Изабель Ибаньез – Где сокрыта библиотека (страница 45)

Это все еще задевало меня. Но моя жена была не единственной, кто был способен играть эту роль.

— Рад это слышать, любимая.

Веко Инез дернулось, но улыбка не покинула лица. Лорена с комичной тревогой посмотрела на нас. Затем она громко вскликнула:

— Я принесла тебе подарок, Рикардо.

Я прислонился к стене и скрестил лодыжки, борясь с весельем. Похоже, моя жена не сообщила своей тете о нашем семейном положении. Что ж, я бы тоже этого не сделал. Я не хотел, чтобы у меня всю дорогу домой звенело в ушах от визга Лорены. Было ясно, что она меня не одобряет. Наверное, она хотела, чтобы Инез вышла за этого Эрнесто, сына консула или кого-то в этом роде.

Наверное, было бы лучше, если бы она вышла замуж за него.

— Вот, взгляни, — сказала Лорена, открывая свою шелковую сумочку. Она вытащила небольшой сверток из тонкой бумаги с ярким рисунком.

С лица Рикардо не сходило страдальческое выражение. Если уж на то пошло, ему стало намного хуже.

— Нет, правда, все в порядке. Мне ничего не нужно.

Лорена отмахнулась от его слов.

— Тебе это понадобится, Рикардо. А теперь не упрямься, будь так добр, посмотри.

Абдулла с Фаридой остановили свою тихую беседу и с интересом наблюдали, как Рикардо осторожно разворачивает подарок. Когда вся бумага была развернута, мы все уставились на предмет. Рикардо, казалось, пришел в ужас.

— Это чайная пара?

— Верно, — подтвердила тетя Лорена. — Разве это не прекрасно? По-моему, голубой узор просто божественен. Ты не согласен?

— Эм, — сказал Рикрадо, разглядывая фарфоровую чашку, словно ядовитого паука. — Меня пригласили сюда не на чай, Лорена. Что я, по-твоему, должен с этим делать, черт возьми?

— Ну, она не предназначена для питья, — ответила Лорена.

Рикардо посмотрел на предмет, который явно для этого и предназначался.

— Нет?

— Это магическая чашка, тетя? — спросила Инез.

Лорена кивнула.

— Да! У меня есть точно такая же в отеле. Когда вы наполняете одну из них водой, другая тоже наполняется, но также начинает светиться серебристым светом. В это время получатель понимает, что нужно заглянуть внутрь. Вы найдете отправителя на другом конце и сможете поговорить, как обычно.

— Гениально, — произнес я. — Как телефон Александра Грейама Белла.

— Вот именно, — воскликнула Лорена. — Но с лицами! Представляете? Какая технология может превзойти подобный способ общения? Ни письмо, ни телеграмма.

— А что будет, если на другом конце никто не ответит? — спросила Фарида.

Возбуждение Лорены поутихло.

— Ну, это не совершенная магия. Вода будет светиться несколько минут, но, если никто не ответит, прервется и получателю останется обычная вода. К сожалению, если отправитель попробует снова, прежде чем получатель опустошит чашку, вода перельется через край.

— Значит, если я не отвечу на твой звонок, ты сможешь звонить снова и снова, заполняя нашу камеру водой? — возмущенно спросил Рикардо.

— Не за что, — усмехнулась Лорена.

Информация

Переведено командой любительского перевода lamslate.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

НЕВЕСТА СРЕДИЗЕМНОМОРЬЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Я спала, а золотое кольцо сдавливало мне палец. Я не совсем понимала, откуда я это знаю, но каким-то образом интуиция сработала даже в моем подсознании. Мои руки и ноги стали тяжелыми, словно были чем-то накрыты, и я смутно осознала, что завернута в газовую ткань. Москитную сетку. Прохладный воздух перебирал мои волосы, и я еще глубже зарылась в мягкие подушки, зажмурившись, отчаянно желая остаться во сне.

