещала ему цветы в Доме с плющом, но, надеюсь, он не будет к этому придираться. Тем более я их доставила. А это чего-нибудь да стоило. – Я принесла немного цветов из Дома с плющом тебе… на перекус.

Он уставился на пеструю охапку у меня в руке так, будто только что ее заметил.

– На днях ты мне помог…

– Что ты, я этого не делал! – сказал он. – Помощь заключенным противоречит моим принципам. Нет, я пошел на перерыв, споткнулся и сломал лодыжку. Видишь ли, поэтому меня и не было и я не смог забить тревогу, когда ты выбралась из заточения и сбежала, устроив довольно зрелищное световое шоу. Естественно, сперва я подумал, что это вывих. Но, поразмыслив, понял, что больше похоже на перелом. Мне ведь нужно было отсутствовать дольше, чем было изначально запланировано.

– Верно. А что с…

– Сама понимаешь, мое отсутствие было неизбежно.

– Ага! Значит, волшебницы вернулись и поняли, что я сбежала?

– Да.

Я ждала продолжения, но он молчал.

– Может, приходил еще кто-то, кого ты не видел и не знал, кроме тех волшебниц? – спросила я, гадая, не появлялся ли заказчик моего похищения.

– Нет.

Ну, хоть какое-то облегчение.

– А те волшебницы рассердились?

– Да. Очень. Они усомнились в моей правдивости. Как можно догадаться, это считается тяжким проступком.

– Еще бы. А потом они…

– Мой долг как стража этой горы и темницы внутри – охранять тех, кто в ней содержится.

– Разумеется. А они…

– Но я здесь совсем один. Мне необходимо делать перерывы. Мне нужна возможность есть, отдыхать и облегчаться. У нас тут девяностые или как! Существуют нормы.

– На самом деле… Да неважно, – сказала я, отмахнувшись. Рано или поздно он наверстает упущенное. А может, нет. Вероятно, с таким образом жизни время не имело для него особого значения.

– Послушай…

– За это оскорбление я убил одну из них. На следующий день на моей горе свершилось правосудие. И делу конец.

Я обернулась на Остина. Минус один, осталось еще три, и вчера они находились в этих краях.

– Примем к сведению, – пробормотал мистер Том. – Правдивость басахауна не стоит подвергать сомнению, насколько бы велика ни была ложь.

С этим было не поспорить.

Протягивая цветы, я поняла, что действовать нужно безотлагательно. Вчера волшебницы потеряли одну из своих. Вероятно, они еще не сдались. Если найти их прямо сейчас, у нас появится шанс остановить их, пока они не пришли за мной снова.

– Ты не мог бы показать мне наземный вход в пещеру? – спросила я, подняв цветы повыше. – За это я дам тебе вот эти цветы. Я больше не заключенная, и тебе не надо меня охранять.

Он встал, и я отступила. Даже его рост невероятно устрашал.

– Приготовьтесь бежать, – услышала я слова мистера Тома.

– Тебе покажу, потому что ты попросила вежливо, – сказало существо, шагнув вперед. – Твои друзья тоже могут пойти с нами, хотя без тебя на этой горе им не рады.

– Понимаю. Некоторые из них жутко назойливы…

– Ты такая красивая, когда летаешь. Мне бы не хотелось притушить твое сияние, убив одного из твоих друзей.

Кивнув, я протянула ему цветы, изо всех сил стараясь не дать деру по мере того, как он приближался.

– Я покажу его тебе в знак доброй воли. Надеюсь, мы сработаемся и эту гору ждет нечто такое, чего с ней никогда не бывало. Моя родня ни разу не объединялась с существами вроде тебя. Они лопнут от зависти. Интересно, какое прозвище дадут тебе туристы. Что ж…

Он смеялся на ходу. Остин и все остальные молча следовали за нами.

– Но сперва им придется сделать хотя бы одну фотографию. А ты случайно не огнедышащая?