Иван Сергеев – Свиной бульон (страница 8)
– Девушка! Что, мать вашу, происходит? Вы хотите меня доконать? Святой Иосиф и благодетели, видит Бог я не хотел брать у вас кредит, проклятые капиталисты!
– Картон Иванович, вынуждена предупредить, наш разговор записывается, а любое оскорбление нашего доброго имени является нарушением договора, а именно параграфа 3.2.5. За это предусмотрена денежная санкция. Платеж засчитывается в течении 48 часов. У вас есть еще ко мне вопросы, Картон Иванович?
– Чертова сучка! Да у меня есть вопрос, когда ты последний раз причащалась?
– Вы нарушили параграф. Вынуждена сообщить, Картон Иванович, о санкции – плюс 50 долларов к задолженности.
Тут же на телефон пришло пуш-уведомление: «Сумма задолженности увеличена на 50 долларов. Итого 8290 $».
– Ах ты дрянь такая! – как женщина заверещал Картон, истерично рыдая.
– Плюс 50 долларов к задолженности. – спокойно сообщила оператор, после чего пришло новое пуш—уведомление: «… Итого – 8340 $».
– Нет! Нееет! Блядь! Блядь! Фааак! Фаааааак! Фаааааааааак! – бросил телефон Картон на пол и стал кричать на него стоя на руках и коленях.
– Плюс 50 долларов к задолженности, итого 8 390 долларов. Тем самым, вы нарушили параграф 3.2.6. договора «о превышении лимита задолженности». Уведомляю о направлении к вам группы гарпунёров-коллекторов. – абсолютно спокойным тоном отрапортовала оператор.
Через несколько секунд в дверь громко постучались. Точней – били ногами, непрерывно.
– Кто это? – тревожно вскрикнул Картон.
– Это группа проблемной задолженности с банка! Немедленно откройте дверь!
– Да какая еще нахрен группа? Сейчас 23 часа 40 минут! Прекратите ломиться, я вызову полицию!
– Полиция куплена. Папаша, открывай дверь! Считаем до трех, после мы будем вынуждены применить гарпун и пожарный топор! Раз! Двааа. Триии!
После чего раздался оглушительный удар пожарным топором по двери. Уголок топора с красной линией пробил дверь насквозь. Собака под столом загавкала. Картон судорожно схватил телефон. Последовали следующие удары в дверь. Телефон выпал из рук, Картон поднял его и набрал «911».
– Давай, давай, соединяйте, черт побери!
После паузы в телефоне, вместо гудков, включился автоинформатор. Женский роботизированный голос холодно зачитал: «Ваша линия отключена в связи мгновенной блокировкой в рамках досудебного взыскания злостной задолженности, вы вправе прийти в отделение шерифа в дни приема должников, а именно первая среда следующего месяца с 7 до 8 часов, да хранит вас Бог».
– Неееет! Нет! Нет! Неееееет! – заорал Картон, – За что?! Нееет!
– Заткнись же ублюдок! – закричал сосед через стенку и стал колотить по трубе, – Я тебе завтра с утра ебальник набью!
Тем временем, удары топора прекратились. Коллекторы просунули гарпун в зияющее отверстие и стали раскурочивать им дыру. Когда дыра стала диаметром полметра, они просунули гарпун дальше, и стали аккуратно повреждать им вещи в прихожей. Они двигали гарпуном в разные стороны, разбивая зеркало, царапая стены, скидывая вещи с трюмо. А перед тем, как вытащить гарпун, коллектор несколько раз замахнулся им и вогнал острый крюк в стену, где висела картина.
– Господин! Господин, Картон Иванович, – прокричал один из коллекторов в дыру двери, – Вам уведомление о недопущении неисполнения кредитных обязательств, куда его положить?
Картон на корточках подошел в прихожую, вытирая слезы и смотря из-за стены на дверь. Коллектор просунул конверт на вытянутой руке.
– Бросьте сюда и уходите!
– Конечно сэр, мы и не собирались задерживаться, мы уважаем ваши конституционные права и поправку о неприкосновенности.
Они бросили конверт на пол через дыру и ушли. Картон открыл конверт. Текст начинался словами: «Мы благодарим Вас за доверие и рады сотрудничеству, спасибо, что выбрали наш банк …». Картон заклеил дыру в двери скотчем. Пошел в душ, выкрутил оба крана и стал рыдать в углу ванной. Изольда тоже принимала в это время душ только в другой квартире.
20. Валерий Яковлевич
Он только что получил бакалавра по высшей прикладной информатике. Хотел поступить в магистратуру, но для этого ему нужен был педагогический стаж. Целых два года. Придется устроиться в школу. Ну, что же, научная деятельность, степень доктора наук и Нобелевская премия того стоит. У него много идей, планов, замыслов. Всё обязательно получится, ведь он, как-никогда прежде, чувствует в себе уверенность и вдохновение. Он нашел свой путь в жизни. Никаких больше исканий предназначения, вопросов о смысле жизни, приоритеты расставлены, идём к цели.
Он залез на сайт, где предлагают работу и отправил свое резюме в несколько школ, куда требовался учитель информатики без опыта работы. На следующий день ему перезвонили и пригласили на собеседование.
