Иван Щукин – Дело чести (страница 4)
– Кто?
– Ну, Василиса, – чуть-чуть смутился он. – Я её так называю. И ей, вроде, нравится.
– Хм… У вас уже что-то было?
– Что?! Это вообще не твоё дело, Марк!
– Ещё как моё! – хмыкнул я. – Если не забыл, то именно у меня ты просишь её руки. И она моя единственная родственница. И я, как старший в роду, могу наложить вето на вашу свадьбу и её уход из рода.
– И всё равно я тебе ничего не скажу, – надулся Ярик.
– Она хоть не беременна?
– Что?! – он снова вскочил на ноги. – Да как ты мог такое подумать?!
– Понятно. Значит, ничего не было, – улыбнулся я.
– Как ты вообще…
– Да сядь ты, – устало махнул я на него рукой. – И вообще, что возмущаешься? Это мне нужно быть возмущённым, а не тебе! Стоило из дома выйти на пару дней, а сестру уже уводят. И кто? Деловой партнёр! Столько планов псу под хвост! Раньше-то почему ничего не сказали?
– Я хотел лично, – надулся он как хомяк.
– Угу, лично. А мне теперь на ходу всё менять.
– Я помогу. И вообще, останусь в столице столько, сколько нужно. Не вопрос!
– А свадьба как же? И когда вы её планируете?
– Хотели на летних каникулах. Подожди! Так ты согласен?! – снова вскочил он.
– Да сядь ты! Задолбал тут прыгать. Как ребёнок, честное слово.
– Ну, знаешь ли, – снова надулся Ярослав, возвращаясь на стул. – Не каждый день просишь руку девушки у её родни.
– Угу, – хмыкнул я, внимательно его разглядывая.
И чем больше смотрел, тем сильнее гнал от себя мысль, которая первой пришла в голову после его просьбы. А подумал я о том, что Корнев с помощью Василисы хочет отжать себе весь наш бизнес. Всё же я сын своего мира и своего отца. И у нас там, в мире больших денег, такое в порядке вещей.
Но Ярик вместе со всеми своими чувствами был передо мной как на ладони. Такое искреннее смущение и нетерпение не сыграешь. А если учесть, что он обычный пацан, а не акула бизнеса, то и подавно.
И стоит вспомнить, как он вместе со всеми своими воинами пришёл мне на выручку и был готов воевать с княгиней. А затем, когда с Саблей я вроде как договорился, Корнев без вопросов выслушал мою просьбу о помощи и согласился поучаствовать в отражении нападения Балховских.
Вообще, в тот день только дед Ханны отказался. Узнав, что мне ничего не угрожает, он невозмутимо кивнул, окинул меня и княгиню нечитаемым взглядом и увёл своих людей. Но это из-за нелюбви к роду Ульчинских, а не из-за моего переобувания на ходу. По крайней мере, я на это надеюсь.
– В общем, так, – выждав паузу, заговорил я. – Этим летом сыграть свадьбу у вас не получится.
– Почему? – опешил Ярослав.
– Ну, сам подумай. Я же, как старший родственник, должен на свадьбе присутствовать?
– Должен, – кивнул он.
– А я не смогу, – развёл я руками. – Ты же не забыл про моё изгнание? Прошло только полгода. То есть остался год. Это, конечно, в том случае, если вы не решите гулять свадьбу в Москве. Кстати, тоже вариант. Пароходом привезём гостей. Ресторан у нас есть…
– Нет, нет, – отрицательно закрутил головой Корнев. – В Москве я не хочу.
– А Василиса? – вкрадчиво спросил я.
– Что Василиса? – не понял он.
– Василиса чего хочет? Может, она как раз и не против устроить всё именно в столице? Об этом ты не думал?
– Про столицу мы с ней не разговаривали, – совсем растерянно произнёс Ярик. Но тут же встряхнулся как кот и продолжил уже нормальным тоном: – Но то, что ты обязательно должен быть на свадьбе, даже не обсуждается. В этом у нас мнения сходятся.
– Ну вот. То есть вам теперь надо либо обсуждать свадьбу в столице, либо ждать окончания моей ссылки. Пока я вернуться не могу даже по такой уважительной причине. И всё же спроси насчёт свадьбы в Москве у Васьки. Тебе, как будущему мужу, нужно привыкать, что она не только может плодить наследников, но и имеет собственное мнение. С которым нужно считаться. Да и характер у неё не сахар. Упрямая очень.
– Маркус, ты меня, конечно, извини, но что делать со своей женой, я разберусь сам, – набычился Ярослав.
– Я-то извиню, – невозмутимо продолжил я. – Но сестре я желаю только счастья. И если будешь её угнетать, я не посмотрю на братчину и буду за неё заступаться. Это понятно?
– Да не собираюсь я её угнетать! – возмущённо воскликнул он. – С чего ты вообще это выдумал?
– А как же насчёт поинтересоваться её мнением?
– Да поинтересуюсь! И дальше буду интересоваться! Я её вообще-то люблю! – выпалил Ярик и покраснел.
