Иван Шишкин – Случайный попутчик (страница 63)
Конечно, в большом порту не бывает уж совсем спокойно, на то и порт. То в кабаке, то в «Игорном доме» задерутся… Воинской стражи прибавилось… А еще по весне то в порту, то в Гавани, а то и в жилом городе находили зарезанных или задушенных людей, иногда со следами пыток, но все они были не портовые, а приезжие люди, то ли гили, то ли чуги. Никто о них не хлопотал и не печалился, а позже и резать-душить перестали, словно кто-то успокоился, всех передушив-перерезав.
К середине длинного лета, когда стало понятно, что год для торговли хороший, деньги будут, горожане повеселели и понемногу начали тратить денежки, тем более, что появился новый товар. Братья стекловары, Старший и Младший, как-то отдали на показ и продажу лавочнику Пипперу новый стеклянный товар, называется «бисер» – маленькие разноцветные стеклянные шарики с дырочкой посередине. Нитку проденешь сквозь шарики – получается цветная ниточка. И плети из нее чего хочешь. Цена за меру – серебрячок. Женщины в порту и Гавани как с ума сошли. Иные – на большой серебряк накупали этого бисера. И начались среди них соревнования – и по узору и по цвету. На платья, на голову, браслеты себе выделывают. Пиппер – он теперь богач, господин Пиппер. И стекловары тоже. Но секрет, как такое красивое цветное стекло сварить и как маленькую дырочку точно посреди шарика просверлить, стекловары никому не открывают. И правильно – товар тогда в ходу, когда редкий.
Лето – хорошее время. Вечер длинный, тихий. Еще светло, и приятно-прохладно по сравнению с днем. Перед сном многие горожане по улицам гуляют, орешки привозные грызут, сладкие корни покусывают или около домов сидят, разговаривают, рассказывают, кто что слышал. Кому шума и суеты днем мало – идут на Площадь, там фокусники, зверинец маленький, новости кричат, мед, привозное молоко, орешки и корни продают все ночь. «Игорный» и «Веселый» дома неподалеку, опять же… А когда раздается цокот копыт и через Площадь на своем вороном шагом проезжает Принцесса по дороге к сторожевой башне над Гаванью – на закат посмотреть – это как сигнал, что вечер заканчивается. Принцесса сидит на коне как влитая, спина под летним плащом прямая, голова гордо поднята, поводья в левой руке. Ей бы еще копье или пику в правую руку – Страж Мира, как в сказке. Отвечает на приветствия вежливым кивком головы, платком укрытой. Слева от Принцессы всегда шагает Чужак, господин Каддет. Тоже вежливо кланяется. Говорят, поднявшись на башню, Принцесса снимает с себя платок, закрывающий ее лицо, но этого никто не видел. Сам Глава порта специальным решением разрешил им подниматься на сторожевую башню без провожатых. Никто не знает, почему Чужак задержался в порту Дикка, почему делами порта занимается, почему не возвращается на свои Холодные Земли с Принцессой. К ним уже привыкли. Принцесса теперь ходит без большой охраны, за ней всегда только один человек, и тоже с закрытым лицом. Зовут Валей. Не слуга, не помогает Принцессе корзинку с поклажей нести. Метатель ножей. У него на груди и спине в ножнах открыто восемь ножей лежат. Опять же – по специальному разрешению Главы порта. Когда они первый раз появились, за спиной Принцессы кто-то из приезжих на Торговом Рынке что-то не то сказал. Принцесса услышала, остановилась и кивнула головой. Валей очень быстро бросил нож вверх, почти не глядя. Чайка прямо под ноги ему упала. Больше никто ничего вслух о закрытых лицах Принцессы и Валея не говорит.
Лорд Барк с большой охраной подъезжал к порту Дикка в пассажирской повозке. Последний перегон кажется самым длинным, мысли торопятся, крутятся в голове быстрее колес повозки, и от этого возникает раздражение и томление. А еще хочется вымыться, поесть вкусной пищи, полежать на мягкой кровати в прохладной комнате. Лорд возвращался в порт Дикка в новом ранге – лорда Специального Посла Короля Стерры. Практически Король передал ему свои полномочия: на территории порта Дикка для всех подданных короля лорд Барк был сам Король. В двойном днище его тяжеленной повозки были королевские золотые и драгоценные камни – часть денег войны, как назвал их Король.
