Иван Шаман – Граф Суворов. Книга 11 (страница 8)

Противник всё ускорялся, действуя как заведённый. И если в первые мгновения боя мне казалось, что схватка окажется лёгкой и предсказуемой, то теперь я едва мог сдерживать напор ниндзя. Враг, кажется, выучил мои излюбленные приёмы и подстроился под них, перепрыгивая подножки и уворачиваясь от ядер почти на автомате, а большие конструкты разбивая катаной.

Чувствуя, что иного выбора у меня не осталось, я прибегнул к крайней мере: создал сужающееся кольцо пресса и нанёс одновременный удар клинком. Не знаю, на что я рассчитывал. Может, на то, что конструкт разрубит проводящий металл, как это было на крейсере «Огайо»? Но тогда на мне был резонансный доспех, усиливающий мощность. А возможно, просто лезвие вражеского клинка оказалось прочнее когтей Черепа.

Однако ни я, ни мой противник точно не ожидали такого: когда клинки столкнулись, они не уничтожили друг друга, а просто… отскочили! Словно самые заурядные мечи. Я надавил сильнее, мгновенно шагнув вперёд, но противник обманным движением уклонился, пропустил меня мимо себя и попытался использовать мою же силу против меня, придав своему клинку ускорение.

К его несчастью, он ступил именно в то место, которое я подготовил, и кольцо мгновенно сомкнулось у него на шее. Невидимое и почти невесомое, оно по моей команде сжалось, превратившись в стальной ошейник, сдавивший его горло. Глаза противника от ужаса расширились, он судорожно стал скрести пальцами по горлу, а потом в отчаянии поднёс к шее лезвие катаны. Но стальная удавка уже впилась в плоть, и разрубить её, не разрезав при этом собственное горло, было невозможно.

– Кажется, я говорил, что предлагаю сдаться лишь однажды? – с усмешкой выдохнул я. – Теперь выбора у тебя не осталось.

В полутьме глаза противника метнули молнии ярости. Он резко развернул клинок катаны остриём к себе, обхватил рукоять обеими руками и со всей силой и скоростью вонзил его себе в живот. Точнее, попытался – потому что на середине пути я, воспользовавшись его секундным замешательством, перехватил запястья ниндзя вторым кольцом и сжал их. Раздался сухой хруст тонких костей, и оружие с лязгом покатилось по полу.

Ниндзя издал нечленораздельный вопль – и это были первые звуки, что он издал с момента появления в моей спальне. Подобрав катану, я ослабил давление конструктов, опустив их так, чтобы противник оказался на коленях.

– Таран, вы на местах? – спросил я, доставая из тумбочки КПК. Но тут же заметил, что экран устройства даже не загорается. Похоже, тонкая электроника не выдержала воздействия импульсов, что применял ниндзя во время боя.

К счастью, девушки, хотя и проснулись и теперь с интересом наблюдали за происходящим из-под одеяла, были в полном порядке и не спешили вскрывать купол изнутри.

– Инга, подай мне рацию, – попросил я, снимая защиту. Девушка мгновенно поняла, что я имею в виду, и вручила мне компактный наушник-передатчик, оставленный у её подушки.

– Штурмовая группа, приём. Вы на позициях? – сказал я и с облегчением выдохнул, услышав в ответ знакомый голос.

– Так точно, здание зачищено, внутри только мы, – немедленно отозвался Таран. – Выдвигаться к вам?

– Да. На всякий случай используйте объёмные щиты. Те, кто пока не способен их создавать, – держитесь на безопасном расстоянии, – предупредил я и, отключившись, взглянул на девушек. – Вас это тоже касается. Он вроде бы уже не опасен, но перестрахуйтесь. Активируйте щиты и идите оденьтесь. Минуты через три здесь яблоку негде будет упасть.

– Мог бы и предупредить, – буркнула Мария. Она вскочила первой, схватила сброшенный шёлковый халатик и упорхнула в гардеробную. Инга и Ангелина тоже поднялись, как вдруг ниндзя, до этого лишь тихо стонавший, запрокинул голову, насколько позволял ошейник, и завопил что есть мочи.

Я было усмехнулся: какой толк орать, когда тебя уже сковали по рукам и ногам? Но в следующее мгновение мне стало не до смеха. Вообще! Реальность вновь поплыла. Воздух, предметы – всё, что не было прикрыто щитами, – пошло рябью. Я накинул на себя и девушек защитный купол, опустив его до самого пола, но в тот же миг предметы в комнате начали плавиться и растекаться.

Я попытался ударить противника конструктом, чтобы заставить его замолчать, но тот рассыпался, не долетев и полметра. Тогда я подхватил катану, и сам шагнул к вопящему врагу, но в тот же миг напор усилился. Первый из моих щитов лопнул, и пришлось срочно отступать. Единственное, что радовало, – у этой твари в лёгких не могло быть много воздуха. Стоило ему хоть на секунду замолкнуть – и рот он уже не откроет.

