Изольда Рыбкина – Волны памяти - Изольда Рыбкина (страница 25)
- Деньги не верну, - невозмутимо парирует женщина. – Поселить могу только в два отдельных номера. Мужчин отдельно, женщину отдельно.
- Нам это не подходит, - отрезает Игорь и собирается молча уйти. Он даже берет меня за руку и ведёт к выходу.
- Как хотите, - хмыкает администраторша. – У нас и на лавках в парке ночуют. А что? Гостиниц-то кроме нашей в городе больше нет, - это её звёздный час! Ликование в голосе явно говорит о том, что она не просто ждала этого момента, а скорее всего для того и затеяла весь сыр-бор.
- Селите в соседние, - едва не скрипнув зубами от негодования, говорит Игорь. – Только меня с супругой в один номер.
- Давайте паспорта, - торжествующе произносит победительница и начинает оформление.
***
Детский дом в Рыбинках находился практически в центре. Трёхэтажное здание, если верить информации из интернета, должно было вместить сто пятьдесят детей. По всему периметру возвышался розовый забор из бетонных панелей с небольшим орнаментом вверху. Глядя на него я поймала внутренне чувство узнавания, как, собственно, и всего того, что видела на всех центральных улицах, которые мы проезжали.
Мне было до боли знакомо всё, что меня окружало. Но самым странным было другое чувство – ностальгия. Я будто скучала по всему, что видела.
- Игорь, мне хочется плакать, - призналась я, когда мы остановились у железных ворот, которые были также выкрашены в розовый, чтобы не диссонировать с остальным забором.
- Ты что-то вспомнила? – взволнованно обращается ко мне муж. – Что-то плохое связано с этим местом?
- Не знаю, - в который раз повторяю одну и ту же фразу. – Мне всё знакомо в этом городе… Но плакать хочется не от чего-то плохого. У меня странное чувство…
- Какое? – трепетно сжав мои ладони, спрашивает Игорь.
- Будто я… дома, - говорю на выдохе и ощущаю жжение в груди, произнося это слово.
- Алён, это неудивительно, - скромно улыбается мужчина, - ты провела в этом городе всё детство и юность, а эти годы считаются самыми счастливыми у человека.
Я молча киваю, соглашаясь с мужем, и мы входим в железную калитку, набрав код и связавшись с охранником. Объяснив, по какому мы вопросу, нас провожают в кабинет директора Людмилы Алексеевны.
- Здравствуйте, - приветствуем сухощавую низенькую женщину лет шестидесяти пяти.
- Здравствуйте, - нехотя отвечает директриса.
- Вы меня не узнаёте? – спрашиваю у неё.
- Как же, не узнаю? Ещё как узнала тебя, Лена, - говорит Людмила Алексеевна, всем видом показывая, что мы отвлекаем её от более важных дел, чем разговор с нами. – С чем пожаловала? – спрашивает она, косясь на Игоря, и у меня создаётся впечатление, что если бы не он, то она сформулировала бы вопрос по-другому, менее деликатно. – Ни за что не поверю, что ты приехала, потому что соскучилась по нам.
- Моя жена потеряла память, - вклинивается Игорь и пытается прояснить ситуацию. – Не могли бы Вы помочь нам?
- Помочь? – саркастично переспрашивает директриса. – Я десять лет помогала тебе, и что я получила взамен?
- Что? – не растерялся муж и тут же задал вопрос.
- Как минимум испорченный праздник…
- А как максимум? – не унимается Игорь.
- Ну, давайте посчитаем, - приподнимается на стуле Людмила Алексеевна и начинает загибать пальцы, неприязненно глядя на меня. - Новый год в компании полицейских – раз, стоптанные ноги и обмороженные пальцы, когда мы обходили все заброшки города, чтобы тебя найти – два, испорченные нервы, когда так и не нашли – три. Ну и под занавес – миллионы звонков, характеристик, протоколов, анкет, которые нужно было предоставить в связи с твоим побегом из детского дома.
- Мне было очень плохо здесь? – спрашиваю я тихо, сильно сомневаясь в положительном ответе.
- Конечно! – язвительно восклицает директриса. – Тебе здесь запрещали курить! Пить! И таскаться по мальчикам. А тебе ой как этого хотелось! Причём всего сразу! И в Новогоднюю ночь перед своим восемнадцатилетием ты оторвалась по полной.
- Простите, - говорю искренне. – Мне ужасно стыдно за своё поведение…
- Знаешь, Лена, я простила тебя, - уже не так раздраженно говорит женщина. – Простила сразу, как только ты покинула эти стены. Я выпустила тебя и наконец выдохнула. Поэтому, если ты приехала успокоить свою совесть…
- Нет, мы не для этого здесь, - прерывает её преждевременные выводы муж. – Мы хотели узнать, кто были родители Алёны? Нам очень важно это…
- Извините, но ничем не могу помочь, - отрезает Людмила Алексеевна, поднимаясь из-за стола. – У меня работа, и сейчас нужно идти в столовую. У детей обед через полчаса, а я не проверила готовность блюд.
