Иван Суман – Чёрная обсессия (страница 5)

Псу пришлось уступить. Он никогда ещё не видел такой животной злобы. Красные от слёз глаза будто принадлежали не тихой хозяйке, а яростной демонессе. Марс злобно ощетинился, зарычал, показывая своё недовольство, но покорно отошёл и улёгся в углу зализывать лапу.

Казалось, Ева выплакала из себя все силы. Она уже двигалась чисто на автопилоте. Сложившаяся ситуация подкосила её. Спустя несколько минут гипнотизирования точки на полу, Ева поднялась и пошла в кухню. Нагревательные детали от электрочайника были разбросаны по полу, поэтому пришлось кипятить воду по старинке, в кастрюле. Из посуды мало что уцелело, но всё же жить можно.

Пока грелась вода, Ева взяла мусорные пакеты и стала их заполнять уже бесполезной утварью. Чтобы не чувствовать себя снова одинокой, она включила на телефоне радио. Там как раз начался выпуск новостей:

«Добрый вечер, дорогие слушатели, на часах 17:00, а это значит, что настало время очередной сводки новостей на Лайв ФМ. Что же произошло у нас к этому часу, Анастасия?»

«Спасибо, Дмитрий. За один час в мире прошло уже целых шестьдесят минут, наполненных интересными и не очень событиями. И я вас с ними ознакомлю. Начну с главной новости дня: новый голос поколения, победительница конкурса «Голос России» певица Сандра отличилась несвойственной ей выходкой, а именно – сломала нос одному из журналистов, что хотел поймать её ради фото около торгового центра. Блогер «КноуБой», задержанный в нетрезвом состоянии за рулём, готов высказаться перед общественностью. Фильм «Буревестник» с Мэттью Шонне штурмует российский прокат и претендует на новый рекорд. Предвыборная губернаторская гонка в Тудойской области набирает обороты: кандидат Борзов пожертвовал более ста миллионов рублей в различные социальные фонды, чем ответит его главный конкурент? Об этом и ещё о кое-чём другом вы услышите прямо сейчас, не отключайтесь».

Ева прослушала новость о Сандре и выключила радио. В принципе, ничего нового в репортаже не прозвучало. Сандра просто выходила со своим менеджером из ТЦ и была атакована надоедливым папарацци. Важен тот факт, что с образом миловидной и доброй певицы сломанный нос никак не вяжется. Конечно, она была немного груба в больнице, но наверняка это был нервоз от общей ситуации. Ева чувствовала, что суть совсем в другом.

Пока она пила чай и наводила дома уборку, в голове складывался своеобразный паззл: и она, и Марс, и Сандра явно стали раздражительнее ко всему вокруг. Причиной, конечно же, был тот случай в парке. Но почему это происходит? А что, если эти изменения ощущают и другие?

Собравшись с силами, Ева надела намордник на Марса, и вдвоём они двинулись в сторону парка. Надо же с чего-то начинать. Рассчитывать на сиюминутную разгадку было напрасно, но нутро подсказывало ей, что эта прогулка точно даст кое-какие ответы. Или «задаст» новые вопросы?

На город ложился туман. Из-за него в совокупности с вечерним сумраком видимость стремилась к нулевой. Тем не менее на Марсе это никак не отразилось. Он тянул хозяйку вперёд будто ищейка, уловившая запах добычи.

Но и сама Ева с каждой секундой открывала для себя новую палитру ароматов. Булочная на углу, конечно, доминировала в этом букете. Но, помимо этого, Ева чувствовала пот мужчины, идущего через дорогу, выхлопные газы от едущего в двухстах метрах от неё автобуса, духи дамы на втором этаже новостройки, канализацию, естественно, и…

Он чувствовался всего одно мгновение, но забыть его было невозможно. Едкий, обжигающий слизистую оболочку запах, который она чувствовала перед тем, как очнуться в больничной палате.

Что это был за запах? Почему она не помнит последние минуты перед обмороком? Ответ был рядом. И он связан с этим запахом. Марс, видимо, тоже его учуял и нёсся в парк как выпущенная лучником стрела.

Вот они наконец добрались до роковой скамейки. Еле уловимый колючий запах уже почти выветрился. Как ни старалась, Ева не могла вспомнить, что именно случилось в тот вечер.

Около десяти минут они просто ходили вокруг скамьи, пытаясь найти хоть какую-нибудь мелочь, которая могла бы помочь, но безуспешно. Ева обшарила кусты и в одном из них нашла чистый кухонный нож. Она разглядела его, но не найдя ничего интересного, отшвырнула в сторону. Пока Ева прокручивала в голове предположения, каким образом кухонный нож мог оказаться в кустах в парке, Марс учуял что-то. До Евы новый запах дошел не сразу, но после того, как и она его ощутила, то никак не могла избавиться от него.

Это был смрад, сочетающий в себе кисло-сладкие и в то же время потные ноты. Смесь грязных носков, алкоголя, мочи и протухшего мяса. Из-за дерева, тяжело дыша, вышло нечто, напоминающее двухметрового медведя. Существо неуклюже пробиралось сквозь кусты, а каждый его шаг гулом отдавался в темноту. Марс приготовился к прыжку, оскалил пасть и выгнул спину. Взгляд собаки стал яростным, клыки прямо на глазах у Евы вмиг выросли на добрые полсантиметра.

