Изольда Рыбкина – Волны памяти (страница 17)

— Нет, я одна. А что случилось?

— Мне нужно с тобой поговорить кое о чём. Ты ведь хотела узнать правду о том, что с тобой случилось на яхте?

— Игорь уже рассказал мне всё, так что Вы опоздали, — говорю смело.

— Игорь рассказал тебе то, что ему было выгодно рассказать. Твой муж думает, что момент твоего падения видел только он. Но это не так.

— Кто же был тем, кто видел, как я упала? Уж не Вы ли? — усмехаюсь, задавая вопрос.

— Нет, не я. Но я в тот же день знала, кто и почему толкнул тебя в воду. У меня есть не просто догадки или сплетни, а реальные доказательства. Если ты хочешь увидеть их. то жду тебя завтра в отеле «Каприз» в сто тринадцатом номере.

— Почему Вы не могли рассказать мне о тех доказательствах раньше? — недоверчиво спрашиваю.

— Ваш дом на прослушке. Можешь сама проверить — в кухне под столешницей справа найдёшь маленькую черную кнопку. Только ищи не при муже, не то он начнёт говорить, что это я виновница всего и нарочно расставила жучки по всему дому.

— Откуда мне знать, что правду говорит не он, а Вы?

— Не верь тому, что слышишь, пока не проверишь глазами. Я предлагаю тебе уникальную возможность убедиться в том, кто говорит правду, а кто нагло врёт.

— Я не приду, — говорю с вызовом.

— Это твоё дело. Но как бы тебе в ближайшее время не пожалеть об этом решении. В любом случае: я буду ждать тебя завтра с 11 до 12 часов дня в отеле «Каприз», номер сто тринадцать. Подумай хорошенько. стоит ли слепо доверять тем, кого совсем не знаешь, предпочитая им людей, которые готовы доказать свою преданность и правоту реальными примерами.

— Хорошо, я подумаю, — говорю и отключаюсь.

— Вот ты где, — говорит Игорь, как только я выхожу в большой офисный холл. — Где ты так долго была?

— Я по лестнице решила спуститься, — отвечаю мужу, размышляя, стоит ли ем уговорить о звонке экономки. — Поедем?

— Ты какая-то странная… — говорит Игорь, вглядываясь в моё лицо. — Ты никого не встретила по пути? Может, испугалась чего-то?

— Всё хорошо, не волнуйся, я просто устала.

— Тогда поехали. Нужно поскорее отвлечься от событий этого дня, не то крыша точно скоро потечет…

Мы едем в машине молча. Игорь погружен с свои мысли, а я то и дело воспроизвожу в памяти слова Татьяны. Может ли быть тут подвох? А вдруг, всё не так, как кажется, и у Татьяны действительно есть тому подтверждения…

Завтра нужно всё выяснить. А сегодня — отдыхать.

Глава 20

— Прослушка стояла в каждой комнате, — отчитывается Валера, встречая нас во дворе и провожая в дом. — В уборных тоже, — добавляет чуть тише.

— Валер, ты по камерам пробил? Не засек, на чём она уезжала?

— Пробил, но результат Вас вряд ли порадует… До остановки шла пешком, затем села на автобус. На конечной её уже не было, следовательно, могла выйти на какой-то из остановок, где нет камер. Как Вы понимаете, по нашему маршруту таких большинство.

— Семья, родственники, друзья, одноклассники?

— Есть кое-что… — говорит Валера, когда мужчины подходят к двери кабинета Игоря. Я иду следом, но не вполне поспеваю, задерживаясь в прихожей, когда снимаю обувь — шнурки на кроссовках, как назло запутались. Прислушиваюсь, ловлю каждое слово. — Она родилась и много лет жила… — слова слышны всё хуже, мне остаётся развязать последний узел. — … Волгоградской области. Не замужем. Двое детей…

Это всё, что удалось услышать. Меня в кабинет не только не зовут, а, как мне показалось, даже специально игнорируют, ибо практически перед моим носом щелкнул замок на двери. Иду в свою комнату.

Татьяна жила в Волгоградской области. В Рыбинках. Как она оказалась в Москве?

Стоп. Почему Рыбинки? Валера произносил это название?

Я хватаюсь за голову, которая отказывается давать ответы. «Рыбинки Волгоградской области» — откуда у меня в голове это сочетание слов?

Пока я принимаю душ и готовлюсь ко сну, мысли вертятся вокруг этих Рыбинок. Вдруг приходит идея поискать это место в интернете.

Ложусь в кровать, беру телефон и забиваю в поиск интересующий меня населенный пункт. В груди странное волнение…

Поисковая система выдаёт фото с разными видами города. Я смотрю на них и впервые чётко понимаю, что узнаю многие места. Вот центральная площадь с Лениным, указующим направление в «светлое будущее». Здесь памятник солдатам, погибшим в Великую Отечественную войну, около которого горит вечный огонь. На фото с центральной улицы, я вдруг ловлю себя на мысли, что помню некоторые объекты, которые не попали в кадр: справа будет центральная библиотека имени Пушкина, а прямо за ней — ветеринарная клиника.

Я была в Рыбинках. Это мне абсолютно очевидно.