Клеопатра стояла в слабоосвещённой комнате, перед ней были разложены стеллажи свитков. Ее легкая туника доходила ей до пят и ткань касалась каменного пола теплого оттенка, когда она бродила по комнате в поисках чего-то конкретного. Она брала пергаменты, быстро изучала их и, шипя от нетерпения, один за другим швыряла их в сторону. Она подошла к соседней полке, достала новый свиток, развернула его, и мгновение спустя издала торжествующий возглас. Она находилась ко мне спиной, так что я не могла видеть, что она читает; я попыталась обойти ее, но воспоминание не позволило мне этого сделать. Я была ограничена углом комнаты, как будто целью было показать мне местонахождение документа. Запах пепла и дыма наполнил мои пазухи.

Что-то горело.

Она обернулась ко входу в помещение и к кому-то обратилась, протягивая пергамент. На ее лице не было ни единой морщинки, а волосы были блестящими и темными. Здесь Клеопатра была моложе, чем когда я встречала ее прежде. На ее лице не было и тени усталости от жизни, она не казалась страдающей.

Эта Клеопатра еще не знает, какая судьба ее ждет.

Видение заволокло дымкой. Мои пальцы вцепились в край подушки, и я затаила дыхание, пытаясь удержаться в воспоминаниях. Я что-то разобрала на пергаменте.

Изображение напоминало змею, поедающую саму себя.

Затем Клеопатра словно наугад вытащила еще один свиток, вложила внутрь него второй пергамент и свернула документы, тщательно скрыв найденное. Она забрала оба свитка с собой, и когда она вышла, видение полностью рассеялось.

Я открыла глаза, растерянная и полностью дезориентированная. Рядом со мной зашевелилась спящая Айседора, сонно что-то бормоча и крепче прижимаясь ко мне. Я отогнала сонливость, осторожно приподнялась и откинула сетку. Ковер под моими босыми ногами был прохладным, когда я обогнула ряды ящиков и направилась прямо к узкой раскладушке Уита. Он спал на спине, вытянув длинные ноги, которые свисали вниз. Волосы падали ему на лоб, а челюсть была абсолютно расслабленной.

Во сне он выглядел невинным. Молодой и беззаботный, тот самый Уит, который когда-то смотрел на меня с надеждой и обещанием, которому я могла доверять.

Я опустилась на колени и коснулась его плеча.

Уит дернулся, залез рукой под подушку и извлек что-то блестящее. Холодный, острый край уперся мне в шею, прямо под подбородком. Сонные голубые глаза с намеком на настороженность задумчиво смотрели на меня.

— Это я, — задохнулась я. — Просто я.

Он повернулся на бок и спрятал нож обратно под подушку.

— Я мог перерезать тебе горло.

Я потерла шею.

— Вы — ходячая угроза, мистер Хейс.

Он потер глаза и устало произнес:

— Пожалуйста, не обращайся ко меня так. Мы не незнакомцы. Мы даже не простые знакомые.

— Я должна, — прошептала я.

Уит опустил руки и посмотрел на меня. Даже при плохом освещении я могла разобрать, как он поджал губы и сузил глаза.

— Почему?

— Потому что однажды это все, кем ты будешь для меня, — прошептала я, бросив быстрый взгляд на Айседору. Я не хотела ее разбудить.

Последовало долгое молчание, а затем он откинулся на спину.

— Тебе что-то нужно?

— Меня снова посетило воспоминание Клеопатры, — сказала я, подняв безыменный палец. — Она была занята.

Уит повернул лицо ко мне.

— И?

— Она была в помещении, где отчаянно что-то искала, — сказала я. — Сначала я подумала, что это обычный свиток, но потом она его развернула. На пергаменте была изображена змея, поедающая саму себя.

— Хризопея Клеопатры, — воскликнул он.

— Шшш, — зашипела я. — Не разбуди мою сестру.

Уит закатил глаза.