Изольда Рыбкина – Волны памяти - Изольда Рыбкина (страница 23)

Глава 24.

Отдел полиции, в который мы приехали, был довольно большим и современным.

- Не думала, что у нас в стране есть такие продвинутые в дизайнерском смысле полицейские участки, - шепчу Игорю, когда мы идём по коридорам здания, - европейский модерн проник уже и в казенные интерьеры?

Игорь, странно скривившись, подозрительно взглянул на меня и ничего не сказал.

- Что? – непонимающе поднимаю плечи.

- Сейчас на секунду увидел Элен.

- В смысле? – скептически смотрю на мужа.

- Ту, старую Элен… Ты впервые сказала так, как раньше.

Я ничего не ответила на эти слова, но задумалась. Неужели вместе с воспоминаниями вернусь прошлая я? Та, которая изменяла мужу, любила деньги и безвкусную одежду… Мне стало жутко и страшно от этих мыслей. Я не хочу этого.

- О, Елена Максимовна! Неужто не дождались официального приглашения и сами явились к нам? – голос следователя вырывает меня из размышлений и заставляет сразу переключаться на причину моего прихода сюда.

- Здравствуйте… - я замолкаю, понимая, что совсем забыла имя и отчество служителя закона, а Игорь тем временем пожимает ему руку.

- Павел Сергеевич, - догадавшись о причине заминки, быстро подсказывает следователь. – Пройдёмте ко мне в кабинет.

Кабинетом это назвать можно с большой натяжкой. Малюсенькое помещение три на три, с письменным столом, тремя стульями и стеллажом, наполненном самыми разнообразными «сапожками», папками, картонными коробками и прочим канцелярским скарбом.

- Для начала, хочу у вас уточнить, не вспомнили ли Вы, Елена Максимовна, с какой целью обращались в центр репродукции? – официальным тоном задаёт вопрос следователь.

- Нет, я это не вспомнила.

- Тогда я Вас тоже расстрою – Ваши данные отсутствуют в этой организации. Наши сотрудники пришли к выводу, что они либо были удалены очень высококлассным специалистом, но это сложно-реализуемо с практической стороны, либо, что вероятнее, они вовсе не были внесены в систему.

- То есть, я никогда не узнаю, что мне нужно было от доктора Прокопенко? – спрашиваю у следователя.

- Ну, почему же, - иронично вскидывает на меня взгляд, - Вы же сами говорили, что врачи обещали Вам возвращение памяти. Вот тогда и прояснится всё. А на сегодня Вы являетесь свидетелем убийства гражданина Прокопенко.

- Всё-таки убийства? – грустно переспрашиваю.

- Да, его отравили, добавив в воду вещество, спровоцировавшее инсульт.

- Скажите, оно могло навредить моей жене, если бы она выпила из той бутылки? – вклинивается Игорь.

- Да, - однозначно заявляет Павел Сергеич. – Собственно поэтому мы Вас и хотели пригласить для дачи показаний.

- Вы думаете, что покушались не на доктора, а на мою супругу? – взволнованно спрашивает муж.

- Мы полагаем, это могло быть двойное покушение, - спокойно отвечает Павел Сергеич. – Но есть и хорошая новость, - продолжает он, пока мы шокированно переваривали его предыдущие слова, - у нас появился подозреваемый. Благодаря Вашему содействию, - следователь кивает на Игоря, - мы проверили по камерам один автомобиль, и смогли засечь лицо человека, который мог быть причастен к убийству доктора, - Павел Сергеич достаёт из папки фотографию. – Посмотрите внимательно, может, Вы видели когда-либо этого человека?

На черно-белом фото, очень мутном, парень в черном костюме и капюшоне. Его лицо смазано, и в кадре видно лишь на три четверти.

- Я не знаю… - растерянно вглядываясь в карточку, произношу.

– Может, если у Вас есть видео, то на нём будет лучше видно? – предлагает Игорь.

Следователь что-то щелкает на мониторе своего ноутбука и через минуту разворачивает к нам экран.

Я вижу, как машина въезжает на подземную парковку, и становится рядом с колонной. В обзор камеры видно только заднюю дверь. Через несколько секунд к ней подходит тот парень с фото, и садится внутрь. Перед тем, как закрыть дверь, он немного приподнимает голову и на доли секунды попадает в обзор камеры. Видимо, именно этот момент мне и предоставили для опознания.

- Видите, он не попадает в полноценный кадр, - комментирует следователь, когда машина уезжает с парковки. Павел Сергеич собирается развернуть экран, но я вдруг хватаю его за руку, пытаясь остановить.

- Подождите, - говорю, пытаясь сложить в голове разлетевшиеся как пазлы мысли. – Можете еще раз прокрутить это видео, только чуть замедлить?