Когда в конце весны, после крушения планов чугов и пиратов, но со знанием стратегического плана Императора чугов, лорд с тяжелым сердцем покидал порт Дикка, он готовил себя не только к очень трудному разговору с Королем, он готовил себя к тому, что мог увидеть в Стерре. Увиденное потрясло его еще сильней, чем он опасался. Дороги были в плохом состоянии. В случае затяжных весенних дождей грязь остановит и воинов и боевую технику. Завалы на узких горных тропах в обход главных дорог еще даже не были построены. Строительство сторожевых башен, которые могли бы сдержать быстрое наступление врага по двум дорогам к столице, даже еще не было начато. Лорды только еще собирались – после осенних работ второго урожая! – начать подготовку из крестьян ополчения. Они не занимались укреплением своих собственных замков! Благодушие и лень! Только генерал Варра укреплял Пограничные Ворота. Но силами воинов. А они должны были при строительных работах беречь свои руки, ноги и головы. Поэтому работа шла нетерпимо медленно. Набор в армии шел плохо. Опытных боевых офицеров и генералов – не было! Чего было в достатке – оружия и денег.
Когда лорд преклонил колени перед своим Королем с радостной улыбкой подходившего к нему, другу детства, он боялся, что Король увидит слезы в его глазах. Слезы лорда Баре упали на вышитые узоры на воротнике кафтана Короля, когда они обнялись. Хорошо, что прием состоялся в личном кабинете Короля и без свидетелей. Потому что, выслушав рассказ лорда Барк, а затем прочитав и перечитав сообщение чуга-предателя о плане Императора, Король не скрыл своих слез.
Когда Король уже в зрелые годы все еще был принцем-наследником своего престарелого отца-Короля, вместе с лордом Барком и оруженосцем Кьюрриком он прошел, где ногами, где верхом на лошади, буквально по всем городам, городкам и поселкам своего будущего королевства. Конечно, скрыв свой титул. Погонщики, мелкие торговцы или перепродавцы, отставные воины… За неполный год путешествия они все трое вжились в эти роли. Они своими глазами увидели беззаконие местных властей, продажность судей, безнаказанность воров и бандитов, безразличие лордов-поручителей, равнодушное терпение сыто живущих простолюдинов и мастеровых. Но тут же рядом они встречали и живые глаза, видящие все то же, что и высокие лорды, и недоумевающие. И ждущие ответа на свои вопросы, даже неявно заданные. В случавшихся иногда – очень редко! – откровенных беседах люди говорили: «Король об этом не знает. Если бы он знал – он бы помог нам, НАШ Король!» В том путешествии лорд Барк тоже однажды видел слезы принца-наследника. Это случилось, когда принц понял, какая тяжесть и какой труд лягут на его плечи. Став Королем, принц жестокой рукой подавил самые крайние и вопиющие извращения – там, куда дотянулась его рука. Лорд Барк, принявший пост Верховного Прокурора, отправил на плаху и на каторгу многие сотни воров, грабителей и бандитов, сотню судей, семь лордов, одного герцога – родственника Короля. Самая легкая кара за нарушения законов Короля, указов Короля, кражу у Короля – конфискация всего состояния. Люди больше всего дорожат своим состоянием. Прошло три года – тяжелая повозка королевства Стерра чуть сдвинулась, выбираясь из засасывающей грязи. И тут на западной границе появились чуги, как прежде когда-то, яростные, бесстрашные, жадные.
– Как нам выдержать этот напор, Барк? – спросил Король, вытирая слезы, рукавом: от некоторых детских привычек Король не желал избавляться. Он мог себе это позволить, потому что он, во-первых, Король, а во-вторых, он никогда не плакал, при подданных. А Барк – он друг. – И можем ли мы его выдержать?
– Если бы речь шла о нападении в этом году – нет, мой Король,- ответил лорд Барк продуманными словами. – Но у нас еще есть почти целый год. Точно я отвечу на ваш вопрос следующей весной, мой Король.
– Ты мне нужен здесь, друг. Порт Дикка – теперь совсем не важное место, благодаря твоим трудам. И трудам твоих людей. Навести семью, и приступим к работе.
– Конечно, мой Король!
– Ты, конечно, посмотрел по дороге, что не сделано по укреплению границ и ремонту дорог?… – чуть усмехаясь, спросил Король. Он очень хорошо знал своего друга.
– Ничего не сделано, мой Король! Простите, что я еще раз огорчаю вас.
– Этого я и боялся,- грустно произнес Король. – В свое время ты очень сильно прижал казнокрадство, друг Барк, и теперь я могу по одному только размеру расходов судить о течении дел: мало расходов – мало дел. Мы богатеем, мой друг! – усмехнулся Король. – У тебя есть предложения о том, как потратить наши денежки? – Король постарался пошутить. Лорд Барк знал – это последний рубеж отчаяния у Короля.
– Дайте мне десять дней, мой Король, чтобы я пропитался воздухом Стерры и не придумал невозможное.
– Хорошо, мой друг! Десять дней! Передай мой привет леди Барк и дочери. Они редко появлялись во дворце в твое отсутствие.
Так было при первой встрече с Королем.
– Мне придется на некоторое время вернуться в порт Дикка, мой Король, – первое, что сказал лорд Барк при второй встрече. Ему показалось, что в волосах Короля за десять дней появилось много седых волос.