Иванна Осипова – Последняя руна (страница 26)

Я собиралась, не слишком обращая внимание на ворчание белки. Практикум назначили на вторую половину дня, и у меня были планы на утро. После бессонной ночи нелегко было подняться, но я заставила себя взбодриться. Умывание холодной водой очень помогло оживиться. Жаль терять время на сон, когда вокруг столько загадок. Похищенная рубашка на дракорексе доказывала, что чудовище приучали к моему запаху и нарочно выпустили из зверинца. Дело рук человека из плоти и крови, а не мифического «тёмного лаборанта».

— Опасность, — Чибити назидательно погрозила мне лапкой.

— Жизнь — опасное занятие, — я возразила, поправляя платье. — Ничего не произошло, Чиби. А если и произошло, то завершилось в мою пользу. Как ты любишь говорить: «Это ли не восторг!»

— Пропадёшь — пожалеешь, что не слушала мудрую белку.

— Ах, ты уже «мудрая» белка?! Не просто «опасная»! Ты бы скучала по мне?

— Конечно! — она задумчиво оглядела меня, точно прикидывая, гожусь ли я для таких сильных эмоций. — Кто же будет приносить мне орехи?

Чибити вздохнула, подумала немного.

— Волнуюсь за тебя. Двуногие девочки бывают наивными и доверчивыми.

Я оценила её откровенность, погладила по мягкой шёрстке.

— Ты была именно такой?

— Не помню, — надувшись, Чибити отвернулась. — Мне нравится быть белкой. Это безопаснее.

Она упорно не желала вспоминать о прошлом. А я умирала от любопытства, кем Чибити была в прошлой человеческой жизни. Вот разберусь с «проклятием» и легендами Академии, узнаю и про белку!

Я покинула комнату. У входа в корпус невольно огляделась, нет ли поблизости опасных чудовищ, незакреплённых ящиков или ползучих гадов. Аккуратные дорожки парка не разверзлись у меня под ногами, а ясное небо не собиралось падать на голову. Ночные приключения только больше раззадорили. Не слишком приятно, когда на тебя нападает дикое животное или мёртвые насекомые появляются в пироге. Но…

«Разве тебя это остановит, Руна?»

Я улыбнулась, думая о тайне. И разгадка могла находиться где угодно. Особенно меня привлекала старая лаборатория, куда Айгермар настрого запретил ходить. Носом чуяла, что именно там скрыты ответы. Я знала, что не послушаю хаотика, но не сейчас. Всему своё время.

Я отправилась в главный корпус. В сумке лежали инструменты рунолога, бумага для записей и блокнот Ларии. Решила проверить версию, возникшую после прочтения списка женских имён. Бродя от портрета к портрету, разглядывая лучших студентов Академии, я тщательно читала таблички. Каждое имя, буковка к буковке, оказалось на своём месте. Ди́ан неправ, утверждая, что достижения девушек не играли никакой роли в их исчезновении. Все пятеро были лучшими из лучших. А я? Имя Руны Гавр стояло первым в списке поступивших. Испытание дара, которое проводили в середине лета, я прошла на высший балл.

Массивная дверь в главный корпус с шумом распахнулась.

— Ты!

Смуглая подвижная Олли вихрем влетела в залу. Она чуть не сбила меня с ног. Яркие синие глаза светились магией, с кончиков пальцев слетали искры. Такая горячая натура и к выпускному курсу не научится управлять эмоциями.

— Да. Это я, — согласившись с выкриком стихийницы, я с любопытством ждала продолжения.

— Ты была с ним! — Олли понизила голос. — Я предупреждала, чтобы ты не вертелась рядом с Ди́аном!

В её ладони вспыхнул огненный шар, опасно обдавая жаром моё лицо.

— Эй!

Я сумела вовремя отшатнуться и начертать в воздухе защитную руну.

— Игры с огнём плохо заканчиваются.

Ссориться с Олли по-настоящему я не имела желания. Мне было даже жаль её. Поведение Ди́ана, как ни крути, выглядело оскорбительным. Кто знает, что этот котяра обещал, какие клятвы давал.

— Я не играю, — Олли подбоченилась и пошла на меня. — Огонь помогает мне отвадить от своего парня драных кошек, — она встряхнула ладонью и шар угас.

— Я рунолог, а не кошка.

Догадка озарила мой разум, занятый вовсе не милым «котиком». Тайны и легенды Академии волновали куда сильнее.

— Илбрек прав — стихийные маги не умеют держать язык за зубами, — доверительно сообщила я.

У Олли раздувались ноздри. Немного и пар пойдёт. Настоящий огнедышащий дракон, а не магичка.