– Любишь, значит? – хмыкнул я, вгоняя друга в краску ещё больше. Мне сейчас прямо-таки понравилось над ним издеваться. Будет в следующий раз знать, как мои планы рушить!
– Ой, отстань, а?! – махнул Корнев на меня рукой и обиженно отвернулся.
– Ладно. Но насчёт переноса свадьбы я говорил серьёзно. Нельзя мне пока в Ульчинск возвращаться.
– Это тоже не проблема, – всё ещё дуясь, пробурчал Ярослав. – Я слышал, что княгиня тебя простила. И, вроде как, не против, чтобы ты вернулся домой.
– Она об этом официально объявляла? – удивился и заинтересовался я. Удивился тому, что все уже в курсе. А заинтересовался тем, как это всё Сабля подала в Ульчинске.
– Нет. Но слухи такие по княжеству пошли. А на пустом месте они возникнуть не могли. Только с одобрения Саблеславы.
– Это ни о чём не говорит. Пока не будет официального объявления, ноги моей там не будет. Иначе Сабля в любой момент сможет использовать моё возвращение против меня же. Вдруг снова с ней поссоримся? И она скажет, что этот боярин Северский самовольно заявился и нарушил своё слово. А княгиня может, не сомневайся.
– И что теперь? Нам с Васёной целый год ждать? – расстроился Ярик.
– Там видно будет, – пожал я плечами. – Вдруг Сабля всё же сделает официальное объявление? Тогда я смогу приехать. А пока и в столице дел полно.
– Я с ней поговорю! – вдруг вскинулся Ярослав.
– С кем?
– С княгиней! Напрошусь на приём и объясню ситуацию. Пусть отменяет всё по закону!
– Не вздумай! Сабля тогда всё себе на пользу вывернет!
– Ой, Маркус! Ты из княгини какого-то монстра делаешь! Не такая уж она и плохая.
– А я и не говорю, что она плохая, – покачал я головой. – Просто у неё работа такая. В первую очередь она думает о своём княжестве и выгодах для него. А только потом обо всём остальном. Так что не думай, что её сердце вдруг растает от твоих откровений. Возможно, что Сабля действительно тут же издаст нужный указ. Но перед этим сто раз всё продумает и найдёт свою выгоду. И поверь, эта выгода нам не понравится.
– Не соглашусь с тобой! Я хоть и вольный боярин, но живу в Ульчинском княжестве. И знаю, что княгиню там любят и уважают.
– Да и ладно, – махнул я рукой. Надоело с ним спорить. Вот он вроде и не дурак. И в бизнесе хватку имеет. А Саблю излишне романтизирует. Должно быть, любовь в голову ударила. – Тогда каждый останется при своём мнении. Но в княжество мне в любом случае возвращаться не с руки. Говорю же, в столице есть несколько стоящих проектов. И если с ними всё получится, то наше с тобой дело выйдет совсем на другой уровень! Кстати, а вот и тот человек идёт, с которым на сегодня назначена встреча. Только почему-то не один.
И действительно, в «Майонезную» вошёл боярский сын Птицын с сопровождающим. Вот только этот сопровождающий мне отчего-то сразу не понравился. Слишком у него какой-то высокомерный вид. Да и два явных бойца, что зашли следом за ними, выглядели не как телохранители, а минимум как хозяева жизни.
– Так и ты сегодня не один, – не понял моего недовольства Ярослав.
– Вот только у Птицына, насколько я знаю, деловых партнёров нет, – пробурчал я. – Пересаживайся на мою сторону. А они пусть напротив садятся.
Ярослав без вопросов поднялся, обошёл стол и сел справа от меня. За это время гости как раз дошли до нашего столика, оставив охрану у входа.
– Судари! – церемонно кивнул нам Птицын, остановившись напротив. – Позвольте представить: боярский сын Майкин, Борис Григорьевич. А это боярин Северский, Маркус Святославович и…
– Боярин Корнев, Ярослав Игоревич, – представил я Ярика. И добавил для него: – А это боярский сын Птицын Валентин Валентинович. Присаживайтесь, судари. Позавтракаете? Рекомендую попробовать местные блюда. Тут очень недурно готовят.
– Сначала дела, – отрицательно мотнул головой Майкин и нагло уселся напротив меня. Птицын, замявшись и окончательно посмурнев, сел рядом с ним.
– А у нас есть с вами дела? – с беззаботным видом уточнил я. То, что творится какая-то хрень, я понял сразу же. Достаточно было одного взгляда, брошенного на Птицына. Но вот какая именно – пока не знаю. Зато знаю то, чему меня учил отец, выживший в девяностые. И не просто выживший, а «сожравший» многих своих недоброжелателей. Так вот, он говорил, что если на тебя собираются «наехать», то надо «наехать» первым. А потом уже, с позиции более сильного, всё решать.
И вот сейчас, при взгляде на этого Майкина и его бойцов, давно сказанные слова отца сами собой всплыли в голове. И сомнений, что на нас хотят именно «наехать», не осталось.