Следователь и Игорь, затаив дыхание следят за моей реакцией, а я изо всех сил стараюсь понять, что мелькнуло в воспоминаниях, заставив узнать этого человека. Мне прокручивают видео повторно, и когда я в третий раз прошу повторить и еще замедлить, то слышу разочарованный и усталый вздох Павла Сергеича.

- Я поняла! – осеняет меня, и я нажимаю на стоп, останавливая кадр, где парень поднимает голову. – Смотрите. Вот то действие, которое я узнала! Видите, что он делает? – мужчины вопросительно смотрят то на меня, то на экран. – Он вскидывает голову, словно ему что-то мешает. Я видела этот жест.

- Когда?

- У кого? - хором задают мне вопросы Игорь и Павел Сергеич.

- Перед тем, как меня скинули в воду. Сначала прозвучала фраза «давай, Толик!», а потом я увидела, как приблизившийся ко мне человек вскинул голову и толкнул меня.

Глава 25.

- Итак, что мы имеем? – подытоживает Павел Сергеич. – Парень, лет примерно от двадцати двух до тридцати, рост от 170 до 175 сантиметров, брюнет, так как Вы видели, как он сдувал с лица характерным жестом длинную темную прядь…

- Честно говоря, я не могу стопроцентно сказать, что она была черной – было темно, да и он в капюшоне… - уточняю я.

- Хорошо, запишем: «предположительно, брюнет».

- А как Вы определили его рост? – вновь задаю вопрос, пытаясь разобраться в том, что мне нужно будет подписывать.

- Ой, с этим как раз всё просто. Запись с камеры анализируется программой и выдаёт диапазон роста человека на ней плюс-минус 2 сантиметра.

- Вот бы эта программа сразу выдавала имя и фамилию человека, было бы проще искать преступников, - говорит Игорь.

- Думаю, что эти времена не за горами и скоро мы их увидим. Вопрос только в том, понравится нам такое или нет… - задумчиво произносит следователь и продолжает. – А наш подозреваемый, предположительно, - выделяет это слово и смотрит в мою сторону, - Анатолий? Верно?

- Ну, я его так назвала… - говорю, вспоминая фразу, которую уже успела сообщить Павлу Сергеичу.

- Получается, Вы были знакомы с ним? – вдруг спрашивает Павел Сергеич.

- Нет, - тут же отвечаю и осекаюсь… - Или да? Я не знаю… - снова тру лицо руками, потому что совершенно запуталась.

- Давайте составим фоторобот, - предлагает следователь

Следующий час был самым трудным для меня испытанием за последние дни. Оказалось, я совершенно не могу запоминать лицо по фрагментам.

«Какой у него нос?» - «Обычный. Вроде» - «С горбинкой? Курносый? Длинный?» - «Кажется, курносый. Но нет, не такой. И не такой» - «Может, тогда не курносый?» - «Может…». И так целый час. Наконец, худо-бедно портрет был готов.

Я посмотрела на составленный мной фоторобот и поняла, что под него подойдёт кто угодно. Таких людей миллионы…

- Мне кажется, что ничего не получится, - говоря я Игорю, когда мы выходим из участка. – Я даже сомневаюсь, что правильно дала ориентировку.

- Что тебя смущает? – спрашивает муж.

- Понимаешь, я абсолютно не помню, какие у него были губы и лоб, не заметила, какие скулы. Я запомнила только глаза, которые не спутаю ни с какими другими. Я уверена, что узнаю его, но очень сомневаюсь, что по моему фотороботу найдут хотя бы кого-то похожего…

- Алён, не переживай, полиция будет искать и проверять, а ты в это время, может, еще чего-нибудь вспомнишь.

- Ну, ладно, - соглашаюсь с разумными доводами мужа. – Куда сейчас поедем?

- В офис ненадолго заглянем, а потом домой. Нужно подготовиться к завтрашней поездке в Рыбинки.

- Мы на машине поедем?

- Сначала полетим, потом возьмём машину и поедем, - поясняет Игорь. – С нами будет Кирилл, так что будь спокойна.

- Как Валера? Есть какие-то новости? – спрашиваю с грустью, вспомнив, что парень в тяжелом состоянии, а мы еще ни разу его не навестили. – Может, съездим сегодня в больницу?

- Я звонил его маме, - отвечает Игорь, - состояние его стабилизировали, но он впал в кому. Поэтому смысла от нашего посещения никакого не будет…

- Игорь, а если тот, кто хотел его убить, узнает, что Валера жив? Он же мог видеть убийцу? Вдруг они захотят завершить то, что не получилось у них в той гостинице?