Иван Валеев – Меж бессмертных и неживых. Сборник рассказов (страница 6)
Я потер лицо. Выжат как… Как не знаю что. Как соевый лимон.
Ностальгия по ампутированному естеству, надо же! Интересно, а в зависть она может развиться? В ненависть?
Кое-в-чем ты, па, ошибся. Слухи о пересадках мозгов ходили давно. Иногда они настолько дикие, что начинаешь верить. Скажем, этот мужик из совета директоров… Петронов, кажется. Ему же все лицо перекроили…
А не сошел ли он с ума? Отец, я имею в виду.
Я улегся на койку и уставился в потолок, припоминая, как он выглядел и как себя вел. Только сравнивать особо не с чем. Да, на психа не похоже, но если бы каждый псих был похож на психа, жизнь стала бы намного скучнее.
– Ну что, сынок, ты уже начал действовать? – спрашивает отец, наклоняясь надо мной.
Я задираю голову.
– Привет, па.
Голос звучит приглушенно и неестественно.
– Конечно, начал, – встревает отец. – Ты посмотри, как устал. Не мог же он просто так устать?
– Слушай, па, я спать хочу…
– Ты тормозишь, – перебивает отец. – Неизвестно, сколько времени осталось, и сколько часов или дней из них ты проспишь.
– Каких, в жопу, дней? – возмущаюсь я. – Па, ты меня как разбудил, так я с тех пор не сплю, мотаюсь только, как!.. Дай поспать!
– А ты поставил будильник?
Я пытаюсь встать. Не выходит. Ни рук, ни ног… выгибаю шею, смотрю назад. В глазах у меня двоится.
Стул в перевернутой комнате всего один. Поэтому отец-а сидит на нем, а отец-б устроился на столе, скрестив по-турецки ноги.
– Ну и кто из вас па? – спрашиваю я.
– Он, – говорят они хором, кивая друг на друга и смеются.
– Но я могу усыновить тебя, – заявляет тот, что сидит на столе.
Я открыл глаза. Четыре с копейками. Сволочи. Оба сволочи. Как будто мне с одним проблем мало.
Интересно, на кого они кивали?.. Я вспомнил этот их жест. Повторил.
Не друг на друга. Скорее куда-то за спину. Я мрачно посмотрел в ту сторону. Дверь. Ну не Маяковского же они имели в виду?! У, две с-собаки…
– Кофе. Срочно.
Я набрал номер человека, подписанного как DrBenway. «Защищенное соединение». Прекрасно. После некоторой паузы выскочило сообщение: «Подключитесь либо воспользуйтесь очками. У вас пятнадцать секунд. Время пошло».
Твою мать. Я поспешно натянул перчатки, надел очки, включил. Уложился в двенадцать.
…И оказался в операционной. Почти настоящей. Почти настоящий доктор с кровавыми отпечатками ладоней на белом халате взглянул на меня.
DrBenway: Слушаю?
Я: Здравствуйте.
DrBenway: Кто слил тебе этот контакт?
Я: Тот, кто посоветовал обратиться к вам.
DrBenway: Не рекомендую шутить, малыш. (Он шевельнул пальцами. Перед глазами поплыло.) Кто?
Я: Отец.
DrBenway: Кто у нас отец?
Я: Андрей Меньшиков.
DrBenway: Ну-ну.
Я: Это просто аватара.
DrBenway: Вижу. Что же тебе надо, сиротинушка?
Я: Взгляните. (Я протянул ему «мину». Он взял, помолчал секунду.)
DrBenway: Будь я проклят!!!
Вот поэтому чистюль-хакеров практически не бывает. Мы не можем вот так взять и мгновенно окинуть взглядом, проанализировать и понять хоть сколько-нибудь приличный объем данных.
DrBenway: Откуда он это увел?
Я: Черт его знает… А что это?
DrBenway: Мозговой слизень. Лады, парень, дальше я сам.
Я: А я?
DrBenway: А ты… (Он щелкнул пальцами.)
Вокруг закружились цветные вспышки и образы – и я провалился вниз.
Открываю глаза – и тут же зажмуриваюсь. С низкого потолка бьет яркий свет. Затылок ноет, в ушах шумит. Полный набор…
Не открывая глаз, пробую сесть. Не сразу нахожу, куда спустить ноги. Направо. Слева жестковатая спинка того, на чем я лежу. Сажусь. Штормит. Откидываюсь на спинку. Очень сильно штормит. Перед глазами плавают большие цветные прямоугольники.
Сильно дергает вправо, и я больно прикладываюсь ухом к чему-то прохладному и твердому.
В ухе раздается приятный женский голос.
«Станция Комсомольская. Переход на Сокольническую линию и выход к вокзалам Ленинградскому, Ярославскому и Казанскому».
Как – Комсомольская?
Открываю глаза. Напротив – стекло, за стеклом – пустой темный вестибюль станции Комсомольская-Кольцевая. Рядом – открытые двери вагона. Между дверьми и стеклом – выцветшая схема московского метрополитена.
А как я сюда попал? Бе-е-езнадежно…
«Осторожно, двери закрываются, следующая станция Проспект Мира».
А, иди ты… Встаю, подхожу к схеме. Получается, мне через одну, если принять, что я еду в «Маяк». А если…
Трясу головой. Надо все-таки спать больше. А то так вот сядешь в метро… Потом ляжешь… А потом проснешься – а тебя нет. Свистнули и пересадили мозги какого-нибудь старого пердуна с большим мешком денег.
На чем я остановился? А, «Сумеречный сад»… Доктор Бенвей, Рыжая Ведьма, Никодим… Негусто.
«Станция Комсомольская. Переход на Сокольническую линию и выход к вокзалам Ленинградскому, Ярославскому…»
– Э! – говорю я вслух. – Ты что, с ума сошла? Какая еще Комсомольская?