Ивар Рави – Прометей: каменный век II (страница 54)

Мне сейчас тридцати три, возраст Христа, когда его распяли. Если меня не подкосит болезнь, не убьет враг и не стану жертвой несчастного случая, есть шанс прожить еще около сорока лет. За это время мое племя может превратиться в этнос и оторваться в своём развитии от ближайших конкурентов. А дальше все будет зависеть от них, захотят они развиваться дальше или вернутся обратно в каменный век, из которого я их тащу в бронзовый и железный.

Предстоит сделать еще много: по-прежнему открытым остается вопрос кораблестроения. Нельзя игнорировать возможности морских путешествий, находясь у моря. Море кормит и, если будет корабль, оно гораздо безопаснее для передвижения. Времена морских чудовищ давно в прошлом, а опасность акул всегда сильно преувеличена. Будь у меня парусно-весельный баркас, можно было бы провести разведку вдоль побережья до самого Египта.

Вроде, казалось бы, каменный век, на что тратить время? На работу не надо, в кафе и кинотеатры тоже не надо. Не надо выкручиваться по кредитам, внимание не отвлекают телефон и телевидение. А времени не хватает, катастрофически не хватает. Столько начатых и недоконченных дел, и совсем некому помочь. Мои соплеменники послушны, им пока чужды многие человеческие пороки, но они живут, не заглядывая в будущее. Есть сегодня пища – значит надо поесть и спать. Мои приготовления пищи впрок и складирование ее в погребах до сих пор вызывают у них удивление.

Так и уснул, строя планы и анализируя прошедшие пять лет. Утром, когда завтракал, Нел спросила про пленных, что их ждет в нашем племени. Всю дорогу до дома после удачной КТО я сам думал над этим вопросом. Первоначальный план использовать пленных в качестве бесплатной рабочей силы теперь казался жестоким. Это попахивало рабством, противником чего я был всегда. Оставался один путь – выдать женщин замуж среди своих воинов, а детей воспитывать как членов племени. От плана создать спецназ я не отказался, даже дети у пленных были развитыми физически.

– Пусть живут как мы и становятся Русами, – я дожевал кусок мяса и спросил: – А почему ты спрашиваешь Нел?

– Может ты приведешь себе новую женщину, Миа и я думали над этим. Ты Макс Са Дарб, Великий Дух С Неба. Даже у Лара три женщины, а у тебя только две. Чем больше женщин, тем сильнее вождь, так было у меня в племени Луома.

– Нел, – мягко отвечаю, смотря прямо в глаза, – сейчас нет Луома, Гара или других. Есть только Русы, и мы не должны смотреть, как у других. Пусть другие смотрят и учатся у нас. А насчет третьей или четвертой женщины, если посчитаю нужным, приведу еще десять.

– Конечно Макс Са, – Нел смахнула крошки ячменной лепешки в глиняную миску.–Ты Великий Дух и как ты скажешь, так сделают и люди, и Духи.

Не нужна мне третья женщина, и так уже детский сад вырисовывается. Да и не было среди них такой, чтобы прямо загореться. Брак можно было бы заключить, если бы по соседству обитало могущественное и развитое племя. Такие браки назывались династические и были призваны укрепить добрососедство и улучшить свое положение. А мне это зачем? Чтобы получить еще одну ненасытную и орущую по ночам. Мне своих хватит. Улыбнулся при мысли, что третья может переплюнуть и Мию. Тогда точно: затрахают меня мои женщины до смерти. И закончится прогрессорская эпопея Прометея каменного века.

Хад как обычно пришел за распоряжениями насчет пленных.

– Хад, надо построить им хижины, пусть вместе с другими женщинами занимаются делом и живут как все. Плетут веревки, собирают корни, выделывают шкуры. Если воины захотят взять их себе, я не возражаю. Просто правила для всех одинаковые, надо получить благословение и нельзя бить женщин.

Староста молча кивал на мои слова, соглашаясь. В самом деле, что с ними еще делать?

– Хад, кто-нибудь понимает их язык?

– Нет, Макс Са, Наа пробовал поговорить с ними, и шаман Хер пробовал.

– Ну пойдем, я попробую, Дух я или не Дух? – я двинулся к центру, где в трех хижинах вчера разместили пленных женщин и детей. Около хижин вчерашние пленники сгрудились в толпу, испуганно прижимая к себе детей. Теперь, при свете дня, они оценили истинные масштабы поселения. Для них все было в диковинку: Айра с Никой привели в восторг самых маленьких детей и в ужас их матерей.

– Айра, Ника, ко мне, – обе собаки тотчас выполнили команду. – Сидеть, – собаки послушно легли у моих ног.

– Хад, собери наших людей, – повернулся я к старосте. Тот подошел и несколько раз ударил по металлической пластине куском железа. Буквально за несколько минут, все пространство заполнилось людьми, система оповещения сработала нормально. Когда собрались все, окружив группу вчерашних пленников плотным кольцом, обратился к людям:

– Племя, кто мы?

