Иван Юдин – Чистильщик. Кровавый след (страница 2)
В мрачном чреве засекреченной базы, затерянной где-то в городских лабиринтах, таинственный мистер «N» сплетал сеть информации о своих врагах, словно паук, готовящийся к смертельной схватке.
Аглая Петровна, бывшая учительница химии, чьё имя до сих пор звучало с придыханием уважения в коридорах школы, теперь коротала дни в просторной квартире, оглашаемой лишь тихим тиканьем часов. Но стоило сумеркам сгуститься над городом, она выходила на свои ночные променады, словно призрак прошлого, ищущий отголоски былой славы.
Лейтенант Шишка, он же Михаил Шишкин, тридцати лет от роду, нёс бремя отцовской профессии. Когда-то бурная молодость осталась позади, уступив место долгу и мундиру младшего лейтенанта, оперуполномоченного по особо тяжким. В сердце его теплилась робкая надежда на взаимность со Светкой Щукиной. Высокий, с острым, стратегическим умом, он обладал строгим, овальным лицом и небольшим носом, создававшим запоминающийся портрет. Сестра Кристина трудилась в травмпункте, а брат… брат умер слишком рано, оставив незаживающую рану.
Светлана Щукина, старший лейтенант и опытный опер, выпускница университета МВД, блистала не только умом и эрудицией, но и природной красотой. Светлые локоны обрамляли лицо с пронзительными синими глазами, а сердце её принадлежало… нет, не Шишке, а легкомысленному младшему лейтенанту Константину.
Константин, он же "Косяк", двадцативосьмилетний лейтенант-следователь, казался воплощением беспечности в личных делах, но на службе преображался, демонстрируя недюжинный профессионализм. Высокий, с каштановыми волосами и зелёными глазами, он тщательно скрывал свои чувства к Щукиной, пряча их за маской иронии.
Майор полиции Олег Анатольевич Брумель, начальник следственного отдела, в свои сорок пять лет сохранял спортивную форму. Его супруга, Зинаида Райченко-Брумель, тоже работает в органах МВД.
Полковник Александр Валерьевич Костин, начальник скользкий и изворотливый, всегда искал обходные пути и компромиссные решения. А в это время, старший лейтенант ОКБ Екатерина Спицына, тридцатиоднолетняя повелительница технологий, безнадёжно вздыхала по Константину, оставаясь в тени, со своими неразделёнными чувствами.
Ильменегорск. Где-то в окраинах города.
На месте трагедии царила зловещая тишина. Когда Михаил и Светлана прибыли на место последнего преступления, их встретила безмолвная сцена, пропитанная мрачной загадкой. Старший лейтенант Щукина, с непроницаемым лицом прочесывая взглядом землю, заметила багровый мазок на сером полотне земли – окровавленный клочок ткани. В голове вспыхнула мысль, словно искра во тьме: неужели это – тонкая нить, способная вывести их к злодею, что скрывается в тени? Убедившись в значимости находки, Щукина отрывисто бросила приказ: «В отдел, на анализ.»
Шишкин, погруженный в пучину размышлений, тихо проговорил: – Свет, как думаешь, что движет этим палачом? Почему он с такой жестокостью обрывает жизни тех, кто и так уже на самом дне?
Светлана, нахмурив брови, уточнила: – Погоди, ты намекаешь…
– Ну, на маргиналов. Наркоманов, алкоголиков, бездомных, отбросов общества…
– Точно, Миша! Все жертвы – из этой категории. Похоже, в городе объявился чистильщик, возомнивший себя вершителем судеб.
Шишка, словно очнувшись от оцепенения, спросил: – И что нам теперь делать?
– Для начала – вернуть записи с камер наблюдения. А потом… я голодна, как зверь. – Она подмигнула и, словно дразня, предложила: – Поехали, подкрепимся!
Михаил, вздрогнув от внезапности смены темы, машинально кивнул. Тревога в его глазах еще не угасла, но Светлана умела разряжать атмосферу, как никто другой. Он знал, что за ее легкомысленностью скрывается острый ум и цепкая хватка. Именно поэтому он и ценил её в этой работе больше всего.
Они вышли из прокуренного переулка, оставив за собой полумрак и тяжелый воздух невысказанных опасений. Светлана решительно направилась к парковке, на ходу доставая из кармана ключи от своей старенькой "Тойоты". Шишка плелся следом, погруженный в раздумья. Слова Светланы о "палаче с манией величия" эхом отдавались в голове. Он видел много зла за свою карьеру, но эта история, с её подчеркнутой жестокостью и циничным выбором жертв, выделялась даже на его фоне.
В небольшом кафе, затерянном в одном из переулков, Светлана заказала две огромные пиццы и пару кружек крепкого кофе. Шишкин машинально ковырялся вилкой в тарелке, практически не притрагиваясь к еде. Его мысли были заняты другим. Он представлял себе лица жертв, их искаженные страхом глаза, последний вздох отчаяния.
Светлана, заметив его состояние, положила свою руку поверх его. "Миша, поешь. Тебе нужны силы. Мы поймаем этого ублюдка, я тебе обещаю. Но для этого нам нужно быть в форме." Её слова прозвучали как команда, как приказ. Шишка поднял голову и встретился с её твердым, уверенным взглядом. Он кивнул и, взяв кусок пиццы, отправил его в рот.
Они ели молча, каждый погруженный в свои мысли. Тишину нарушал лишь приглушенный шум города за окном и звон столовых приборов. Шишка знал, что впереди их ждет долгая и трудная работа. Но он также знал, что вместе они смогут преодолеть любые трудности. Ведь они – команда. И у них есть цель – остановить палача, пока он не забрал еще одну невинную жизнь. Закончив трапезу, они отправились на работу.
Прибыв в отдел, Щукина и Шишкин направились прямиком к Екатерине, старшему лейтенанту по кибербезопасности. Всё, что касалось хитросплетений технологий, находилось в неприкосновенной вотчине Отдела Кибербезопасности (ОКБ).
Светлана осторожно постучала в дверь.
– Да-да, входите! – раздался голос Кати.
– Привет, Кать! «Как ты?» —спросила Света, заходя.
– О, доброе утро, Свет! Я потихоньку начинаю рабочий день. Почему ты с Мишей? Где Костик? Вы же обычно вместе.
– Нас так Брумель расставил, – ответила Света.
– Узнаю Брумеля, как всегда. Но если увидишь Костика, передай, пусть заглянет ко мне! Хорошо?
– Хорошо, передам, любовная парочка! – подколола её Света.
– Нет, я просто принесла ему обещанную вещь, – возразила Катя.
– В общем, нам нужны записи с камер парка и парковок поблизости от места преступления. Мы взяли дело «Ночной Парк», – начал Шишка.
– Это то дело с вырванными шеями? – уточнила Катя.
– Да, именно оно. Мы нашли клочок одежды в крови, ждём результатов.
– Есть предположения, кто это может быть? – спросила Катя.
– Пока нет, просто «Чистильщик», – ответил Шишка.
– Почему так? Он очищает город от грязи?
– Именно, Щука так и сказала.
– Ладно, до обеда осилю все записи, хотя чуда и не жду. Свет, а наши посиделки в силе? Я обязательно буду. И знаете что? Давайте навестим нашу классную, у неё сегодня юбилей – семьдесят лет! Вдруг она совсем одна, и некому её поздравить…
– Точно, у Аглаи Петровны сегодня юбилей, надо её поздравить. И Костика тоже возьмём, ведь мы с тобой и он – её выпускник, – поддержала Света.
– А мне что делать? – спросил Шишка.
– Работай! Хотя стой, помоги Константину по обходам, может, что-то новое узнаете.
Едва заметная усмешка скользнула по губам Шишки, когда он набрал номер Кости, знавшего толк в уличной работе и сейчас, как всегда, занятого подготовкой к выезду.
– Миша, шевели поршнями, я тебя в тачке жду!
– Всё, Костян, секунда до победы, вылетаю, – выпалил Шишка, бросая трубку.
И вот они уже мчались к последнему адресу, где чёрным вороном сидело нераскрытое преступление, надеясь выудить хоть какую-то зацепку у случайных прохожих, свидетелей чужой беды. А вдруг повезет? Вдруг кто-то что-то видел, что-то помнит?
Ветер свистел в щелях старенькой "восьмерки", ласково обдувая лицо Шишки, пока тот сверлил взглядом проплывающие мимо обшарпанные фасады. Костя, крепко держа руль, сосредоточенно следил за дорогой, ловко лавируя между припаркованными машинами и редкими пешеходами. Напряжение висело в воздухе, словно густой смог, предвещая грозу.
Припарковавшись напротив обветшалого кирпичного здания, они молча вышли из машины. Место выглядело мрачным и неприветливым. Закопченные стены, выбитые стекла, облупившаяся краска – всё кричало о запустении и безразличии. Шишка глубоко вдохнул затхлый воздух, пытаясь уловить хоть какой-то намек, зацепку, что помогла бы им размотать этот клубок неизвестности.
Они методично опрашивали немногочисленных прохожих, торговцев с близлежащего рынка, случайных дворников. Большинство отмахивались, ссылаясь на незнание или нежелание вмешиваться. Лица у людей были усталые и равнодушные, словно жизнь уже давно выбила из них всякую надежду на справедливость.
Но вот, у самого угла дома, Шишка заметил старенькую бабушку, сидящую на покосившейся скамейке. Она внимательно наблюдала за происходящим, её глаза, несмотря на возраст, светились острым и проницательным умом. Шишка подошел к ней, вежливо поздоровался и задал свой вопрос.
Бабушка молчала несколько мгновений, словно взвешивая свои слова. Потом, тихим, дрожащим голосом, начала рассказывать о том, что видела той злополучной ночью. Её рассказ был сумбурным и отрывочным, но в нём мелькали важные детали, за которые Шишка и Костя жадно цеплялись, словно утопающие за соломинку. Возможно, эта старая женщина и была тем ключом, что откроет дверь к правде.
Сердце Шишки забилось чаще. Он чувствовал, как с каждым словом бабушки, туман неизвестности рассеивается, обнажая уродливые очертания правды. Костя стоял рядом, записывая каждое её слово в блокнот, его лицо оставалось непроницаемым, но Шишка видел, как напряглась его челюсть. Они оба знали, что эта ниточка может привести их к очень опасным людям.