- Постойте, - просит Игорь. – Мы с Алёной хотели бы внести благотворительные пожертвования для детей, - многозначительно говорит он, и Людмила Алексеевна замедляется у дверей. – А также хотели бы купить какие-то угощения или игрушки… А может, детскому дому нужно что-то из техники? Или мебели?
- У малышей в группе сломался телевизор, - словно делает заявление директриса, а Игорь одобрительно кивает. – Старшие девочки давно просят стационарный фен в душевую, - Игорь кивает. – А мальчикам компьютер, - подытоживает она.
- Сегодня вечером всё подвезём, - говорит Игорь. – Когда заканчивается Ваш рабочий день?
- Мой рабочий день ненормированный, - отвечает Людмила Алексеевна, - поэтому вот Вам мой номер, как только будете готовы, позвоните, - протянув Игорю скромную картонную визитку, она приглашает нас вместе с ней покинуть кабинет, что мы и делаем.
- Сейчас дам задание Кириллу, - говорит муж, когда мы выходим из детского дома. – Пока он разберётся с «заказом», у нас будет время погулять по городу. Давай пообедаем где-нибудь, заодно, возможно, ты что-то вспомнишь…
Город Рыбинки, как кажется на первый взгляд, получил этот статус с большим авансом. Здания здесь не превышают пяти этажей, а большинство построек конца прошлого столетия и в них еще хранится отголосок нашего советского прошлого, когда архитектура служила исключительно практичности, не заботясь об эстетике. Дороги Рыбинок, очевидно, вообще времен царя Гороха, и чтобы проехать или пройти пешком нужно преодолевать целый квест, выбирая маршрут без ям и луж, коих после вчерашнего дождя тут больше, чем жителей.
- Аккуратнее, там люк открыт, - говорю Игорю, перепрыгивая очередное грязное озерцо.
- Откуда ты знаешь? – спрашивает мужчина, останавливаясь и шокированно глядя на меня.
Я понимаю, что знала это, и сейчас память сработала автоматически, подкинув мне это знание. Не найдя, что ответить Игорю, просто развожу руками, но он и без моего ответа всё понял.
- Алён, ты вспомнила это? Но ведь ты была тут несколько лет назад, неужели этот люк не ремонтировали столько времени?
Мне снова нечего сказать, слова вообще застряли в горле. Я прекрасно понимаю, что память возвращается и подкидывает мне всё новые и новые подробности моей жизни, но по-прежнему у меня огромное количество вопросов, ответы на которые я так и не нашла.
Мы пообедали в кафе, потом долго прогуливались и, когда начало темнеть, решили вернуться в гостиницу, чтобы немного отдохнуть и отправиться в детский дом, как и обещали.
За время нашего пешего путешествия по городу моего детства, я вспомнила около десятка разных мест. Все они были мне настолько знакомы, будто вчера только там бывала. Я даже узнала женщину, которая торговала на углу у супермаркета шерстяными вещами ручной работы собственного производства. Женщина меня тоже узнала, она радостно помахала мне рукой, широко улыбаясь, а когда я отходила, то внезапно она меня догнала и всучила мне пушистые варежки со словами:
- Это чтобы ваши добрые ручки никогда не мёрзли.
- Что Вы! – попыталась я не принять подарок. – Давайте я куплю у Вас их…
- Не обижайте меня. Я специально для Вас их вязала, столько ждала, когда Вы вновь придёте… Дай Вам Бог всех благ за Вашу доброту!
Мы с Игорем попытались её задержать и побольше расспросить о том, что она имела в виду, но женщина поспешила вернуться к своему столику, у которого появились покупатели. Я посмотрела на варежки, которые остались в моих руках, и впервые почувствовала тепло, а не отвращение к себе прошлой. Это была пока единственная женщина, которая знала меня до амнезии как хорошего человека.
Когда мы подошли к гостинице, Игорю позвонил незнакомый номер.
- Игорь Эдуардович, еще раз приветствую Вас, - пропела трубка голосом Людмилы Алексеевны. – Ваш помощник привёз от Вас подарки детям, и они просто в восторге. Не оскудеет рука дающего, - соловьём разливался поток благодарностей. – Мы даже подумать не могли, что можно так быстро решить наши проблемы. Я жду Вас завтра у себя в кабинете к девяти часам, Вам удобно будет? – спохватилась она.
- Да, конечно, - Игорь еще немного послушал дифирамбы в свою честь, а потом, попрощавшись с директрисой, отбил звонок. – Выходит, у нас сегодня свободный вечер. Чем займёмся? Ещё погуляем? – спросил он у меня.
- Честно говоря, я уже не чувствую ног, и прогулка сегодня меня совсем не вдохновляет, - говорю, падая на диван и вытягивая уставшие конечности.
- Слава Богу, что ты не согласилась, потому что у меня, кажется, после сегодняшней прогулки подошва стерлась на ботинках. Предлагаю заказать ужин в номер, как тебе идея?
***
Мы поели прямо в постели, потом включили телевизор и стали выбирать фильм.