Иван Шаман – Граф Суворов. Книга 14 (страница 10)

— Господин посол, кажется, позволяет себе забыться и сбивается с собственной роли, — с холодной улыбкой произнесла Мария. — Мы все на сцене. Просто у кого-то она крохотная и почти незаметная, а другие сияют на многомиллиардную аудиторию.

— Вы, безусловно, правы, ваше высочество, — с лёгкой улыбкой поклонился посол. — И всё же это не решает нашей проблемы.

— Вот как? И какая же у «нас» проблема? — чуть подняв бровь, спросил я.

— Думаю, это и без слов понятно — Польская зона, — проговорил барон. — Если вы сумеете её закрыть, это сильно улучшит репутацию России и вашу лично в глазах международного сообщества.

— Признаюсь прямо, посол, я долгое время думал об этом, — сказал я, опершись на подлокотник. — Как так вышло, что во всех требованиях ко мне от Лиги Наций нет ни слова про закрытие врат диссонанса в Варшаве? Отдать ресурсы, не мешать рынкам, раскрыть технологии… всё что угодно, только не закрытие зоны. И для меня это так и осталось загадкой. Может, вы что-то подскажете?

— Вы могли бы пойти нам навстречу, обезопасить собственные земли и народ, — не поддался на уловку посол. — Закрытие Польской зоны и в ваших интересах.

— Безусловно, — кивнул я. — Вот только вы, вероятно, плохо меня слушали или ваши предшественники не донесли до вас самое важное: нам удалось закрыть врата диссонанса в Тунгусской зоне лишь потому, что нам помогала сама земля Русская.

— Варшава также принадлежит Российской Империи, — не сдавался барон. — Как и остальные города, так называемого, Польского царства. И империя…

— Империя посчитала их своими, выслала войска для захвата и за это поплатилась. Всех ваших бед можно было избежать, не поддерживай вы террористов и не посягай на наши земли, — жёстко ответил я. — И не нужно строить из себя невинность, мы прекрасно знаем, что именно ваши агенты снабжали польских партизан и лесных братьев оружием и припасами. Более того. Поставляли им корабли и прочую технику.

— Это была самодеятельность одного из наших баронов, — ответил посол, и я заметил, как напряглись желваки на его скулах. Хотя заготовленный ответ не удивлял, но всё же ему удалось вывернуться. — Его императорское величество Вильгельм был не в курсе планов этого радикала и не поддерживал его начинания.

— Незнание не освобождает вас от ответственности, — возразила Мария.

— Как всегда, ваше высочество, — пряча лицо, склонился барон. — Однако хоть это и наша вина, но лишь в плане плохого контроля подданных. Мы не оправдываем их действия, и с радостью передали бы их для вашего справедливого суда, но, к сожалению, заговорщик и его ближайшие родственники погибли в Варшаве.

— Как удобно! Виновник мёртв, и уже никому ничего не расскажет, — фыркнула Мария, подавшись вперёд. — Кто-то даже сказал бы, что вы сами подстроили его смерть.

— Он погиб во время катастрофы, ваше высочество, так что мы к этому не имеем никакого отношения, — возразил барон. — Но, возможно, у вас есть идеи, почему это произошло?

— Идеи? Да, есть, но, боюсь, с вами я делиться ими не собираюсь. Они представляют государственную тайну, и раскрывать её нашему противнику, вторгшемуся на наши земли и спонсирующего террористов, не в наших интересах, — ответил я.

— Это была личная инициатива одного заговорщика, — возразил посол.

— Как бы не так, — хмыкнул я. — Как бы не так.

— Давайте забудем о прошлых обидах и сосредоточимся на будущем, — проговорил барон. — Оставим прошлое в прошлом.

— А двадцать миллионов погибших мы тоже оставим? — спросил я.

— Мы… — начал было посол, но я лишь отмахнулся.

— Вы не хотите отвечать за свои дела, барон. Мне это кристально ясно, — сказал я, взглянув в его глаза. — Но вскоре всему миру станет известно, что группа, которую мы зовём Зоопарком и о личностях всех из неё знаем достаточно, не избежит расплаты. Каждого, кто курировал, спонсировал терроризм и готовил провокаторов на нашей земле, будет ждать смерть.

— Это угроза, ваше высочество… — покачал головой посол. — Угроза, которая может привести к войне.

— Нам уже грозили войной, совсем недавно. Но, как видите, войны нет. Есть лишь жадные шакалы, которые пытаются отщипнуть кусочек от нашего богатства, проистекающего из нашей силы, — спокойно ответил я. — Но, к счастью для всего мира, есть ещё те, кто не забыл о своих обязанностях. Те, кто стараются сохранить равновесие и нейтрализовать угрозу. И увы, это совсем не те, на кого мы привыкли полагаться.

— Вы имеете в виду кого-то конкретного, ваше высочество? — спросил посол.

