Иван Валеев – Меж бессмертных и неживых. Сборник рассказов (страница 4)

Судя по всему, территорию зоопарка в прошлом обстреляли из минометов, потом стащили на нее множество старых, никому не нужных гаражей и трейлерных вагончиков, а потом снова обстреляли. И так восемь раз. И над всем этим хаосом арматуры, бетона, асфальта и листового железа возвели статую: высоченный, собранный из пластиковых труб каркас медведя. Медведь стоял на задних лапах, держа в передних подобие восьмиствольного пулемета. На голове медведя росли довольно большие рога.

Нет, Маяковский – понятно… А этот-то что писал?

Кира не обманула. В «Зоопарке» действительно было скучно. Вернее, было бы – для постоянного посетителя. А вот любого новичка вроде меня посещение подобного клуба наверняка выбьет из равновесия. Уже от самых дверей – взглядом оранжевых глаз, упершимся в меня с тигриной морды.

Обычная тигриная морда: полоски, усы, клыки… Ну, может быть, чуть поменьше настоящей, чтобы быть пропорциональной вполне человеческим плечам, на которых она сидела. На столь серьезный бодмод решится не каждый. И не каждому он по карману.

Тигриная морда шевельнула бровями.

– Привет, – выдавил я.

Тигр кивнул, и я прошел внутрь. Пол под ногами чуть поскрипывал, лампы над головой горели через одну. Множество серых столиков и стульев. По стенам – картины, нарисованные, по-моему, пальцами наименее трезвых посетителей. Кроме меня, здесь было всего двое посетителей.

Бармен за стойкой бара выглядел вполне по-человечески. Пусть и с металлическим протезом на месте правой кисти.

– Приветствую! – сказал он. – Что будете?

– Добрый… этот… день. Если можно – кофе.

– Соевый?

– Угу…

Бармен занялся готовкой, а я оглянулся через плечо. Тигроголовый внимательно, не мигая, наблюдал за мной.

– Ваше кофе.

– Спасибо. Сколько?

– Девяносто.

– Недорого, – удивился я и, доставая из кармана дебетку, сказал тоном ниже: – Извините. Тот гражданин с тигриной головой – он все еще смотрит мне в спину?

Бармен бросил взгляд поверх моего плеча и коротко кивнул.

– А почему?

– Во-первых, это его работа. Во-вторых, вы здесь впервые. И в-третьих, чистюли у нас редкость. Этих причин хватит?

– Э… Пожалуй. А что, заметно?

– Ему – да.

– Принято, учту.

Я подхватил стакан с кофе и отправился к столику у забранного пластиковым щитом окна. Тигриная голова медленно повернулась, продолжая просвечивать меня насквозь.

Ну и что дальше, па?

Сетик напомнил о себе, и я едва не расплескал кофе. Под взглядом оранжевых глаз поставил компьютер на стол, вытянул клавиатуру, включил экран и сунул в левое ухо наушник. Видео-вызов. Дай-ка угадаю…

– Неплохое местечко, верно? – спросил отец. – Хотя я подозреваю, что ты пришел туда в неудачное время, и ничего интересного вокруг не происходит… Ну да это дело вкуса. Значит, ты здесь (не с пустотой же я говорю, правильно?) и ждешь нового задания. Вот оно. Ты должен отыскать «Сумеречный сад». Там есть кое-что на твое имя. И некоторые инструкции в придачу. Все, до скорого. – Он усмехнулся и добавил: – Никогда не верь…

Договорить ему не дали. В ухо ударила волна белого шума, экран зарябил. Я выдернул наушник и отвернулся, зажмурившись.

Кто-то кричал.

– Эй! – раздался голос бармена. – Что за хрень?! Вить!.. Вить, что с тобой?

Я открыл глаза. Оба посетителя – один еще сидел за столом, другой уже под ним – стонали и держались за головы, тигр-охранник бесшумно сполз по стене на пол. Бармен подскочил к нему, потом обернулся ко мне.

– Ты!!! Что ты наделал?!

– Это не я! – проорал я в ответ и продемонстрировал ему экран сетика.

Свистопляска как началась, так и прекратилась. Теперь экранчик был абсолютно мертвый.

– Это не он, – подтвердил тигроголовый, открывая глаза.

Его голос был на удивление безжизненным. Машинным. Неудачная операция на связках?

– Ты в порядке? – спросил его бармен.

– Да, Лех, почти… Сейчас. – Охранник сел, помотал мохнатой башкой и встряхнул плечами. – Здорово долбануло. Это на него было нацелено.

И он мотнул башкой в мою сторону. Бармен нахмурился:

– Ты же сказал, что он чистюля…

– Да.

– Тогда на кой черт?.. Его даже не зацепило.

– Значит, те, кто поставил ловушку, не знали об этом. – Тигроголовый поднялся на ноги и обратился ко мне: – Не знали, а?

Я только плечами пожал. Мне-то откуда знать? Может, это было что-то вроде отцовского напутствия, чтобы лучше запомнил. Но делиться подобными соображениями не хотелось.

– Что такое «Сумеречный сад»? – спросил я.

– Мавзолей, – отозвался бармен после паузы.

– А где это?

– Где-то в сети.

– Как «Баррикада»? – спросил я.

– И незачем так орать, – пробурчал бармен негромко. – Да. Только войти можно откуда угодно…

– Только не отсюда, – добавил тигроголовый. – И запасись нормальным софтом.

– Понял. Кофе-то можно допить?

– А, что с тебя взять! – махнул бармен рукой. – Допивай… И проваливай!

Дождь прекратился.

Лавируя меж повыползавших на улицу неторопливых москвичей, я вернулся в «Маяк», кивнул Маяковскому и поднялся в комнату. Вроде бы никто не заходил. Я осмотрелся и подсел к столу.

Сетик сдох. Если каждый день мне будут гробить компьютер, то дольше трех дней не протяну – деньги кончатся. И придется возвращаться, так ничего и не выяснив.

Искушение.

Я спустился вниз и обратился к Маяковскому:

– Не подскажете, где тут можно перекусить без вреда для организма?

– Без вреда – нигде, – категорично заявил он. – Но вы можете прогуляться вниз по улице до «Двух собак». Там можно даже настоящую котлету съесть… если вы, конечно, не очень боитесь крыс.

– А чем их кормят? Человечиной? Тогда я пас.

– Сейчас даже сою кормят человечиной.

Я поморщился, но он, конечно, был прав. Потом вспомнил про сетик, который лежал в сумке на плече.

– Да, и еще такой вопрос. Где-нибудь можно найти вменяемого компьютерного мастера, который не будет пытаться надуть приезжего лоха? – Маяковский поперхнулся, и я торопливо добавил: – О присутствующих ни слова.

– Ну… А что стряслось с вашим компом?