– Успокой свою псину, девочка, – пробасил незнакомец.

4.

Ева прищурилась в попытке разглядеть лицо через заросли черных волос и густой бороды. До неё не сразу дошло, что она уже видела когда-то этого человека. Только тогда он спал на скамейке, когда Ева и остальные пытались привести парня в чувство.

В прошлый раз у неё не было времени рассматривать его, но сейчас девушка не зря отметила его сходство с медведем. Он был ненормально огромным, выше двух метров ростом. Массивное тело без особого труда сносило кустарники. Казалось, он их даже не замечал. Поверх грязного тулупа была надета шерстяная жилетка, выглядевшая так, словно до нынешнего хозяина её носило уже минимум семеро, а он просто снял её с окоченевшего трупа последнего. Ноги были «украшены» громоздкими ботинками. Даже шапка на голове казалась больше стандартной в два раза.

– Прошу прощения, Вы – Конь? – неуверенно спросила Ева

– Ох, как я не люблю эту кликуху. Но если тебе будет проще, то – да, это я.

– Вы что же, тут и живёте? Или Вас что-то привело сюда в такой час? – Ева старалась ни на секунду не отвлекаться. Нутро ей подсказывало, что приближается что-то опасное, поэтому она держалась на расстоянии и потихоньку отходила назад. Удивительно, но в парке не было и следа от того тумана, что застал девушку недавно.

– Вообще, я всё ждал, когда же кто-нибудь из вас таки догадается сюда вернуться. Но не ожидал, что ты будешь первая.

– А почему кто-то должен сюда прийти? Чего Вы ждали?

– Ну как же. – Конь продолжал приближаться к скамейке. – Ты же тоже это чувствуешь.

– Что чувствую? – у девушки пересохло во рту.

– Перемены.

Он посмотрел на неё, и Еве показалось, что она увидела в его черных как смоль глазах красные блики. Девушка списала это на отсвет от фонаря. Меж тем великан продолжил:

– Ты спросила, почему кто-то должен сюда прийти… Ну, наверное, чтобы найти ответы. Что же произошло в тот вечер.

– А Вы знаете, что произошло?

– О, да. Я всё видел. Лежал неподалёку. На вон той лавке. Это вы разбудили меня своими воплями тогда. «Спасите! Помогите!» – он попытался передразнить женский голос, что вышло чересчур комично. – И я видел ВСЁ.

– Последнее, что я помню, как мы пытались спасти его. Подскажите, пожалуйста, что было дальше?

– А дальше ты исчезла, но вернулась с этой бегуньей. Вы начали давать парню воды, но у мужика вдруг запищал чемодан. Что лежало внутри я разглядеть не смог. Но он начал паниковать, а потом… Ты что, нервничаешь, что ли? Я отсюда чувствую, как ты вся вспотела.

Только после слов великана Ева поняла, что футболка уже прилипла к спине. От дуновения ветерка девушку прознобило, а по коже пробежали мурашки. В тот же миг к Еве начали возвращаться смутные воспоминания. Будто вспышками в её голове показывались фрагменты утратившейся памяти.

– Так что потом-то?

– А потом вас всех заволокло туманной дымкой из того чемодана. Я понял, что это что-то нездоровое, и попытался убежать, пока был шанс. Но далеко уйти не смог. Очнулся уже в больнице. Мне пришлось свалить по-тихому, когда врачи сказали про мусоров. Сама понимаешь, с такими, как я, они долго не разговаривают.

Снова воцарилась тишина. Лишь ветерок продолжал лениво гладить листву деревьев. Ева, словно паззл, складывала по кусочкам утраченные события.

– Кажется, его зовут Валерий, того учёного. Фамилию он не называл. После той встречи в больнице я его не встречала.

– Валерий, значит… – задумался Конь, – А ты, деточка, скажи, ты помнишь, что было у него в чемодане?

– Да. Я вспомнила. – Это пришло как озарение, даже не пришлось напрягаться. Картинка сама всплыла в памяти. – Там были серебристые баллоны с газом, провода, панель с кнопками, и Валерий постоянно говорил, что нужно включить автозаморозку. Потом порвался клапан, и всё взорвалось.

– Хм-м-м, это всё?

– Д-да. – от неприятной сухости в горле девушка запнулась. – Да. Думаю, это всё.

– Ну что же, значит, учёный Валерий и баллон в чемодане… Ты меня, конечно, извини, деточка, но я уже не могу сдерживать свой голод. О Валерии я позабочусь сам, а тебе просто в очередной раз не посчастливилось оказаться здесь в неудачное время…

На этих словах Конь расставил ноги и поднял лицо вверх, будто к чему-то принюхиваясь. Его нос стал медленно увеличиваться в размерах и покрываться густой шерстью. Череп тоже стал менять форму на более округлую, уши сползли чуть ниже, изо рта показались острые как пики клыки, глаза почернели и чуть впали вглубь черепа. Сам Конь увеличился в размерах на добрый метр и стал походить на грозного гризли. Вместо человеческих рук теперь из рваного тулупа выглядывали лапы с длинными искривлёнными когтями. Мощные ботинки разошлись по швам, высвобождая волосатые ступни. Чудище издало громогласный рык. Это было нечто большее, чем рык медведя. Глубокий, покалывающий в ушах звук, низкий и резонансный, после которого всё вокруг замолкло, словно поглотилось тишиной.