— Если вы не понимаете, о чём говорит мой дражайший супруг, возможно, вам и не нужно этого понимать? — улыбнулась Ангелина. — А если понимаете, но пытаетесь сделать вид, что не в курсе, то вам стоит подумать ещё раз. Мир стал слишком опасным местом, старый порядок трещит по швам.

— Найдётся множество великих людей и великих держав, которые готовы на всё, для сохранения старого порядка, — выделяя каждое слово, произнёс посол.

— Возможно. Только вот Чехии, Австрии, Румынии… боюсь, им вскоре будет уже всё равно. А если вы не найдёте истинную причину своих бед, и вам тоже очень быстро станет безразлично, остался старый порядок или сменился новым, — ответила Мария, и лишь мой взгляд удержал её от откровенных угроз.

— Пусть ваш государь решит для себя, что ему важнее: старые альянсы, сохранение статус-кво, или благополучие вашего народа, — сказал я. — Пока у вас есть возможность избежать окончательного краха, но я не уверен, что это продлится долго. И нет, это не угроза, просто констатация фактов.

— Я передам императору ваши слова, — поклонившись, произнёс посол.

— И ещё кое-что, — окрикнул я барона. — Твари диссонанса, которых мы называем безликими, орудующие на вашей территории… они могут становиться сильнее. Позаботьтесь о том, чтобы кронпринц и император находились в безопасности.

— Спасибо за предупреждение… мы позаботимся о своём господине и его семье, — ответил спустя секунду посол. — И решим проблему с меняющими маски.

— Сомневаюсь, но желаю вам удачи, — сказал я, махнув поклонившемуся барону. — Она вам очень понадобится…

— Кажется, кто-то не слишком доволен, как прошли переговоры? — спросила Ангелина, когда за делегацией немцев закрылась дверь, и мы остались малым кругом. — Думаешь, он не врал насчёт личной инициативы?

— Сложно сказать, я не ментат, — поморщился я. — Одно понятно, немцы сами справиться не в состоянии. Как и мы. А расчёт на обелиски не оправдался.

— Мы не будем устанавливать свои? — шёпотом поинтересовалась Мария. — Кажется, от защиты Общества больше проблем, чем пользы.

— Мы поставим их на рубеже, — подумав, решил я. — С возможностью активировать во время нападения тварей. А в остальное время они останутся выключенными и не будут оказывать воздействие на несущих службу солдат и одарённых. Не стоит просто так рисковать их здоровьем.

По окончании переговоров мы отправились на тренировки, затем посетили несколько совещаний, и я вышел на площадь, чтобы помочь страждущим. Как и в любой ситуации, когда тебе что-то обещают, и ты хочешь получить это даром, была толпа желающих. И не мало из них было готово заплатить за то, чтобы поменяться на место ближе к началу. Дурацкая ситуация, как на неё не посмотри.

Особенно забавно, когда под видом обычных людей ко мне попадали титулованные дворяне и даже некоторые бояре. Пытающиеся таким образом получить исцеление на правах бедняков. С такими разговор был особый. Я не отказывал им в лечении, но популярно объяснял, что они должны будут сделать, чтобы получить его в полном объёме. Но сегодня привычный порядок был нарушен.

— Барон… не ожидал увидеть вас снова, хоть и под гримом, — произнёс я, когда утренний посол, переодевшийся в обычного работягу с завода и нацепивший окладистую бороду, подошёл ко мне. — Не вижу у вас серьёзных болезней, кроме застарелых военных травм, но их исцеление не так просто…

— Я здесь не для того, чтобы получить лечение, а чтобы передать послание, — шёпотом ответил он, скрывая лицо под козырьком, так чтобы нельзя было прочитать его слова по губам. — Его величество Вильгельм и её высочество Елизавета Прусская, готовы обсудить с вами военный альянс. Если вы гарантируете закрытие Польской зоны.

— И против кого же вы предлагаете дружить? — таким же шёпотом спросил я.

— Против тех, кто устроил эту катастрофу, — ответил, подняв на меня глаза, посол. — Если угроза в виде зоны исчезнет, наш флот присоединится к вашему. Таково слово моего сюзерена.

— Сохраняйте традиции… я жду письма и заложника, — сказал я, подумав немного. — Члена королевской семьи и бумаги с перстнем императора.

— Я передам ваши слова, — вновь поклонился барон. — Возможно, в скором времени в столицу Российской империи прибудет туристка… шестнадцати лет. Если на то будет воля императора.

— Хорошо, — кивнул я, всё же пройдя по организму посла и выправляя его меридианы. И только когда он ушёл, а передо мной оказался следующий калека, до меня дошёл смысл слов. Я хотел было крикнуть, что мне и трёх хватит, но посол уже растворился в толпе, а я сделал себе заметку: надо поговорить об этом случае с супругами. Первыми тремя…

Глава 5

— Итак, у нас два вопроса на повестке, — проговорил я, когда вечером мы собрались на самое тайное совещание – в кровати за занавеской. — Похоже, посол Германии меня неверно понял, а потому пообещал прислать девушку из королевской семьи, шестнадцати лет от роду в качестве заложницы.