Стук в дверь раздаётся негромко, но неожиданно, и заставляет меня вздрогнуть. Спустя пару секунд, дверь приоткрывается, и я слышу голос мужа.

— Алён, ты не спишь?

— Нет, — отвечаю тут же. — Заходи.

— Прости, что не позвал тебя в кабинет, — говорит он, садясь на край кровати. — У меня есть информация по Татьяне, если тебе интересно, могу поделиться.

— Интересно, — говорю садясь на постели.

— История с Татьяной очень непростая оказалась… — Игорь замолкает, подбирая слова. — Во-первых, она никогда не работала у Марины…

— Но она ведь всё тебе подтвердила! — изумляюсь я его словам. — Зачем ей врать о такой глупости?!

— Именно потому, что это глупость, Марина согласилась подыграть, когда ты её попросила об этом. А я даже не думал уточнять и переспрашивать. Мне вообще фиолетово было на Татьяну.

— А как же ты узнал, что Марина соврала?

— Я поговорил с её отцом. Ему-то уж точно нет никакого смысла это выдумывать.

— Получается, что нас с Татьяной связывает что-то другое, о чём я не хотела, чтобы ты узнал?

— Видимо, да, — соглашается Игорь, и по его взгляду я понимаю, что он что-то недоговаривает.

— Игорь? — окликаю его. — Ну, говори уже, что узнал Валера!?

— Татьяна жила в маленьком городке Рыбинки Волгоградской области, — я получаю подтверждение того, что правильно вспомнила название. — Этот город значится у тебя в паспорте местом рождения. Там же находится детский дом, в котором ты жила с восьми лет…

— Ты думаешь, что Татьяна могла быть как-то связана с моим детством? — мне настолько волнительно слышать то, что говорит Игорь, что я едва могу сдерживать дрожь в голосе.

— Да, Алён, — тихо подтверждает муж. Он берёт меня за руки и участливо смотрит в глаза, словно пытаясь поймать мой взгляд и внушить мне спокойствие. — У Татьяны было двое детей. Старший сын родился, когда ей было семнадцать, и его воспитывал отец. А спустя десять лет у неё родилась дочь, которую в восемь лет забрали в детский дом… Год рождения девочки совпадает с твоим…

Очевидно, Игорь увидел в моих глазах что-то ужасное, потому что его обхват моих рук стал сильнее, и пока я пыталась осознать то, что услышала от него, мужчина захватил меня в объятия.

— Алён, не волнуйся, мы во всём разберемся… — шепчет мне в макушку. — Пока всё совпадает и говорит о том, что Татьяна может быть твоей матерью… — внутри меня всё переворачивается от этих слов, ведь с первого дня я относилась к ней с подозрением. — Я на выходных еду в Рыбинки, чтобы всё выяснить. Хочешь поехать со мной?

— Да, — говорю уверенно. — Игорь, я сегодня сама вспомнила название этого города. И на фото в интернете я узнаю многие места! Моя память возвращается!

— Это хорошо, — натянуто улыбается муж. — Возможно, эта поездка поможет вспомнить ещё больше.

— Спасибо тебе, — говорю искренне и поднимаю глаза на мужчину. В эту секунду мне хочется рассказать о звонке Татьяны. Игорь не заслуживает, чтобы я продолжала его обманывать и после амнезии. — Мне нужно тебе еще кое-что рассказать, — начинаю я, но меня прерывает стук в дверь.

— Игорь Эдуардович, — слышится из приоткрытой двери голос Валеры.

— Да, Валер, иду, — он убирает руки с моей спины, и я чувствую моментально накативший холод. — Скоро вернусь, — говорит муж и мимолетно чмокает меня в районе виска.

Он выходит в коридор и продолжает разговор с водителем, который мне хорошо слышно из-за неплотно закрытой двери.

— Я могу завтра взять отгул? — спрашивает парень. — Идём с Лизой заявление подавать, хотелось бы отметить вечером. Родные приедут, познакомятся, наконец-то…

— Ты сделал то, что я просил по той тачке? — Игорь говорит тише обычного, но в идеальной тишине мне его достаточно хорошо слышно.

— Да. Завтра её номеров не будет ни в одной базе. Цену в ментовке заломили, конечно, приличную, но по-другому никак.

— Я решу, — отрезает муж. — Завтра принесёшь мне записи с внешних камер, и можешь быть свободен.

— Спасибо, шеф, — говорит довольный Валера, и спустя секунду до слуха доносятся его торопливые шаги по лестнице, а рядом с моей комнатой хлопает дверь в соседнюю. Игорь зашёл к себе.

Муж обещал вернуться ко мне, а значит у меня есть время попытаться разобраться в том, что я сейчас услышала. Что значат слова про «тачку, номеров которой с завтрашнего дня не будет ни в одной базе»? Уж не та ли это машина, которая преследовала меня последнюю неделю? Но почему Игорь приказал за любые деньги стереть её данные из полицейских баз?

Червячок сомнений вновь поселяется внутри, и когда Игорь приходит ко мне в домашней одежде и просится спать вместе со мной, я соглашаюсь, однако рассказывать о звонке экономки не спешу. Если Татьяна — моя мать, то мне нечего бояться её. Я пойду завтра на встречу и постараюсь сама во всём разобраться.