— Признаёшься! Не рассчитывай, что тебе удастся отбить его! У Ди́ана слабость к рунологам, но возвращается он всё равно ко мне! Что вы делали ночью в парке?!

Она яростно наступала, а я искала лазейку, чтобы удрать. В прямом столкновении с Олли рунологу не выстоять. А доказать огненной демонице, что всё не так, как ей кажется — задача не из лёгких.

«Ох, Ди́ан, твоё обаяние бывает опасным!»

В поисках спасения я оглядела галерею. Не стану же я рассказывать Олли, что мы с Илбреком не бегали целоваться за складами, а взламывали хранилище. Мимо проходили студенты. Некоторые с интересом посматривали в нашу сторону.

Знакомая невысокая фигура в фиолетовой куртке показалась из-за угла.

— А у меня слабость к… хаотикам! — изобразив бурную радость, я кинулась на шею бедняге Айгермару. — Йон! Вот и ты!

Как же вовремя он подвернулся! С чувством поцеловав его в щёку, я зашептала.

— Спаси меня.

Он что-то прошипел в ответ. Я слишком сильно сдавила его раненное плечо. Йон моргнул, борясь с болью и удивлением. Я опять окунулась в тёмный фиолетовый омут глаз мага Хаоса. А ещё от него приятно пахло осенней листвой.

— Олли спрашивала, где мы вчера гуляли? Я, ты и Илбрек!

Ладони Айгермара легли мне на талию, на лице появилось подобие улыбки. Я замерла, борясь со смущением и чем-то непонятным. Уютно и волнующе. Не верила тому, что чувствую. Хотелось вот так стоять вместе. Ближе, ещё ближе…

— Отличный вечер. Был… — нехотя бухнул Айгермар. — Но в другой раз обойдёмся без котов.

Глава 19

При воспоминании об Айгермаре начинало пылать лицо и особенно уши. Алые, наверное, как осенние ягоды. Как стыдно!

Я быстро шла в учебный корпус на практикум и думала только о нашем разговоре. Йон спас меня от неистовой Олли. Увидев нас вместе и получив ответ, стихийница топнула ножкой. Взметнулась разноцветная ткань форменного платья. Она выскочила на улицу, унося с собой яркие искры ауры. А Йон не сразу отпустил меня из объятий.

— Неприятности находят тебя без особого труда, — тихо заметил он, продолжая поддерживать за талию и как-то весьма недвусмысленно прижимая меня к себе.

«Тебя», сказанное низким мягким тембром, растеклось во мне вибрирующей радостью. С чего бы вдруг?

— Это недоразумение, — я прикрыла глаза, чтобы спрятаться от пронзительного взгляда мага и скрыть взволнованность.

Внутренний голос требовал немедленно отстраниться, но я медлила. Меня не заботило, что по галерее ходят студенты и магистры. Я и Йон будто скрылись за незримой стеной от остального мира.

— Даже недоразумение может стоить жизни, — Айгермар выдохнул, с неохотой разжимая пальцы.

Ощутив свободу, я отступила. Надо признать, что с сожалением. Рядом с хаотиком, на вид нелюдимым и опасным, я внезапно почувствовала себя спокойно и уютно.

— Спасибо за помощь. Сейчас и… ночью, — я замялась.

Он видел меня с Ди́аном, который пытался добиться поцелуя. С оборотнем мы находились слишком близко для дружеских объятий. И почему меня это заботит?!

— Ты не послушала моего совета. Тебе действительно нравится этот шерстяной негодяй?

Голос Айгермара обволакивал меня низкими нотами. Как неожиданно мы перешли на «ты», но так приятно.

— Вот это тебя совершенно не касается, — я опешила и возмутилась.

Да как он посмел подумать!

Я убежала, а ведь нам было о чём поговорить с Йоном. Интересно, что хаотик думает о легенде Академии? Верит ли в «тёмного лаборанта»?

До практикума оставалось немного времени. Я успела. Первое, что я услышала в магической мастерской:

— Ты выполнила задание?

Девушки из моей группы дожидались наставницу в небольшом помещении и перешёптывались. Здесь стоял лишь один стол и полукруг из стульев. На столе под четырьмя стеклянными колпаками бились светящиеся бабочки.

Бабочки?! Они преследуют меня! В истории с пропавшими студентками всё вертелось вокруг бабочек.

Я не успела осмыслить увиденное. Верика помахала мне рукой. Я, взволнованная встречей с Йоном и Олли, села рядом. Передохну немного перед практикумом.

— Выполнила? — однокурсница настойчиво повторила вопрос.