Собеседование проходило в кабинете завуча – приятной миловидной женщины лет сорока. Она задала ему несколько общих вопросов, посмотрела его диплом и рассказала о школе, об учителях и учениках. Потом она провела ему экскурсию, отвела в кабинет информатики, показала новенькие макинтоши[9], подаренные в этом году меценатом Олегом Филопедом, ознакомила с расписанием уроков и повела в отдел кадров для оформления. Вот так легко и просто он стал учителем.
Выходя в понедельник на работу, он ни о чем не переживал. Он не волновался из-за коллег, потому что всегда легко находил общий язык. Да и дети сейчас должны быть лучше, добрее и спокойнее, чем в его лихие девяностые.
Он быстро втянулся в школьную жизнь. Полторы ставки, то есть, двадцать семь часов в неделю. По расписанию у него было несколько уроков в первую смену и еще пара-тройка уроков во вторую. Дети первое время присматривались к нему, но после того, как узнали, что он учит работать не только со скучными программами, но и разрабатывать игры и мобильные приложения, стали с удовольствием ходить на его уроки. С коллегами тоже было все нормально. Некоторые, те кто постарше и позлее, не слишком уважительно с ним общались, но он не обращал на это внимания, давая им время привыкнуть и принять его в свой коллектив. Он даже иногда замечал, как на него с интересом посматривают молодые учительницы.
Как раз к концу первого полугодия в школе состоялась закрытая вечеринка для работников, посвященная Новому году. Тусовка проходила в школьной столовой. Он пришел туда одним из последних, так как заполнял журнал в учительской. Он стал искать себе место, и увидел, как молодая симпатичная учительница английского языка машет ему, указывая на свободное место рядом с ней. Он подошел, поздоровался, поблагодарил, и сел. Через несколько секунд двери снова открылись и в зал то ли вбежал, то ли впрыгнул огромный накаченный старик в красном спортивном костюме.
– А-а, а это еще кто? – спросил он у соседки.
– Да это же наш новый физрук. Недавно устроился на работу – сказала учительница и махнула тому рукой.
Физрук осклабился и подбежал к ним. От него пахло потом и разогревающей мазью “финалгон”.
– Только тренировку закончили, – пробасил он и сев по другую сторону от учительницы, сразу же стал разливать всем шампанское.
В тот вечер он позволил себе расслабиться и немного перебрал. Он проснулся рано утром с головной болью, повернулся на другой бок и чуть не вскрикнул от удивления. Рядом с ним лежала та самая учительница английского языка. Она улыбалась во сне, как настоящий ангел и была невыносима прекрасна. Хотелось поцеловать ее. Он не смог противиться этому желанию и поцеловал. Она открыла свои прекрасные карие глаза и притянула его к себе. Через некоторое время все кончилось обоюдным оргазмом. Тяжело дыша, они лежали в мокрой от пота постели:
– Ну ты и уделал его йестедей, – с восхищением сказала она.
– Что? Прости, я не понял – уделал? Кого? Когда? – ответил он, пытаясь припомнить события вчерашнего вечера.
– Ну этого вонючего бугая, – ответила она, – ты что совсем ничего не ремемба?
– Не…не… что-то не припоминаю. – сказал он, потирая виски.
– Ну ты убрал его по всем позишнс. Разнес в пух и прах. Порвал на факин…
– Погоди, погоди. Я его порвал? В каком смысле? – опешил он.
– Ну мы ситин за столом, общались, а он вдруг начал бахвалиться. Сказал, что является мастером спорта по тяжелой атлетике, пауэрлифтингу и еще чему-то. Что имеет огромный стаж работы коучем, воспитал парочку олимпийских винеров. И даже несколько раз становился “Тичером года”. – начала она.
– Бог ты мой… – прошептал он.
– Ну и все в таком же духе. Ну ты не выдержал и начал задавать квешнс. Использовать всякие технические термины, физика, химия, биомеханика, физиология – я и сама ничего не андестенд. Типа, какие процессы происходят в поперечнополосатых мышечных тканях при гипоксии. Ну что-то такое. И он фоллин даун. Как ребенок на первом экзамене. Покраснел, как огромный лобстер, покрылся испариной и завонял хуже прежнего. – и она весело рассмеялась, обнимая его за шею.
– М-да уж. Не очень-то приятная ситуэйшн. Ладно, как-нибудь разберемся. – сказал он и пошел на второй круг.
Наступил Новый год. Дети были на каникулах, а учителя почему-то должны были выходить в школу на дежурства. Но некоторым учителям это даже понравилось. Наш герой-информатик попал на дежурство с учительницей английского. Сначала они занялись соитием у нее в кабинете, а позже продолжили у него. К сожалению, они не придали значения запаху ментола, в кабинете информатики. И сразу же приступили к соитию. Валерий Яковлевич – тот самый учитель физкультуры, которого наш герой недавно «убрал по всем позишнс» просто задушил их обоих обычным сетевым фильтром, устройство которого для него было такой же тайной, как и процессы, проходящие в полосато-поперечной мышечной ткани при гипоксии.