– Русы, – хором ответило несколько сот голосов.

Я подошел к мужчине в первом ряду:

– Как называется твое племя?

– Рус, – коротко ответил тот.

Повторил процедуру раз пять, обходя людей по кругу. Некоторых трепал по голове, других похлопывал по плечу. Все это время пленные женщины внимательно следили за моими действиями. В глазах одной уловил заинтересованность и понимание. Подойдя к ней, спросил громко:

– Кто ты?

– Рус, – немного мягко выговорила женщина, на секунду задумавшись.

– Рус, Рус, Рус, – звучало в ответ от черных, кого не спросил. Незнакомое слово они выговаривали четко, слегка смягчая букву «с», отчего звучало практически «Русь».

Окончив, я повернулся к своим:

– Кто они?– показывая пальцем на смущенных женщин, прижимающих к себе детей.

– Рус, – выдохнул практически весь Плаж.

– Запомните это, теперь они Русы, и тот, кто обидит любого из них, будет наказан мной! Воины, вы можете взять женщин к себе в хижины, но вы обязаны кормить их. И их детей тоже. Хад, покормите женщин и детей, и пусть несколько наших женщин покажут им, как плести веревки. Так они быстрее выучат язык.

– Лар, подойди сюда,–дождавшись, что гигант станет рядом, дал ему указание:

– Пусть их пока охраняют несколько воинов, из тех, у кого нет женщин в хижине. Это тоже будет причина, чтобы быстрее выучиться языку. Детей пока не учи, пусть пройдет время и начнут понимать тебя. Тогда и займешься ими и будешь делать из них воинов.

– Хорошо, Макс Са, – Лар сразу отошел и начал выбирать воинов.

На первое время этого достаточно: увидев, как сытно мы живем, женщины сами будут бояться потерять такое место, и про побег можно не думать. У меня на очереди было посещение кузницы и скотного двора.

Не успел я пройти несколько метров, как услышал шаги сзади себя. Это была Зео, спасенная мной от утопления, когда забирал племя Мии. За эти полтора с лишним года девушка вытянулась и расцвела, превратившись в очень симпатичную блондинку с красноватым отливом волос.

– Макс Са, разреши сказать.

– Говори, – кивнул девушке.

– Макс Са, ты великий Дух, я простая женщина, но позволь войти в твою хижину.

Вот так, просто и бесхитростно. Никаких тебе клятв, признаний в любви и прочего. А девушка и впрямь хороша, но три женщины в доме, даже в моем большом срубе – это перебор.

– Зео, разве мало сильных воинов и хороших охотников? Выбери себе мужчину среди них.

– Макс Са, только одного я хочу видеть. Нет больше мужчин кроме Макс Са! – твердым голосом ответила девушка, не сводя с меня взгляда.

«А ведь хороша, чертовка», – Зео смотрела с таким ожиданием, что мне было трудно отказать.

– Нет, Зео, пока я не хочу приводить еще женщину, меня две моих уже загнали, как племенного быка в совхозе, – девушка не поняла моей метафоры, но четко уловила слово «пока».

– Я буду ждать, Макс Са, – Зео повернулась и пошла в сторону хижин рыжеволосых.

Посмотрев ей вслед, я продолжил путь. Не могу я жениться бесконечно, дел и так навалом.

Рам со своим помощником отдыхали: недалеко от кузни ровными стопками высились железо, свинец, медь и цинк. Насчет цинка не был уверен, но не найдя точного ответа на этот вопрос, решил считать его цинком.

– Рам, надо сделать тебе крышу и что-нибудь вроде полок, не дело это все на земле хранить.

– Да, – просто и односложно ответил Рам, продолжая точить нож на куске песчаника. Печь у него потрескалась, да и размера она была малого, надо будет сделать нормальную печь, чтобы кузнечное дело развивалось.

– Рам, тебе нужна женщина, – я вспомнил про Зео, может пристроить ее к нему, парень работящий, с утра до ночи на месте, под глазами.

– Нужна, – вдруг неожиданно легко согласился мой кузнец, а в глазах появился интерес.

– Пошли, есть у меня одна на примете, – махнул я рукой вглубь лагеря, в направлении хижин, куда ушла Зео.

Отложив брусок песчаника, Рам встал, мощные мышцы перекатывались под его кожей, что была чуть светлее, чем у моих соплеменников. И ростом он меня догнал, будучи почти вдвое шире в плечах. Только сейчас обратил внимание, что Рам поздоровее Лара будет.

Когда проходили рядом с группой черных, что вчера были еще врагами, Рам внезапно остановился:

– Эта, – я проследил за его пальцем, который указывал на самую высокую черную женщину, с ожерельем из раковин на шее. Женщина была даже красива, высокая шея, крупная упругая грудь и весьма длинные ноги для этого периода человеческой эпохи.

– Рам, есть красивее, рыжие. Тебе нравятся рыжие? Рыжие всем нравятся, Рам, – кузнец проигнорировал мои попытки навязать себе блондинку и упрямо повторил: