Иван Вологдин – Война орденов. Время Орды (страница 53)

Я старался экономить речь, чувствуя, как некоторые грани моего кристалла, чернеют от натуги, нарушая внутренний ток. Сказывалось и приличное расстояние творимого колдовства.

— Где Баир? — спросил я толпу, стараясь не обращаться ни к кому персонально.

— У себя в юрте! — ответили мне нукеры на разные голоса.

— Старика отпустить немедля, и очень быстро! А я пойду, отчитаюсь тысяцкому.

Баир ничего и не понял, когда самый верный соратник, воткнул саблю ему в брюхо, несколько раз провернув клинок.

Тело Джебэ и тело Баира упали на ковры практически одновременно, и на грани слуха я услышал, как в отчаянии воет душа верного воина, посылая проклятия ненавистному роду колдунов.

Справится с монголами, сопровождавшими Ярополка, не составило особого труда. Никто и не думал о погоне. Весь лагерь, даже издалека, напоминал всполошенный рой, едва весть о гибели военачальника облетела ряды верной тысячи. Это не так интересно. Примечательно другое.

Едва последний монгол упал, срубленный ударом в горло, как я уткнулся глазами в неодобрительный взгляд старика:

— Шалишь, Гамаюн. Лезешь в те области магии, из которых можно и не вернуться.

— Неужто спасению не рад, отче? Чем я заслужил твой гнев?

— Помнишь, еще в посольстве ты мне и Александру Ярославовичу историю одну поведал о деве, именем Варвара, которая на тёмную сторону переметнулась в погоне за силой?

— Помню отче…

— Одной такой ворожбой в Светлую Поляну ты себе надолго ход закрыл. Подумай над этим, когда по Тёмной Поляне во сне загуляешь. Ничего в этом мире не происходит просто так. Ну что встали? Ехать треба!

— Подожди, Ярополк. Нужно еще в одно место заехать. Казну Ордена забрать.

Глава 9

Стремительный взлёт и страшное падение

Клада, взятого у вожака волко — людей, хватило на то, чтобы полностью заменить старые укрепления, опоясывающие обсерваторию, с незапамятных времен. Мы возвели самые настоящие, бревенчатые стены, по всем правилам строительства фортификационных сооружений, с глубоким рвом и крутыми башнями, обороняющими нашу новую цитадель.

Хватило денег на то, чтобы и само здание обсерватории превратить в небольшой, каменный кремль, расширив как общую площадь здания, так и внутренний двор, который надежно скрыли новые бастионы.

На этом деньги кончились, однако начало было положено. Пришлось искать новые источники финансирования, завершив строительство и первое обучение Алых Орденоносцев к году 1251 — у, году рождения моего первенца, Владимира.

Набрав самых способных учеников, мы отправились на заработки, вычистив близлежащие деревни от тёмных сил. От расшалившихся леших, кикимор, водяных, которые особо докучали живым людям, используя мелкую нежить как тренажер для нового поколения наших соратников.

Выбили и угнали в степи пару бандитских групп, терзавших дороги Рязанского княжества.

Мы заработали первую хорошую репутацию, и слух о нас полетел по всей Руси. На помощь пришло так называемое «сарафанное радио» и из уст в уста по городам и сёлам полетела весь о новой силе, возникшей на границе русских княжеств.

Миряне говорили, что новый, загадочный Орден ведунов, легко отдает своих соратников в наём. Вскоре, подобные новости долетели и до ушей знатных князей, которые выискивали всё новые и новые силы, для того, чтобы уничтожить конкурентов в бесконечных междоусобных конфликтах. А на войне, как говорят, все средства хороши.

И началось…. в 1252 году потянулись на границу Рязанского княжества, через лесную чащу и одинокие путники — авантюристы всех мастей, с просьбами разрешить им членство в новом Ордене. И целые семьи, которые считали, что поражены порчей или сглазом и даже многолюдные свиты знатных людей, чаще всего прикрывающих лицо от глаз других.

Некогда вымерший регион ожил, так как многие, получив отказ в найме, тут же оседали у стен новой крепости, чему мы не чинили препятствий, избрав маскировку обсерватории под православный монастырь, хоть это было и лишнее, так как особой скрытности в нашем местоположении не было.

Пошли и первые скромные доходы, которых едва хватало на то, чтобы перекрыть текущие нужды, добыть провиант, и сладить единую форму для всех, общим, определяющим элементом для которой стали ярко — алый плащ и эмблема на груди, которую я описывал в самом начале.

Нужно было что-то предпринимать и в 1253 году, взяв с собой пятьдесят отборных воинов и оставив хозяйство на Феофана и Сергия, а процесс обучения на Ярополка, мы отправились на заработки по всей великой Руси.

Поход завершился в следующем году, на протяжении которого мы были вынуждены ввязываться в мелкие войны между городами и торговыми людьми. Это было низко, но это было необходимо для общего развития Ордена, и поэтому, переступая себя, мы привезли из похода богатую серебряную казну, затеяв строительство с новой силой.

1254 год. Первые воины и ведуны, получив уникальные навыки, рвались в бой, за славой и богатством, что мы решили использовать себе по благо, отдавая особо подготовленных соратников в платное услужение князьям. Почти все они исправно платили семьдесят процентов полученного дохода в казну Ордена, выполняя мелкие, щепетильные поручения своих новых властителей.

Были и предатели, которые, сколачивая состояние, попросту растворялись в мире, поправ все договоренности. Их мы не винили, прекрасно понимая, что полностью контролировать всех послушников не имеем ни малейшей возможности — настолько многолюдным стал Орден за пять полных лет.

В 1255 году мы выкупили крепость в Киевском княжестве и в земле Новгородской, куда отправился Ярополк, мотивируя это тем, что ему хотелось бы дожить остаток лет своих на родной земле.

Теперь мы могли похвастать тем, что у нас были свои места в нескольких княжествах. Это дорогого стоило, а поэтому пришлось расширять спектр услуг, предоставляемых Орденом.

Мы стали выполнять и полноценные заказы и в 1257 году, по зову Александра Ярославовича участвовали в подавлении восстания в Новгороде, которое вспыхнуло среди населения по поводу политики, проводимой Великим Князем.

Наш тайный покровитель, к этому времени, занял самое высокое положение среди князей на Руси и никто не мог противиться его силе. В 1252 году, после второй поездки в Орду, Александру Ярославовичу Невскому достался и Владимирский престол, что делало его единовластным правителем всея Руси.

Он и раньше проявлял к Ордену видимую лояльность, но в 1257 году, когда мы в открытую поддержали его, противясь Новгородской смуте, Великий Князь стал лично курировать вопрос о финансировании Алого Ордена, на который рассчитывал опереться, в случае большого конфликта.

Я и не заметил, как алчность поглотила меня, вынуждая выискивать всё новые и новые формы дохода. Изначальные идеи забылись, замусолились в звоне серебряных и золотых монет. Реальная власть туманила разум, что вызвало ряд междоусобных конфликтов в цитадели Ордена, где часто моим решениям противились благоразумные Сергий и Феофан.

Воистину власть — худший, опаснейший наркотик! Она затуманивает разум, подсаживая на дурман всё возрастающего влияния и лишь немногие способны справляться с её соблазнами.

Очевидно, что повзрослевший Александр Ярославович, также не смог противостоять её влиянию, и был заинтересован только в личной силе.

К стыду своему признаю, что уже в 1258 году, принимая из рук Каны второго сына, а в 1259 году дочь, я думал лишь о том, как же мне обезопасить собственную семью, в погоне за своими интересами, забыв об интересах страдающего народа.

Когда твой брат только учился ходить, ты, Владимир, с малых лет получал невиданную подготовку от лучших учителей Ордена. К девяти годам ты бегал без устали, рубился деревянным мечом и настолько преуспел в магии, что намного раньше своего беспутного отца проучил своего первого лешего.

Я так гордился тобой, но всё не мог усмирить набранный мною же разгон, вынужденный пребывать в отъездах по десять месяцев в году.

В 1262 году наши соратники без зазрения совести подавили ряд восстаний в Ростове, Суздале, Владимире и Ярославле, которые возникли против сборщиков монголо-татарской дани и откупщиков, после чего весь процесс сбора дани передан русским князьям, что позволило достаточному количеству серебра оседать уже на территории Руси.

Это было крайне выгодно для многих властителей, что позволило потихоньку начать выправлять внутренние дела. Так, в очередной раз, на горе и крови народа, сильнейшие люди земли русской, выправили общее плачевное положение дел, не потеряв свою репутацию в глазах Великих Ханов Орды.

В этом же году первая тысяча Ордена учувствовала в составе литовских и русских дружин в сражениях с европейским конкурентом — Ливонским Орденом, где помогла одержать ряд убедительных побед.

В этом походе, от старости, умер мой добрый друг и соратник Ярополк. Это печальное для Алого Ордена событие произошло на обратном пути, после чего руководителем Новгородской цитаделью был избран неизвестный мне соратник Иван Вологодский, которого пришлось тихо устранить из-за разницы во взглядах.

С растущей властью и влиянием мы превращались в ту силу, которая была способна сдвинуть устоявшееся положение вещей. Что еще нужно было в век всеобщего хаоса и рабства? Только жесткие, четкие, страшные меры по скреплению расползавшихся союзов.