По крайней мере, я на это рассчитывал. Но всем моим планам не суждено было сбыться. Казавшийся надёжным и монументальным пол, а следом и потолок, пошли волнами, и через несколько секунд враг провалился в образовавшуюся дыру. Я прыгнул следом, приземлившись в облаке едкой бетонной пыли, но противник, сокрушивший оковы силой своего крика, уже прыгнул к окну и побежал.

– Северная сторона, второй этаж, сейчас выпрыгнет! – заорал я в рацию, нажимая кнопку вызова. Не успел я договорить, как противник ударился плечом о стекло, но его массы не хватило, чтобы выбить прозрачный бронированный пластик. Тогда ниндзя вскинул переломанные руки, попытался использовать их как таран, но снова безуспешно. А когда он начал судорожно заглатывать воздух, я уже был рядом.

Пресс ударил по противнику, впечатав его в стекло и вышибив остатки воздуха из лёгких. Ниндзя всё же умудрился оттолкнуться, но лишь для того, чтобы мой кулак вошёл ему в живот на несколько сантиметров. Судя по звуку, его тут же вырвало прямо в маску, что мне было только на руку, но, помня предыдущий опыт, я не собирался останавливаться.

Ещё удар, чтобы выбить из равновесия, затем – хватка за голову. Противник понял, что я задумал нечто серьёзное, и начал бить в ответ, но его сломанные, беспомощные кулаки ничего не могли поделать с моей невидимой кирасой. Тем временем я блокировал его синапсы, воздействуя силой на странный, искривлённый мозг. Ни одного целого или привычного меридиана – всё было перепутано, словно он и сам долгое время подвергался воздействию собственных способностей. Но результат был достигнут: через несколько мгновений противник рухнул к моим ногам, едва дыша.

– Господин, вы в порядке? – первым подбежал Таран.

– Да… норма, – выдохнул я, переводя дух. – Щиты не снимать. Этого придурка раздеть, связать, накачать снотворным и только потом можете допустить к нему медиков. Кажется, я ему кисти сломал.

– Понял. Будет исполнено, ваше высочество, – отчеканил Таран, хватая неудавшегося убийцу. Но когда я поднялся обратно в разрушенную спальню и увидел Марию, лежащую на полу, мне дико захотелось вернуться и прикончить этого урода.

– Что с ней? – сорвалось у меня, едва я подскочил к девушке.

– Не знаю… Она упала прямо в гардеробной и до сих пор без сознания, – ответила Ангелина, склонившись над подругой.

А я всё понял. Враг застал мою первую супругу врасплох, и она не успела выставить защиту. В результате большая часть меридианов в её теле оказалась сбита. К счастью, благодаря повышенному энергетическому фону и активным чакрам искажению не удалось разорвать её тело и перемешать на молекулярном уровне.

– Как она? – тревожно спросила Инга.

– Плохо, но жить будет. Не отвлекайте меня, – отрезал я и принялся выправлять один меридиан за другим, пока ещё не было поздно. Начал с мозга – тут, к счастью, обошлось без серьёзных повреждений, вероятно, благодаря её активному третьему глазу. Затем перешёл к сердцу и лёгким. Увы, ни одна из моих супруг пока не сумела достаточно напитать чакры огня и воздуха, поэтому здесь обнаружилось множество проблем. Но ничего такого, с чем бы не справилась направленная и усиленная регенерация. Наконец, я добрался до живота, рук и ног.

К счастью, раскрытая чакра земли, подпитывающая тело Марии энергией и поддерживающая тонус всего организма, не позволила смертоносному воздействию проникнуть глубже. Что до конечностей – даже серьёзные их повреждения не могли привести к летальному исходу, а всё остальное не было критичным. К счастью, и инвалидом первой супруге стать не грозило, я успел вовремя.

– Готово, – выдохнул я, закончив лечение настолько, насколько это было возможно.

– Спасибо, – чуть охрипшим голосом произнесла очнувшаяся Мария. – Что со мной случилось?

– Попала под удар. А ведь я говорил, что щит надо поддерживать постоянно, – покачав головой, напомнил я.

– Я и поддерживала, – чуть обиженно ответила она. – Выставила по стенке полусферу, а потом… прости меня, пожалуйста. Я думала, что это конец…

– У неё точно с головой всё в порядке? – удивлённо спросила Инга. – Маша извиняется? Я такого в жизни не видела.

– Придушу во сне, чтобы не мучилась, – сверкнув глазами, пригрозила Мария.

– Всё в полном порядке, – улыбнулся я, обнял первую супругу и помог ей подняться. А через мгновение меня со всех сторон облепили жаркими объятиями. – Я тоже невероятно счастлив, что все живы и целы. А теперь давайте всё-таки переоденемся. Шесть утра, вряд ли нам удастся ещё поспать.

Девушки со мной согласились – тем более что моя спальня, а по факту наша общая, представляла собой жалкое зрелище. Целых вещей почти не осталось, в полу и потолке зияли дыры, а большая часть мебели превратилась в труху. То же самое произошло и с гардеробной. К счастью, после прошлого теракта, когда мы остались практически голышом, у каждого из нас был полный запасной комплект повседневной одежды.